Седьмой предок. Дилогия (СИ), стр. 77
Культиватор скосил глаз на солнце, явно начинавшее клонится на закат. И, как будто поджидая этого момента, его собственный живот недовольно забурчал. Фланн сглотнул не вовремя выделившуюся слюну решил, что перекусить – это действительно неплохая идея. После чего принялся оглядываться в поисках лоточников. Благо, торговцы простейшей уличной едой всегда курсировали по набережной…
– Пиро‑о‑ги! Све‑е‑ежие, вкусные пироги!
Наверное, духи услышали мысли культиватора, потому что стоило только подумать – а торговец‑коробейник тут как тут!
Вскоре уже Фланн откусил самый первый, самый вкусный кусок еще горячего, промасленного пирога с мясом.
Но в этот момент раздались крики боли. От неожиданности культиватор выронил пирог прямо под ноги, в пыль. Впрочем, он не придал этому значения, а привычно принялся высматривать опасность. И крики раздавались от компании бандитов из банды Бородача, еще недавно мирно обедавших! Кто‑то упал на землю, пуская пену изо рта, несколько еще стояли на ногах, держась за животы.
– Отравление? Яд? – пробормотал бывалый Фланн. Очень уж характерные признаки. Он нервно сглотнул. Голод, как по волшебству, исчез.
– Лекаря! Лекаря сюда! Живо!
Пока искали хоть кого‑то знакомого с врачеванием, последний бандит потерял сознание. Народ, окруживший это зрелище, поначалу заволновался. Но пробежавшие шепотки среди собравшейся толпы быстро успокоили их:
– Что же это делается, среди дня!
– Может, хворь какая?
– Да нет, это точно отрава! Не бывает таких болячек, чтобы дружно несколько человек косило…
– Народ, вы что, не знаете их? Это же бандиты! Из банды Бородача!
– А, они? Тогда не страшно. То разборки среди банд! Можно расходится…
– Какие еще разборки?
– О! Ты еще не слышал? Так новая банда объявилась. Они хитрые – сначала решили вывести всех людей Бородача, а потом захватят набережную!
– Проклятье! Опять перемены! И эти бандиты не сахар, а новые, как придут, наверняка еще сильнее грести под себя будут. Беда!
Прохожие оглядывались и испуганно расступались. Тиган шагал по улице с гордым видом, в сопровождении пары культиваторов‑охранников, сохраняя на лице высокомерное выражение. Раньше это стало бы поводом для гордости – как же, его сопровождает пара первоклассных бойцов! Словно он – важный чиновник, или аристократ… Теперь же ощущения были совсем иные. Охранники сзади воспринимались не как «элемент выпендрежа», а как те, кто могут реально спасти жизнь! Когда еще член банды Бородача боялся ходить по улицам Низины в одиночку⁈ Но суровая реальность такова. Сейчас быть членом их банды – значит, ежеминутно ожидать атаки из ниоткуда. Крайне паршивое чувство! Дошло до того, что несколько человек даже захотели сбежать! Только жесткая расправа с ними помогла удержать в узде остальных. Да еще многолетнее братство… Конечно, так колебались только рядовые бандиты, недавно присоединившиеся. Те, кто давно работает на Маедока, завязли «по уши» в делах банды. Сейчас они – уважаемые люди, с которыми считаются даже официальные власти. Но стоит покинуть банду – за их жизнь никто не даст и ломанного гроша. Слишком многим они насолили. Но пока они в банде – никто не решается свести с ними счеты…
Тиган невольно покосился назад, на своих охранников. Он бы с большим удовольствием безвылазно засел бы в штаб‑квартире банды, как сам Бородач. Но увы… уже много лет самые «хлебные» места должны посещать важные люди. Такие, как он – один из двух заместителей босса. Если послать рядовую шестерку, то это воспримется как неуважение. А еще – как проявление слабости, что уже само по себе, в этот опасный для банды период может послужить поводом передела сфер влияния в криминальных кругах Низины.
В очередной раз вздохнув, бандит подошел к богато украшенному зданию, и толкнул дверь. Обилие позолоты, хрусталя и красного цвета мощно ударило по восприятию. Вход самого богатого борделя оправдывал свою репутацию…
– Как хорошо, что вы сегодня заглянули к нам! – пара симпатичных девушек‑близняшек приятным голосом поприветствовала Тигана. Их синхронные, явно отрепетированные голоса вместе с немного откровенной одеждой проняли даже привыкшего ко всякому бандита. И не важно, что этой фразой они приветствуют абсолютно любого посетителя.
