Идеальный мир для кузнеца, стр. 5
«Триста рублей бы пожалел за такую работу. Халтура какая-то».
А сильнее всего в глаза лезет пыль. Везде: на полу, на стенах, на столе и лавках. Слой такой, словно я тут первый человек за пятьсот лет.
Резкая вспышка в голове почти погасила сознание. Картинки замелькали перед глазами.
Щелк – и я смотрю на свою окровавленную грудь.
Щелк – и перед глазами проносится призрак с мечом.
Картинки, как слайды в презентации, не желали останавливаться.
Раскопки. Статуя. Левый с подельниками. Кровь, моя кровь.
«Видимо, мне конец, – первая здравая мысль. – Я вспомнил, как умер».
«Ага, умер, – ответил сам себе в голове, – если ты умер, как ты тогда живой тут стоишь? Не тупи, Денис, не тупи. Думай».
Если не умер – тогда что, переродился? Так для этого надо умереть. В любом случае печально, что бы ни случилось.
Будем разбираться.
Другой бы на моем месте ударился в панику, но не я. Никогда со мной такого не было. В стрессовой ситуации в голове будто щелкал тумблер: сознание становилось ясным, мысли – стройными. В голове холод, взгляд со стороны.
Вот, например, был случай в прошлом: кузница горела, пламя со всех сторон, дым выедает глаза, легкие горят, и кашель такой, что выплевываешь себя по кускам. А в голове – четкий, посекундный порядок: поднимаю одеяло, пригибаюсь, накрываюсь с головой, ползу к выходу. Одеяло загорается, но я твердо знаю – успею доползти раньше, чем вспыхну сам. Тогда во время отпуска металла полыхнула муфельная печь. Я должен был погибнуть. Но безвыходных ситуаций не бывает, главное – не паниковать. Даже если тебя съели, выход есть. Правда, всего один.
Снова воспоминание поднимается из глубины сознания. Горы, мы с парнями застряли в ложбине, сверху долбит пулемет, мы как на ладони. Голос сержанта:
– Все, пацаны, трындец, рация сдохла. Нас зажимают со всех сторон.
– Товарищ сержант, – говорил я спокойно, как всегда, – есть один плюс.
– И какой, Дэн, в этом плюс?
– Можем атаковать в любом направлении, – я при этом улыбнулся, – если прикроете, заберусь по уступу и сниму эту сволочь из гнезда.
– Что мне в тебе нравится, так это боевой дух, давай, пошел.
В тот раз мы выбрались почти без потерь – на всю команду пара «трехсотых». И паники не было. За весь месяц командировки – ни разу. А значит, и сейчас надо осмотреться и выйти из этого заброшенного замка, какому бы черту он ни принадлежал.
Как говорила моя бабушка: «Дорогие гости, жопой не елозьте, чай дохлебывайте и…» И отправляйтесь по заданному маршруту – это уже я от себя. Увидев дверь в противоположной стене, я двинулся к ней.
Взгляд зацепился за размер камня: крупный и почти одинаковый у всех валунов. Непривычно.
Я вышел в узкий коридор и понял, что мебели нет. На стенах кованые держаки, судя по всему, под факелы, точно не под свечи. По форме они напоминали рожок для мороженого, только с острым клиновидным верхом.
– Таким и убить можно, если вырвать из стены, – проговорил я вслух. По коридору пронеслось легкое эхо вместе с ветром. – Мне что, замок подарили за геройство? Накрыл банду мошенников – получи, распишись и сиди улыбайся. Или решили: раз так геройски отстоял статую – сгожусь в смотрители? Или в охранники?
Прошелся по коридору.
Интерьер впечатляющий. Ощущение средневековья накрыло с головой, особенно когда сунулся в дальнюю комнату и понял, что это туалет – дыра в полу, рядом пучок соломы.
– По отсутствию туалетной бумаги смело можно сделать вывод – тринадцатый век, – я уже развлекался вовсю, – так, если здесь отхожее место, значит, выход должен быть на другом конце коридора.
Куда я и отправился в надежде, что, осмотрев окрестности, пойму, где нахожусь.
Пыль и серая унылость голых стен гнали наружу. В конце коридора, за дверным проемом, – лестница.
Орлы птицы гордые, так что полез наверх.
Четыре пролета – и я на небольшой площадке.
