"Фантастика 2026-145". Компиляция. Книги 1-22 (СИ), стр. 969

Сразу после десерта Поттер сбежал, а мы расселись вокруг камина. Мужчины налили себе огневиски, а нам с леди Малфой выделили по бокалу какого-то раритетного вина из блэковских подвалов.

— Метка еще сильнее потемнела, — прервал затянувшееся молчание Люциус. — Я говорил со Снейпом, его знак ведет себя так же.

— Еще сильнее? Не помню, чтоб ты говорил, что она темнела. — Встрепенулся Блэк, после чего все трое вопросительно уставились на меня.

— Я не разглашаю чужие секреты, — невозмутимо заявила я, делая глоток вина.

Сириус остался недоволен моим ответом, но спорить не стал. Нарцисса же быстренько рассказала кузену последние новости, что еще сильнее испортило ему настроение.

— Если метка будет темнеть с той же скоростью, то она примет свой изначальный вид не позднее лета, — мрачно подытожил блондин. — А это означает, что Темный лорд вернется.

— И что тогда ваша парочка делает в моем доме? «Повелитель» не похвалит вас за такие знакомства. Мы с вами были по разные стороны баррикад, если вы забыли. Да и маглокровка — не лучшая компания для чистокровного семейства в — надцатом поколении. Про Поттера вообще молчу. — Язвительно прошипел хозяин дома.

— Надеюсь, что никто не узнает о наших с вами посиделках. Лорд, конечно сильный легилимент, но благодаря артефактам мисс Грейнджер я верю, что мои мысли и планы останутся при мне. — Люциус кивнул на коробку с плетенными чокерами, которую я вручила Малфоям сразу по прибытии на Гриммо.

— А Волдеморт не заставит тебя снять чокер? — Напомнила я блондину о такой возможности, отметив, что все присутствующие вздрогнули, когда я назвала имя Неназываемого.

— Для того чтобы его снять, надо сначала узнать, что он на мне. А я не собираюсь делиться с Лордом подобной информацией. — Самодовольно заявил Люциус.

— Но я же плела артефакты и для мэтра Аргинтари. Так что это уже не секрет.

— Ошибаетесь, мисс Грейнджер, — насмешливо пропел Малфой. — О таких вещах никто распространяться не будет. Особенно легилименты, как Дорин. Зачем ему давать кому-то оружие против себя. Я заказал чокеры для своей семьи, он ؙ— для своей. Все остальные, присутствовавшие на демонстрации, уверены, что мэтр Аргинтари нашел новые методики и сильно усилился в окклюменции. Маги своими секретами делиться не любят, так что никто не ждет, что трансельванец выдаст им свои наработки.

Малфой довольно отпил огневиски и откинулся на кресло. А я поняла, что новых заказов на чокеры можно не ждать. Сириус тоже утром, когда мы распаковывали подарки, говорил что-то о том, что, как и Гарри, сохранит эту тайну. Но я тогда не обратила на это внимание, как оказалось — зря. У магов ничего не бывает просто так.

— Гермиона, я правильно понимаю, что про черную тетрадку, которая хранилась у нас дома, ты тоже моему кузену ничего не рассказывала? — Мягко спросила Нарцисса, пытаясь сменить тему.

— А смысл портить нервы окружающим, если ничего нельзя изменить? — Пожав плечами ответила я, бросая осторожный взгляд на все больше мрачнеющего Блэка. — Если хотите, можете окончательно испортить настроение моему жениху и рассказать ему все, что знаете.

Блондинка воспользовалась разрешением и поделилась историей о крестражах с хозяином дома. Сириус был в бешенстве. Не от наших тайн, а от ситуации в целом. До сегодняшнего вечера он надеялся, что его друзья отдали свои жизни ради избавления от Волдеморта. Но оказалось, что все эти смерти были впустую. Столь страшную цену они заплатили лишь за временную передышку.

Хозяин дома вызвал Кричера и потребовал принести несколько гриммуаров с информацией о крестражах. Оказалось, что эти раритеты из библиотеки вынести нельзя, поэтому мы все дружно переместились туда. Ничего нового, правда, не узнали. Ритуалы создания осколков души нам были неинтересны, хоть они и присутствовали в архивах Блэков. Чем можно уничтожить эту мерзость мы и так знали.

Единственная польза, выяснили, что максимально возможное количество крестражей — семь. Дальше душа просто распадалась, растворяясь в небытии. Извлечь эту гадость из предметов, не разрушая их, было невозможно.

