"Фантастика 2026-145". Компиляция. Книги 1-22 (СИ), стр. 960

— С Гарри тоже нужно взять клятву. Сам он может и не поймет всей опасности, но другие по крупицам этой информации узнают лишнее, — выдал Бродяга после раздумий.

— Люциус выступает в качестве добровольного посредника, принимая заказы на артефакты. Оплату он отправляет сразу в сейф в Гриннготсе, который он сам мне и открыл. Лично мы стараемся встречаться как можно реже, всю информацию передавая через Драко. Конспирация же, — я развела руками, подводя итог.

— А браслет портключ и дом в Озерном крае? — Решил прояснить последний вопрос Блэк.

— Плата за появление Элпис и Алейфа.

Разговор оборвался, каждый думал о своем. Сириус укладывал в голове кусочки мозаики, я прикидывала дальнейшее развитие ситуации.

— Почему Малфои уверены в том, что я обязан тебе своим оправдательным приговором? — Неожиданно сменил тему Блэк.

Переход был столь резким, что я растерялась и сразу не нашлась с ответом. Не думала, что Нарцисса поднимет эту тему в разговоре с кузеном. Но, видимо, он был сильно против помолвки и блондинке пришлось идти на крайние меры.

— Моя роль в этом вопросе сильно преувеличена, — сказала я, осторожно подбирая слова. — В первую очередь ты обязан себе, Мародерам и Люциусу.

— Мародерам? — Теперь уже Сириус был обескуражен моим ответом.

— Я заметила на вашей карте Петтигрю, который в образе крысы был питомцем младшего Уизли. И просто рассказала об этому Малфою, обратив внимание на то, что честный герой вряд ли будет годами прятаться в аниформе. Дальнейшей поимкой настоящего преступника и твоим оправдательным приговором лорд занимался без моего участия.

— Я должен попросить прощения, — после паузы выдал Блэк. — Я очень нехорошо о тебе подумал. Намеки мистера Брауна, цветы, браслет. Еще и Нарцисса слишком сильно настаивала на нашей с тобой помолвке. В какой-то момент я подумал, что любовь к мужу застила ей разум и она просто покрывает интрижку Люциуса. Был неправ, очень сильно. В свое оправдание могу сказать, только то, что сейчас на меня влияет родовой артефакт, — Сириус кивнул рукой на помолвочный перстень.

— Кольцо что заставляет тебя любить и ревновать меня? — Выпалила я в ужасе уставившись на собственную руку, на которой сверкал изумруд.

— Нет. Любовь не может внушить ни один артефакт. Даже хваленая Амортенция, лишь затмевает разум, а не дарит реальное чувство. Перстень действует иначе. Он усиливает присущее всем Блэкам чувство собственничества. Знаешь, такое дикое ощущение «мое». Но не пугайся, — увидев мое выражение лица, успокоил меня жених, — столь яркие проявления эмоций будут у меня лишь первые несколько недель или месяцев. Когда кольцо полностью настроится и войдет в силу, оно не будет так «бить по башке», контролировать себя станет проще и я начну адекватно воспринимать тебя и мир.

— Как это украшение действует на меня? — Опасливо уточнила я, уже пожалев, что согласилась на эту помолвку. Мой разум и сознание — это тот мизер, который от меня остался, не хотелось бы терять и его, становясь марионеткой какого-то артефакта.

— А никак, — откинувшись на спинку кресла заявил лорд. — В тебе нет ни капли крови Блэков и на тебя не действует наша родовая магия. Так что ты получаешь только плюсы: защиту от кое-каких проклятий и стороннего влияния. Ну, и как сигналку его можно использовать. Если с тобой что-то случиться, почернеет камень в моем перстне, а если я куда-то вляпаюсь — в твоем.

Мы долго еще обсуждали различные нюансы помолвочных перстней. У каждого рода были свои секреты. В какой-то момент, у Блэка заурчал живот от голода и он смутившись вспомнил, что я вообще-то на обед приходила. Вызвав Кричера хозяин дома приказал накрывать на стол и звать Гарри. А я вспомнила, что кое-что забыла.

— Сириус, у тебя в библиотеке есть «История турнира Трех волшебников»?

— Да, должна где-то валяться, — небрежно бросил жених. — Захвати книгу на обратном пути, — приказал он, обращаясь уже к домовому эльфу.

