"Фантастика 2026-145". Компиляция. Книги 1-22 (СИ), стр. 434

– Добро пожаловать, – сказал он, приложив руку к сердцу, когда путники спешились и подошли ближе. – Прошу вас, входите и чувствуйте себя, как дома.

Гости кивнули, отвечая на традиционное приветствие, и последовали за хозяином, оставив лошадей заботам его жены. Дочь же прошла вместе с ними, чтобы прислуживать за столом. Быстро и сноровисто она приготовила трапезу, бедную, но вполне себе вкусную. Вилли с Дилоей получили по свежей хрустящей лепёшке, куску козьего сыра и миске мелко порезанного овощного салата. Сочетание знакомых и незнакомых плодов оказалось на редкость удачным. Ди и не заметила, как прикончила свою порцию. По лицу компаньона было видно, что ему блюдо тоже пришлось по вкусу.

– Гумры? – предложил мужчина, дождавшись, пока они утолят свой голод. Девушка уже поставила на невысокий столик пузатый кувшин и теперь убирала посуду.

– Пожалуй, – благосклонно кивнул Вильгельм.

Теперь, когда они отобедали, можно было начать разговор, а потому он спросил:

– Неужели вам удаётся вести такое большое хозяйство втроём?

– О нет, – слегка улыбнулся отец семейства. – Мои сыновья сейчас выпасают овец. – Он часто глотал окончания, что было вполне характерно для жителей северного Кунтана.

– А вы за них не боитесь? Насколько я понял, в округе небезопасно.

– Не для них, – покачал головой хозяин, и, вслед за Вильгельмом осушил небольшой стаканчик гумры. – Сихта нас не трогают.

– Сихта?

– Те, кого ищут солдаты, – он оглянулся через плечо и что-то коротко бросил дочери, с интересом разглядывавшей Вилли. Та подхватилась и ланью выскочила во двор. Правильно. Здесь её услуги больше не требовались, а в огороде ещё было полно работы.

Лично Дилое местные обычаи были немного противны. Для таких вот хозяев жизни, как этот улыбающийся пузан, вполне обыденным делом было сидеть в тени, попивая гумру и болтая с друзьями, или резаться в карты, пока их женщины работают в поте лица. С другой стороны, кто она такая, чтобы лезть в чужие обычаи?

– По дороге сюда мы видели разграбленный караван.

– Какое несчастье! – притворно огорчился хозяин. – Но сейчас здесь солдаты, и они точно покарают мерзавцев.

Какое-то время мужчины ещё перебрасывались ничего не значащими словами, а потом хозяин отвёл их наверх, в небольшую комнату, разделённую занавеской, и предоставил самим себе.

– Как думаешь, может, стоит здесь задержаться, пока всё не уляжется? – Вильгельм уселся на стоящий у стены табурет и посмотрел на неё.

– Может быть, – Ди сморщила нос. Неожиданный порыв ветра ворвался в окно, неся с собой запах навоза и козьих шкур. – К примеру, дня на три.

– Ага, – он как-то неловко вздохнул, побарабанил по полу носком сапога и спросил: – Как самочувствие?

– Неплохо.

Она отодвинула занавеску и прошла на женскую половину. Обычный набитый сеном матрас и колкое одеяло овечьей шерсти. В последнем даже сейчас не было особой нужды. Климат Кунтана был ещё мягче, чем в Литтэрских горах, хотя никаких джунглей они пока что не встретили. Что и неудивительно. До побережья ведь ещё ехать и ехать. Как Ди ни старалась, она не могла избавиться от чувства зажатости, с недавних пор возникавшего всякий раз, когда они общались с Вильгельмом. Наверное, надо поговорить с ним начистоту. Возможно, даже рассказать обо всём, что происходило с ней с тех самых пор, как они встретились в подвалах псионика. Но не сейчас. Порой мысли всё ещё путались, а с языка то и дело норовила сорваться какая-то ерунда. Вот наведёт окончательный порядок у себя в голове, и поговорит.

