"Фантастика 2026-145". Компиляция. Книги 1-22 (СИ), стр. 329

– Ну, ты дала дракону прикурить! Кому-кому, а тебе от звания магистра не отвертеться.

– Есть такое, – она была и рада, и одновременно разочарована подтверждением своих прежних расчётов. – Но до архимага не дотяну.

– Она ещё недовольна! Зато века через полтора станешь магистром первой ступени. Мало, что ли?

– На мой век хватит, – отозвалась Милани, и подруги фыркнули от получившегося каламбура.

Кандидаты выходили один за другим. Ещё двое обрушили камень, при этом особенно жалко было девчушку, которой до успеха не хватило одной жалкой секунды. Дрожащим голосом она извинилась перед комиссией и ветром вылетела из зала, пряча от коллег полные слёз глаза. В общем-то, ничего фатального не произошло. Попрактикуется ещё лет пять, может десять, резерв разрастётся, и потянет она желанную третью ступень. Вот тем, кому четырёх-пяти секунд не хватает, действительно вряд ли что-нибудь светит. Чем меньше базовый резерв юного чародея, тем слабее перспектива его дальнейшего роста.

– Мэтр Лени!

Тишина, только тихонько бранится себе под нос Алиса. Некому было откликнуться на призыв и занять место в круге. Поняв, что кандидата в зале нет, и задержка не вызвана какой-либо иной причиной, Маккел, как ни в чём ни бывало, назвал следующее имя:

– Мэтр Альтиф!

От толпы, а если точнее, от кучки собравшихся, отделилось живое подтверждение недавних мыслей Милани. Плотный мужчина, с виду лет пятидесяти, короткие тёмно-русые с проседью волосы, пышные усы. Чем не студент? Внешность у магов материя достаточно тонкая и зависит от многих факторов, в первую очередь от того, сколь долго им предстоит прожить. Но обычно она устаканивается в промежутке между сорока и пятьюдесятью и остаётся такой до самой смерти. Конечно, если чародей не будет намеренно себя омолаживать. Мужчины далеко не всегда придают этому моменту значение, а те, кто придаёт, иногда даже предпочитают искусственно состарить себя, дабы придать облику некоторую солидность. Женщины же, напротив, все, как одна, остаются красавицами в течение долгих лет. Выпендриваться мэтр Альтиф не стал и опустил каменюку после тридцать второго удара гонга, хотя мог бы продержать её ещё секунд пять, как минимум. Интересно, где ж его раньше носило?

До самого конца испытания Лени так и не появился. Уже председатель произнёс положенные слова, приветствуя новых студентов и сообщая, что занятия начнутся через неделю. Уже огромные двери, больше похожие на ворота, отсекли их от гигантского куба… Огорчённые и не на шутку встревоженные девушки чуть ли не бегом заскочили в гардероб, потом нашли карету Милани, и отправились прямиком в особняк лен Даф. Дворецкий сообщил им, что на данный момент йор Лени отсутствует, но скоро вернётся, и если благородные йоры пожелают, они могут дождаться его в гостиной. Ждать пришлось около часа, после чего их приятель стремительно влетел в комнату.

– Так и знал, что вы придёте. Извините, что не предупредил заранее. Ну, как ваши успехи?

Всё это он выпалил одним махом, видимо, чтобы не дать Алисе возможности вклиниться и обрушить на него заранее заготовленную гневную тираду. Подруга так и замерла с полуоткрытым ртом, и инициативу перехватила Милани.

– Нормально успехи. А ты где пропадал? Мы там чуть с ума не сошли. Напридумывали себе невесть что!

– Говорю же, извините! – глаза Лени возбуждённо поблескивали. Таким они его не видели уже давно. – Времени не было, всё так быстро произошло…

– Что произошло?! – вызверилась Алиса. – Ты, дурень, понимаешь вообще, что профукал вступительное испытание?! Теперь целый год сидеть будешь на попе ровно!

– Война началась. Понимаю. Не буду, – от лихорадочного возбуждения он перешёл к спокойной рассудительности.

– И чем займёшься, частную практику откроешь?!

– На войну пойду. Достало здесь всё, пора сменить обстановку.