Над головой светило солнце, правда через раз: половину времени пряталось за облаками. Влево уходила крепостная стена с проходом шириной около метра.
«Как неудобно сделано, – сканировал я все взглядом историка и реконструктора. – Тут же двум воинам не разойтись. А оборонять придется – что, в одну сторону бегать?»
Странным было не только это.
Камень.
Что-то с ним было не так. Подойдя к кладке, начал вглядываться, ища знакомые черты гранита. Сперва подумал – он, но не тут-то было. Камень незнакомый: бело-голубой, с темными вкраплениями.
Да, таких я ни разу не встречал. Что происходит?
Справа, на краю стены, крепилось древко со стягом. Полотнище серое – то ли от грязи, то ли еще от чего.
«Тряпка половая и то лучше», – презрительно скривился я. Какой хозяин – такие и хоромы.
На стяге – точнее, на тряпке – был вышит какой-то герб. Рисунок как у пятилетнего ребенка. Это сбивало с толку. Поначалу даже показалось: я на реконструкции, и это товарищи так пошутили.
– Если это Макс угорает, прибью.
Солнце снова выглянуло из-за туч – и тут я знатно ошалел. На нем кратеры, как на Луне. А на Земле такого быть не может!
«На Земле – не может, – услужливо подсказал внутренний голос. – А не на Земле? Глянь за стену: строения по архитектуре не похожи ни на один период земной истории».
«Очень интересно, но ни хрена не понятно, – до меня начало доходить, что я в месте, о котором ничего не знаю. – Логический вывод: я не на Земле. Где бы я ни оказался на своей планете, нашел бы доказательства, что дома. А тут – ничего».
С одной стороны, радовало, что, кроме меня, здесь никого. Будь тут кто-то – я бы его обнаружил. Хотя какой смысл? В обнаружении. Под рукой ни черта нет, и напади на меня кто – отбиваться нечем.
«Ну почему, почему так, – точил червяк разочарования. – Сам перенесся, одежда та же, что на раскопках, даже ботинки уцелели. В кармане только нож-"швейцарик"да увеличительное стекло. А ни кирка не телепортировалась, ни нож нормальный – ничего, что помогло бы при встрече с агрессивными незнакомцами».
А что агрессивными – я не сомневался. Встретив у себя дома какого-то козла, влезшего без спросу, вы вряд ли предложите ему чай.
Зажигалка не потерялась – уже хорошо. Нет, не для курения, я не курил. Скорее для успокоения, для медитации. Есть в этих движениях своя магия: щелкаешь туда-сюда – и отпускает. Ну и бонусом горн ей удобно разжигать.
Кстати о магии: сверхъестественного я тут пока не нашел. Все в пределах понятного. Но если магии нет – что меня сюда перенесло? В колдовство я не верю, я реалист.
Тут я уже несколько часов. Облазил, кажется, большую часть замка – ничего опасного. Или плохо смотрел. Любопытно: американцы в таких случаях говорят «nobody» – дословно «нет тела», а мы, русские, – «ни души». Сразу видно, что у нас на первом месте душа, а не материальное тело. Даже словосочетание «русский дух» об этом говорит. Есть ли душа у здешних обитателей – еще предстоит выяснить. Как и есть ли сами обитатели…
– Пулемет бы, – за неимением собеседников я говорил сам с собой, – и цинка два патронов. Вот тогда спокойнее, даже если нарвешься на хорошо вооруженный отряд. Или пистолет – тот же макаров в ближнем бою самое то. Да хоть нож. Хоть рогатку.
Проговаривал все это, пока бродил по замку – разведывал обстановку и искал хоть что-то похожее на оружие.
Долбаный лабиринт. Уже начинало раздражать. Комнаты похожи одна на другую, хожу кругами. Вот пролом – но я его уже проходил. Или другой? Все однообразно, ни одного ориентира.
Мысли возвращались к оружию.
А если не найду? Сделать пращу – из той тряпки, что здесь вместо стяга. А что, мысль неплохая.
Только подумал и собрался к выходу на стену, как вдалеке раздались шаги. Чуть шаркающие, очень короткие.
Наконец-то.
А то уже решил, что впал в кому и все это снится. Раз есть люди – смогу договориться. Языка не знаю, будем общаться жестами. Одежда наверняка насторожит их – значит, надо расположить к себе, без резких движений, чтобы не провоцировать.