— И так, что нам известно? — С какой-то дурной веселостью подытожил Сириус. — Тот-Кого-Нельзя-Называть, создал от двух до семи крестражей. Будем исходить из максимального числа и считать, что их семь. Один уничтожен, еще шесть — неизвестно где, предположительно у его соратников. Первая подозреваемая: моя «любимая» кузина Белла. Дом Лестрейнджей сгорел, так что наша добыча скорее всего в ее сейфе. Люциус, ты, как самый доверенный, кого посоветуешь еще в список внести?

— Я уже думал над этим. Не было у Лорда столько доверенных лиц. Повелитель… не отличался доверчивостью, — подбирая слова, произнес блондин. — Я, Беллатриса, возможно, хоть и сомнительно — Нотт. И… твой брат Регулус Блэк, но тоже, едва ли. Вот и весь список тех, кому мог достаться на хранение осколок души.

— Нотт — вряд ли, — озвучила свои мысли Нарцисса. — Не настолько Темный Лорд ему доверял. Да, и поместье у него — новодел, которому всего лет тридцать. Родовое гнездо во время войны разрушили, а у нового дома нет достаточной защиты. Все-таки старые ритуалы были понадежнее, хоть и значительно темнее. И в банке сейф у них практически на верхнем этаже — слабовато.

Поразмыслив, мужчины согласились с леди. Я в обсуждении не участвовала, раздумывая над другой проблемой. Сейчас был неплохой шанс избавиться от медальона Слизерина. Но стоит ли это делать? Принцип: «хотелось, как лучше, а получилось, как всегда» — я помнила хорошо.

Да, и себя бы не выдать, и так по краю хожу. Но с другой стороны, я и так уже много чего наменяла, уже и не знаю, что здесь от оригинала осталось, и чем все это закончится.

— Если отбросить Нотта, мы опять в тупике Регулус давно исчез. Родовой гобелен отображает его мертвым. Я спрашивал у портрета Вальбурги, она не знает что случилось с ее младшим сыном. — Тем временем продолжил обсуждение Блэк.

— А Кричер? — Решившись, задала вопрос я.

— Что Кричер? — Не понял меня жених.

— Сириус, ты спрашивал Кричера о судьбе Регулуса? Твой эльф последний ныне живой свидетель тех событий. Вдруг он знает, где твой брат спрятал крестраж. Если, конечно, Темный Лорд доверил ему свой осколок души, — пояснила я свою мысль.

Осознав мою идею, Блэк вызвал домовика и устроил ему допрос с пристрастием. Эльф юлил, как мог, но ослушаться прямого приказа хозяина не смел. В итоге, через полчаса стенаний и заламываний рук, домовик все-таки поведал страшную историю гибели Регулуса Блэка и отдал Сириусу медальон Слизерина.

Мы собрались вокруг стола, на котором тускло поблескивал старинный артефакт Салазара со змеей, свернувшейся в виде буквы «S», на крышке. В углу тихо скулил Кричер, оплакивая невыполненный приказ хозяина Регулуса.

— Поттера будем будить или подождем до завтра? — Уточнила я.

Да, за всеми этими событиями, время перевалило за полночь. Но никто этого даже не заметил. Все даже забыли о пропущенном ужине, довольствуясь чаем, который иногда подносил домовик. Не до еды всем было. А Гарри ушел спать еще часа два назад, не понимая смысла наших поздних посиделок.

— Зачем нам Поттер? — Осторожно спросила Нарцисса. — Может не стоит еще и его посвящать в эту тайну?

— Кричер сказал, что за двенадцать лет он так и не смог открыть медальон. Слизерин же змееустом был. И Волдеморт тоже. Подозреваю, что мы ничего не сможем сделать без того, кто говорит на серпентарго. Из моих знакомых змеиный язык знает только Гарри. У вас есть другие варианты? — Подбирая слова, сформулировала я свою идею.

Ждать до утра никто не захотел. Поэтому Блэк послал домовика за крестником, приказав эльфу по дороге прихватить с собой клык василиска. Только обязательно в защитных перчатках из драконьей кожи.

Нам же хозяин дома предложил перебраться в дуэльный зал, так как это одно из самых защищенных помещений. Если что-то пойдет не так, больше шансов, что мы и стены уцелеем.

— Люциус должен уйти, — тихо сказала я, не двинувшись с места.