– Прекрасно! – подруга закатила глаза. – Стирать зад в седле и швыряться молниями, вместо того, чтобы развивать свой талант!

– Талант никуда не денется, к тому же, война обещает хорошую практику.

– Можешь ещё на бойню устроиться, там практика схожая!

– Хватит! – прервала Милани разгоревшийся спор. – Лени, может, не стоит? Если хочешь сменить обстановку, можешь съездить в какую-нибудь научную экспедицию. Я у отца спрошу…

– Нет, Мила, – парень покачал головой. – Решение принято, и назад уже не отыграешь. Собственно говоря, завтра утром я уезжаю. И, раз уж вы здесь, может, в картишки перекинемся напоследок, как… в старые добрые?

– Конечно! – Милани бросила взгляд на Алису. Голубые глаза подруги уже не метали молний, напротив, в них поселилась лёгкая грусть. – Заодно расскажем тебе, как прошёл тест.

Увы, как в старые добрые, не получилось. Конечно же, по-другому и быть не могло. Хотя они, как и прежде, болтали, резались в карты и даже порой перешучивались, сегодняшние посиделки больше напоминали… прощание. Прощание с Калебом. Под конец они начали всё больше налегать на вино, и Милани поняла, что пора уходить. Не хотелось, чтобы всё закончилось банальной попойкой.

– Не беспокойтесь, вернусь с победой, и глазом моргнуть не успеете. Может, даже с трофеями. – Лени заговорщицки подмигнул.

– Главное, чтоб с головой на плечах! – сказала Алиса, дёрнув его за выбившуюся из-за уха прядь.

– На этот счёт можешь не сомневаться! – улыбнулась Милани. – Он в неё кушает, так что будет беречь, как зеницу ока.

– Точно, точно! – он весело закивал. – А как вернусь, хорошенько проставлюсь. Буду хвастаться подвигами и боевые шрамы показывать.

– Тогда не поворачивайся к врагу задом, – фыркнула Алиса. – А то зрелище может выйти не слишком застольное.

Друзья обнялись напоследок, и девушки направились в сторону кареты.

– Какой же он, всё-таки, придурок! – ни с того, ни с сего буркнула подруга, когда они уже были на полпути к дому.

– Да ладно тебе. В конце концов, ничего ужасного не случилось.

– Пока нет.

– Да что с тобой, в самом деле?! Сама на себя не похожа!

– Ты была на войне?

– Нет.

– И я нет, – вопреки обыкновению, Алиса смотрела не в глаза собеседнице, а в окно кареты. – Но я о ней думала. По мне, там всё так: либо ты сталкиваешься с более сильным магом и погибаешь, либо с более слабым, и тогда ты убиваешь его, а заодно, ещё три-четыре десятка простых вояк. Такая вот «практика».

Милани не нашлась, что ответить. По правде сказать, она вообще о войне не думала и не хотела думать. Капитуляция Меладрии казалась ей делом решённым, вряд ли всё это надолго затянется. Месяц, от силы два. Может статься, Лени и не придётся участвовать в настоящем бою.

– Да, чуть не забыла, – вновь заговорила подруга. – Я на днях съезжаю в общагу.

– Зачем? – искренне удивилась Милани. – По очереди в душевую соскучилась?

– Да нет, просто не хочу сидеть у тебя на шее.

– Я тебя умоляю! У нас четыре гостевых спальни, которые почти всё время пустуют.

– Всё равно, не хочу. Не принимай на свой счёт.

– Не буду, – зевнула девушка. – Но и с тобой не поеду. Хватит с меня общежития.

– Тогда приезжай минут на пятнадцать пораньше, чтоб я успевала списать Историю магии.

– Договорились, – улыбнулась Милани, погружаясь в мысли о предстоящей учёбе. Зубрёжка и злые преподы её не пугали, тем более, что большая часть предметов была действительно интересной. Всяко лучше, чем шуршать платьями на балах и охотиться на гидлизов.