– Гхем… – прокашлялся тот. – Я к мадам Орлэйт…
– Конечно‑конечно! Позвольте проводить вас, наша госпожа уже ждет!
Тяжелые мысли, которые обуревали Тигана, растворились в наблюдении за обтянутыми шелком аккуратными попками близняшек, которые двигались перед ним…
Как загипнотизированный, он прошел в рабочую комнату хозяйки борделя… И только там снова собрался с мыслями. Знакомая женская фигура на фоне панорамного окна почему‑то не повернулась, когда бандит зашел в дверь.
– Эй! Ты что, не рада старому другу? – привычно пошутил Тиган. Но женщина все еще не поворачивалась. Однако на ее шее стекала одинокая капелька пота, которую та даже не решалась вытереть.
– Да что такое⁈
В этот миг Руэри, зацепившийся над дверным проемом, сиганул вниз. Еще в полете он умудрился отрубить голову саблей одному из охранников. Второй вскинул руки, и на его ладонях заплясали огоньки – явное начало активации какой‑то весьма убойной техники…
Сабля исчезла в пространственном кольце, а вместо нее появилось кое‑что другое, уже во взведенном состоянии. Сухо щелкнул арбалет, и в голове второго охранника‑культиватора возник «незапланированный природой объект» – арбалетная стрела.
Тиган дрожащей рукой потянулся к поясу, нашаривая верный нож. Неказистый, с потертой деревянной рукояткой, он был с ним с самого детства…
Руэри закинул трупы в свое кольцо, после чего танцующим движением оказался за спиной бандита и саданул кулаком по затылку. После чего взвалил его себе на плечо, и покинул комнату. В воцарившейся тишине гулко хлопнула дверь. И только тогда мадам Орлэйт повернулась. На ее бледном лице, и прокушенной до крови губе можно было прочитать отчаяние.
Из двух зол – оскорбить банду Бородача, или неизвестного, замаскировавшегося убийцу, она выбрала первое, подыгрывая вторженцу. Просто потому, что проблемы от банды только будут… Зато если бы она отказалась подыграть, то точно не пережила бы этот день. Между большими проблемами и верной гибелью каждый знает что нужно выбрать, верно?
Тем временем Руэри тихо вышел через заднюю дверь борделя, и миновав несколько домов, зашел в невысокую хибару. Ее аренда на несколько дней обошлась юноше в сущие гроши. Зато это было крайне удобное место…
Связанный, и с заткнутым ртом Тиган пришел в себя от холодной воды, которую на него вылили.
– М‑м‑м‑м‑м! М‑м‑м‑м!
К сожалению, угрозы, которые он хотел прокричать наглецу, невозможно было разобрать.
– Нет‑нет, сначала говорю я – а ты слушаешь, – мягко обратился к нему Руэри. Правда, раскаленный прут в его руке, приближавшийся к телу бандита, не предвещал ничего хорошего.
– М‑м‑м‑м‑м!
… Несколько часов спустя, с ужасными ожогами, которые покрывали открытые части тела Тигана, он сбивчиво рассказывал Руэри. Все, что тот хотел знать. И даже немного больше, в надежде все‑таки выжить… Разумеется, тщетной – юноша не мог себе позволить его отпустить. Однако нужную информацию он получил. Ему ведь попался весьма высокопоставленный член банды!
Добив, и спрятав тело, юноша поспешил на набережную. По пути он срезал несколько полых изнутри трав, и спрятал их в одежде.
Тем временем на набережной, как обычно, кипела жизнь. Новая группа бандитов присматривала за пристанью, собирая дань. Однако у каждого из них был напряженный вид. К тому же, они больше не рисковали покупать еду, как все окружающие…
На восточной части пристани грузилось судно. Корпус из потемневшего, просмоленного дуба. Длинные борта пестрели полинявшими на солнце и ветру тряпочками. Торговые традиции предписывали цеплять новую в каждый заплыв. Считалось, что духи удачи присмотрят за такой лодкой, отводя ее от опасных водоворотов, подводных камней и прочих бед. Таким образом можно было различить суда, которые постоянно стояли на пристани и те, что успели проплыть тысячи километров. И эта лодка явно не стояла в тихой заводи…