Бывший. Ты пожалеешь! (СИ), стр. 24

– Хватит! – бросаю резко, но не повышаю голоса. Оба мужчины обращают на меня внимание. – Богдан, уйди. Просто уйди.

Он смотрит на меня, его взгляд полон гнева, но я вижу за ним что-то другое. Ревность. Злость не на меня, а на то, что я стою рядом с Александром. Что у меня теперь кто-то есть.

– Лариса, я хотел извиниться, – говорит Богдан уже тише, пытаясь снова привлечь моё внимание. – Хотел всё исправить.

– Поздно, – отвечаю, не отводя глаз. Во мне больше нет ни злости, ни боли. Только усталость. – Ты разрушил всё. Не я. Ты. И теперь я живу своей жизнью. А ты иди к своей Лесе.

Он сжимает челюсти так сильно, что на его лице четко выделяются желваки. Руки остаются сжатыми в кулаки, он будто не знает, куда их деть. Александр молча наблюдает, его присутствие очень ободряет меня.

– Она в прошлом, – бросает Богдан наконец, отступая на шаг. Но в его глазах ярость, смешанная с горечью. – Мне никто, кроме тебя, не нужен, Ларис…

Эти слова звучат, как отчаянный жест, но для меня это уже ничего не значит. Моё лицо остаётся спокойным, а внутри я чувствую только холод.

– Мне все равно, – говорю, поворачиваясь к Александру. – Пойдём, мне нужно на работу.

Александр кивает, открывая дверь машины. Взгляд Богдана прожигает мне спину, но я не оглядываюсь. Сажусь в машину, чувствуя облегчение оттого, что всё кончено. Его ревность, слова, злость — это больше не трогает меня.

Богдан остаётся стоять у подъезда, его фигура постепенно исчезает из зеркала заднего вида. А внутри меня тихо, спокойно. Впервые за долгое время я чувствую, что всё, что нужно было отпустить, осталось позади.

Глава 24.

* Лариса *

Я сижу в машине, глядя в одну точку перед собой. Мысли скачут хаотично, как мотыльки вокруг пламени. Меня всё ещё колотит от недавнего разговора с Богданом. Он своим появлением, разрушил привычный уклад моей жизни. Вновь попытался залезть мне в душу и там наследить.

Приятная прохлада кондиционера обдувает лицо, но успокоения не приносит.

Александр плавно ведет машину, и мерный звук двигателя разрывает тишину, возвращая меня в реальность. Я украдкой смотрю на него — уверенный, спокойный, его движения отточенные, даже в таких, казалось бы, простых вещах, как переключение передач.

Он периодически бросает на меня короткие взгляды, внимательные и ненавязчивые, но с расспросами не торопится. Как же он умеет быть рядом так, что не давит своим присутствием?

– Не хочешь это обсудить? – наконец всё-таки спрашивает Александр, его голос звучит мягко, почти бережно.

Он словно даёт мне выбор: либо поделиться, либо спрятаться в свою скорлупу. В этом вопросе нет ничего лишнего, никакого любопытства или осуждения — только спокойствие и готовность выслушать.

Перевожу взгляд на его профиль — резкие черты лица, сдержанная серьёзность, чуть напряжённая линия рта. Он держится так, будто все проблемы можно решить одним глубоким вдохом, и я снова чувствую, как его уверенность успокаивает меня.

– Не сейчас, – отвечаю тихо, смущённо, как будто сама боюсь признать, насколько на меня повлияло столкновение с Богданом. Я делаю глубокий вдох и выдыхаю, выпуская скопившуюся тяжесть. – Спасибо, что вовремя подъехал. Если бы не ты… я не знаю, чем бы это всё закончилось.

Он бросает ещё один быстрый взгляд на меня, прежде чем снова устремляет внимание на дорогу.

– Что он хотел от тебя? – произносит Саша, не меняя ровного тона. Его вопрос звучит обычно, но в голосе проскальзывает нотка сдержанной настороженности.

Я чуть отвожу взгляд и смотрю на свои руки, сложенные на коленях. Силы, которой мне хватило, чтобы отстоять себя перед Богданом, сейчас нет. Остаётся только пустота и какая-то глухая боль. Боль за всё, что он сказал ранее и сделал.