Через несколько часов хозяева накормили их ужином, а под утро в дом ворвались злобно ругающиеся солдаты. Попытавшегося было протестовать Вильгельма скрутили по рукам и ногам. Дилое тоже заломили за спину руки, хоть она и не думала сопротивляться. В свете многочисленных факелов, их поволокли к деревенской площади, куда уже согнали большую часть крестьян, сбившихся в испуганную толпу. Причитали на все лады женщины, орали груднички и плакали ребятишки постарше. Мужчины же молча стояли, глядя кто в землю, а кто на балкон трактира, где уже подвесили несколько человек. На лицах окружавших сельчан имперцев читалась откровенная ненависть. Вот из соседнего с трактиром дома вывели группку бледных от страха парней, а от толпы отделили ещё троих и завели внутрь. Из-за стоящего вокруг гвалта, Ди с Вилли не сразу смогли разобраться, в чём дело. Оказывается, вечером кто-то подмешал яд в вино, из-за чего погибли сам комендант и несколько его офицеров. Трактирщика и прислугу вздёрнули сразу, даже не разбирая правых и виноватых, и теперь всему населению немаленького села предстояло пройти процедуру магического допроса. Насколько это затянется, Дилоя даже представить боялась, но не похоже, чтобы солдаты намеревались отпустить с площади кого бы то ни было раньше окончания процедуры.

– Беда, – пропыхтел Вильгельм, потирая отбитый бок. – Нет, ну до чего же всё это некстати!

– Не говори, – она огляделась, рассчитывая высмотреть среди охраны уже знакомого им десятника, и, о чудо, ей это удалось. – Гельт! Десятник Гельт!

Он услышал её, обернулся, на минуту задумался, и направился к начальнику охранения. Его вмешательство не прошло даром, и странствующих йоров включили в следующую же партию, идущую на допрос. В доме Дилою с Вилгельмом ещё раз внимательно осмотрели на предмет оружия, и провели в небольшую комнату, где в присутствии трёх рядовых солдат сидел мужиковатого вида сержант, а ещё немолодой человек в форменной мантии.

– Кто такие? – грубо спросил офицер, не предлагая им сесть.

– Безземельные йоры, – Вилли говорил холодно, стараясь сдержать раздражение. Всё же ситуация была не из тех, когда стоит лезть на рожон. – Путешествуем ради собственного удовольствия.

– Знаете что-то о сегодняшнем отравлении?

– Только то, что успели услышать на площади.

Кажется, чем-то сержанту они не понравились. Он пожевал губами, вероятно прикидывая, что бы ещё такого спросить.

– Прошу учесть, командир, что я уже снял заклятие, – немного усталым голосом произнёс колдун.

– А я разве их отпускал? Что за самодеятельность, мэтр?!

– У меня и так, скорее всего, резерва не хватит, – безразлично пожал тот плечами, – Сколько там народу – три сотни, четыре? Нет, если хотите ещё больше всё затянуть…

– Ладно! – отмахнулся сержант. – Вы свободны, йоры. Извиняюсь за доставленные неудобства.

В ту же минуту их вывели из дома и пропустили за кольцо оцепления.

– Жаль, что вам пришлось через это пройти, йора, – подошёл к ним десятник. – Но порой приходится действовать по законам военного времени.

– Вашей вины в этом нет, – покачала головой Ди. – Спасибо за помощь.

Он щёлкнул подкованными каблуками и вернулся к своим обязанностям, а компаньоны направились обратно к дому на окраине деревни.

– Идея задержаться мне уже не кажется такой хорошей, – задумчиво протянул Вильгельм. – Ну его, Кунтан этот, со всей местной вознёй! Может, обратно в Литтэрию двинем, пока не поздно?

– Знаешь, как раз думала о чём-то подобном. Правда, я планировала поехать на северо-восток вдоль хребта и добраться в Федрис, не заезжая к зрячим. А там и до Кепани будет рукой подать. Сядем там на корабль и вернёмся по знакомому маршруту.

– Тоже вариант… Твою ж мать!

– В чём дело? – они уже вернулись к себе и сейчас Вилли, оскалив зубы, вытряхивал на матрас содержимое одной из седельных сумок.

– Деньги пропали! Вот же уродцы болотные!

– И что теперь делать? – растерялась Дилоя. – Опять обращаться к десятнику?

– Бесполезно. Кому мы тут что докажем? – он яростно почесал затылок, растрепав соломенную шевелюру, и поглядел на неё. – Сказал бы я, что у нас большие проблемы, но это не совсем так.

– Серьёзно?

– Ага, – Вильгельм сунул руку за пазуху, чем-то там похрустел и уверенно улыбнулся. – Вернее, совсем не так. Я такой поворот событий предусмотрел и часть денег оставил в Литтэрском банке. Не то, чтобы много, но нам, по идее, должно хватить. А раз возвращаться в горы ты категорически не желаешь, придётся нам всё же проехать ещё немного южнее, до Тибана. У них там есть филиал. Я справлялся, когда планировал маршрут.