* * *

Юрош лежал под кустом, надёжно укрытый листвой и ночным мраком, разглядывая вражеский лагерь. За три дня, прошедших с начала войны, имперцы успели неплохо обжиться на пограничной заставе, превратив её в перевалочный пункт. С востока постоянно прибывали всё новые и новые подкрепления, останавливались здесь на ночлег и шли дальше, а с запада тянулись караваны с рабами. Насколько Юш понял, изначально все они становились собственностью империи, и только потом интенданты сбывали их частным торговцам, слетевшимся сюда, словно мухи на навоз. Наверняка этот лагерь был не единственным, и вдоль границы располагалось ещё несколько таких «отстойников». Клетки для пленников враги предусмотрительно разместили на восточном берегу реки, чтобы снизить шансы побега. Там же каждый день трудились невольники, спешно возводя бараки для тех несчастных, которым ещё только предстояло попасть сюда. Именно поэтому Юрошу и остальным пришлось переплыть реку, чтобы оказаться поблизости от заключённых. Благо это было нетрудно – течение тут было слабым. Задачей маленького отряда было дождаться сигнала от командира и быстро освободить как можно больше мужчин. Именно мужчин, на этом Аксель настоял особо, потому что они могут пополнить их ряды. Если захотят. Многие, конечно, сбегут, но кто-то наверняка останется. Слишком много зла успели причинить за это короткое время имперские солдаты. Они без всяких колебаний загоняли в клетки сотни разумных, так что любому дураку становилась ясна цель их прихода. Не просто сменить короля на наместника, нет, они шли, чтобы принести новый порядок и безжалостно растоптать тех, кто этому воспротивится. Несколько человек уже присоединилось к их лесному отряду. Это были беженцы, которым удалось ускользнуть от вражеских разъездов, распространившихся по окрестностям, как саранча. Двое мужчин, три женщины и ребёнок. При виде последних Аксель сморщился, будто переел недозрелых слив, но всё же позволил им остаться. Припасов у партизан пока что хватало, а вот безопасных мест, куда можно было бы сплавить лишних людей, поблизости не было. За припасы стоило сказать спасибо королю, ну и командиру, который вывел отряд к заранее подготовленному схрону в лесу. Землянкой его сложно было назвать, скорее просто комната с деревянными стенами и плоским потолком, вкопанная в землю. Внутрь вёл хорошо замаскированный люк, а само помещение порадовало солдат запасами вяленого мяса и круп, настойки краснолиста с тканью для перевязки, парочкой колунов… в общем, там было чем поживиться. Имелось и оружие, правда немного. Пяток мечей и десять луков, зато стрел было вдоволь – и срезней для охоты, и бронебойных с узкими наконечниками. Видимо, его величество давно опасался вероломного нападения со стороны Людской империи и постарался к нему подготовиться. Хотя до войны Юрош не слышал ничего о сборе ополчения. Значило ли это, что врагам удалось застать короля врасплох, или он просто не хотел давать им повода для вторжения? Эти мысли были слишком сложны для ума простого солдата, и парень старался не отвлекаться на них, а просто делать своё дело. А дело у них было. Уходить от склада партизаны не стали, он был расположен достаточно глубоко в чаще, чтобы не опасаться имперских патрулей. Как только они немного передохнули и перекусили, Аксель отрядил нескольких разведчиков из тех ребят, кто лучше всего знал лес. Три дня они собирали сведения, наблюдая за действиями врага и подменяя друг друга, а теперь пришло время действовать. Командир поставил перед бойцами две основные задачи: уничтожить мост и освободить как можно больше рабов. С первым им также должно было помочь содержимое склада. Среди прочего добра, там нашлось два бочонка, доверху залитых огненным маслом. Жутко горючая штука, а если поджечь сам бочонок, то он не просто загорится, а взорвётся, разнеся всё вокруг. Юшу такого видеть не доводилось, только слышать. Поджигать опоры смысла нет никакого, в лагере однозначно есть маг, а то и не один. Щёлкнет пальцами, и любое пламя потухнет. Поэтому Аксель решил сплавить одну из бочек по реке, закрепить где-нибудь в подходящем месте и взорвать. Сам же и поплыл, взяв с собой ещё одного человека. Командир вообще держался неплохо, куда-то делись его привычные нахальство и язвительность. Правда, он выбил два зуба бойцу, случайно уронившему на землю бочонок, да и вообще частенько руки распускал, но сержант тоже им по шее давал не раз и не два.