– Не знаю, – отвечаю я после паузы, всматриваясь в медленно проплывающие мимо дома за окном. – Извиниться. Может он посчитал, что этого достаточно для примирения. Но его извинения уже не имеют для меня значения. Всё, что он мог сказать, я уже слышала. И это ничего не меняет.

Александр молчит, но я вижу, как его пальцы чуть сильнее сжимают руль. Кажется, он хочет что-то добавить, но сдерживается. И все же этот подкупает.

Мне не нужно объяснять, что Богдан вернулся не ради извинений, а из-за той части себя, которая не может смириться с потерей контроля. Но он больше не имеет власти надо мной. Это я должна была понять давным-давно.

– Знаешь, – произношу я чуть тише, и слова выходят сами собой, как если бы я говорила это не Саше, а себе, – иногда прошлое возвращается, чтобы проверить, действительно ли ты готова отпустить его. И сегодня я окончательно поняла, что больше меня уже не так трогает его появление и слова.

Машина плавно едет дальше, а Александр кивает, как будто понимает, о чём я говорю. И в этом жесте, в этом коротком молчании есть что-то очень важное: понимание, что мне нужно время, чтобы разобраться с собой, и его присутствие не обязано быть ответом на все мои вопросы.

Я снова отвожу взгляд к окну, наблюдая, как город постепенно оживает: первые машины торопятся по делам, редкие прохожие шагают мимо, смеются и разговаривают по телефону. У всех своя жизнь, дела, хлопоты, и только у меня всё ещё немного болит где-то внутри, там, где ещё недавно была открытая рана из-за предательства.

Саша паркует машину перед моим офисом и глушит двигатель. Он поворачивается ко мне, ловя мой взгляд.

– Для тебя это точно ничего не значит? – спрашивает он снова, на этот раз чуть тише.

– Точно, – отвечаю я честно, слабо улыбаясь. – Просто… как бы то ни было, это тяжело. Мне нужно время.

– Время есть, – говорит он, и его слова звучат как обещание. Простое, но важное. Он не говорит лишнего, не даёт советов, а просто даёт понять, что рядом есть человек, на которого можно положиться.

Я киваю, открываю дверь и выхожу из машины. Но сделав пару шагов, задерживаюсь. Оборачиваюсь и встречаю взгляд Александра. Он остаётся в машине, молча наблюдая за мной.

– Спасибо, – говорю одними губами вновь, хоть и знаю, что этого недостаточно, чтобы выразить всю благодарность, которую я сейчас чувствую.

Александр кивает, его губы трогает лёгкая улыбка, в которой читается тепло. Я отворачиваюсь и направляюсь к двери офиса, но едва делаю пару шагов, как за спиной слышу его голос:

– Лара, подожди.

Я останавливаюсь, оборачиваясь. Он выходит из машины, закрывает дверь и подходит ближе. Его шаги размеренные, взгляд спокойный, но в них появляется что-то новое, как будто он сейчас решается на что-то важное.

– Да? – моё сердце начинает биться чуть быстрее. Его пристальный взгляд заставляет меня немного нервничать, но я стараюсь этого не показывать.

Саша останавливается в шаге от меня. Он кажется немного напряжённым. Я замечаю, как он коротко вздыхает, прежде чем заговорить:

– Слушай, я долго думал, стоит ли это делать. Но, кажется, пришло время перестать ходить вокруг да около.

– О чём ты? – невольно напрягаюсь.

– Я хочу пригласить тебя на свидание, – произносит он прямо, в глазах ожидание. – Настоящее свидание. Не просто встретиться как друзья, а как мужчина и женщина.

На несколько секунд я теряю дар речи. Слова застревают где-то в горле, а мысли в голове хаотично перескакивают с одной на другую.

– Свидание? – переспрашиваю, словно пытаясь убедиться, что не ослышалась.

– Да, свидание, – подтверждает он, чуть наклоняя голову, чтобы заглянуть мне в глаза. – Мы оба взрослые люди. Знаем друг друга достаточно хорошо, чтобы понимать, что это рано или поздно произошло бы.

Моё лицо заливает лёгкий румянец. С одной стороны, его слова заставляют сердце забиться быстрее, а с другой — внутри меня поднимается волнение. После всего, что я пережила, мысль о новых отношениях пугает, но Саша… он другой. С ним я чувствую себя привлекательной и интересной женщиной.