Издание у Блэков было более старым и дорогим, чем у Браунов. Красивые иллюстрации, богатая отделка, но текст практически тот же. Я довольно быстро обнаружила то, что искала. И ткнула под нос, спустившегося Поттера, нужную страницу.

— Читай внимательно, а лучше заучи, — практически приказала я Гарри.

— «Отказ от магического контракта», — прочел он заголовок. — Зачем это мне?

— А ты разве еще не в курсе, что в этом году в Хогвартсе будет проходить турнир Трех волшебников? Не видел разве парадную мантию в списке школьных покупок?

— Видел и даже купил себе. Зеленую, — отчитался герой. — Но я не собираюсь подавать заявку на турнир, мы с крестным решили, что это может быть опасным.

— Ты не собираешься, а ты уверен, что твое имя никто не подкинет в список конкурсантов? А, зная твою везучесть и длину списка твоих врагов… лучше заучи, — закончив свою пламенную речь, я повторно ткнула пальцем в страницу с отказом.

— Он выучит, — уверенно заявил Бродяга, который лучше себе представлял коварство окружающих и не понаслышке знал о последствиях неисполнения магических контрактов. — И, в случае чего применит все до последней буквы.

Обед на Гриммо мне понравился больше, чем в Малфой-мэноре. Блэк не особо следил за этикетом из-за чего обстановка за столом была более непринужденной. Никто, конечно, руками с тарелок не жрал, но батареи вилок и ножей у каждого обедающего не было. Хозяин дома считал, что для каждого достаточно одной пары столовых приборов, что меня несказанно радовало. В гостях у Люциуса и Нарциссы я постоянно боялась ошибиться и взять не тот бокал или ложку.

Беседа протекала ровно, без неловких пауз. Даже недовольное ворчание Кричера, прислуживающего за столом, органично дополняло антураж старинного замка. Кстати, клятву с Поттера бывший мародер все-таки стряс, при этом, не посвящая Гарри в детали.

Домой я уходила со спокойной душой. Без недомолвок жить стало чуточку проще. А с наличием «жениха» я уже даже почти смирилась.

Вечером в Озерный край прилетел филин Малфоя с букетом и конвертом. Первым порывом было гнать бедную птицу теми самыми белыми розами. Но я взяла себя в руки и прочла послание.

«Дорогая Гермиона Грейнджер!

Поздравляем тебя и Сириуса Блэка с заключением помолвки.

Ваша помолвка — это важный шаг, который требует доверия. И мы искренне рады, что вы оба на него решились. Пусть ваши планы реализуются с легкостью и вдохновением, а союз будет прочным и счастливым.

С наилучшими пожеланиями и поздравлениями, семья Малфой»

P.S. Мэтр Аргинтари требует у меня какой-то артефакт, защищающий от легилименции. Ничего пояснить не хочешь?

Скрепя зубами, нацарапала в ответ что-то такое же высокопарно-благодарственное в ответ на поздравление. Уточнила, что для Дорина за две недели сплету артефакт по стандартной цене, и пошла искать емкость для нового букета. Графины заканчивались.

Первого сентября на вокзал Кингс Кросс мы отправились втроем. Я с вещами перенеслась сначала на Гриммо браслетом, а затем Сириус по очереди аппарировал нас с Гарри на перрон 9 ¾. Явились мы туда гораздо раньше, чем это было необходимо, даже Хогвартс-экспресс еще не подъехал. Жених сказал, что так будет лучше, мы с Поттером спорить не стали.

Стоять на практически пустом перроне было скучно. Первым не выдержал Бродяга.

— Пойду на магловскую сторону, стаканчик кофе возьму, — оповестил нас бывший мародер, принял заказ на чай и ушел через проход в колонне.

Мы с Поттером остались скучать на перроне и разглядывать прибывающих студентов. Первым меня поразил Малфой, вернее его компания. Помимо его неизменных телохранителей Крэбба и Гойла, блондина сопровождал… Долгопупс.

— Чего это Невилл со слизеринцами идет? — Удивленно спросила я у Поттера.

— А, ты же не знаешь. Отец Драко какой-то сложный ритуал провел и выяснил, что проклятие, из-за которого род Малфоев едва не вымер, на них предок нашего Долгопупса наложил. И летом суд был, который Люциус выиграл.