"Фантастика 2026-145". Компиляция. Книги 1-22 (СИ), стр. 1051

Весь свиток пергамента исписала полностью. Закончила послание просьбой вернуться в школу и сообщением, что я забрала документы из Ильверморни. Уже запечатывая письмо, с удивлением заметила на листе несколько капель. От которых поплыли чернила. Даже не заметила, в какой миг у меня из глаз потекли слезы.

Исправлять ничего не стала. Оставила, как есть. Подозвала сову и дала ей четкие указания, отыскать Даниила и заставить его забрать письмо. Ответа не ждала, но надеялась, что он хотя бы прочтет все то, над чем я страдала последний час. Хорошо, хоть Сато в комнате не было. Японка тренировалась на стадионе, я же тем временем смогла успокоиться и привести себя в порядок.

На ужин идти не хотелось, но я понимала, что надо поговорить с Михаэлем и нормально попрощаться. Завтра утром перед уроками это будет сделать проблематично. А уйти без объяснений — неправильно. Все-таки я считала Бонаккорда другом, он не заслуживал такого отношения. Так что пришлось вставать и плестись в сторону столовой.

Мих за нашим столиком был один, и выглядел француз каким-то напряженным.

— Это правда? — Спросил он еще до того, как я успела присесть.

— Ты о чем? — Уточнила я.

— По школе ходят слухи, что у тебя был роман с Даниилом. Твой муж вас застукал и из-за этого Смирнов уволился.

— Что за бред? — Ошарашенно спросила я.

— Вас видели втроем в «Ведьмином котелке». Услышать не смогли из-за глушилки, но вы точно ругались, — добавил «аргумент» Михаэль.

Только сейчас я заметила то, на что до этого не обращала внимания. Косые взгляды, шепотки за спиной. В меня только что пальцем не показывали. Стало смешно от абсурдности ситуации. Я закрыла лицо руками и захохотала.

— Ты плачешь? — Испугался Бонаккорд.

— Нет, Мих, смеюсь, — ответила я, вытирая выступившие от смеха слезы. — Это ж надо было такую чушь придумать.

— Это не я придумал, — снял с себя претензии француз.

— Доедай быстрее, пойдем на улицу, расскажу, что у нас с Даниилом на самом деле произошло. Тут не хочу эту тему обсуждать, ушей лишних много… с богатой фантазией.

Михаэль не заставил себя ждать и в два счета умял содержимое тарелки. И чуть ли не волоком утащил меня к истоку Ирмы, подальше от любопытных взглядов. Где я хоть и без подробностей, но рассказала о дурацкой ссоре с рунологом и призналась, что забрала документы из Ильверморни.

— Завтра у меня последний день. Вечером улетаю, но надеюсь, что ты будешь мне писать. А может даже в гости приедешь как-нибудь, — закончила я свою историю.

— Вот же ж драные пикси, — выругался Бонаккорд. — Ты представляешь, что здесь начнется, если и ты уйдешь? Все ж уверятся, что роман действительно был. Твое имя в такой грязи изваляют, что вовек не отмоешься.

— Честно говоря, мне все равно. Мих, ты, правда, думаешь, что мне есть дело до того, что будет говорить кучка малознакомых людей, находящихся от меня за тысячи километров? Только Эльзе, наверное, стоит правду сказать.

— Не стоит, — опустив глаза сказал Михаэль. — Мне кажется, это именно она слухи и распускает. Я в какой-то момент подумал, что она просто знает чуть больше, раз вы в одной комнате живете. А выходит, что…, — заканчивать свою мысль француз не стал, просто махнув рукой. Но все и так было понятно. Даже обидеться всерьез не получалось. Все-таки не везет мне с подругами, сначала Браун, теперь вот Сато. Ну, да ладно, со Сьюзен буду общаться, она вроде нормальная, хоть у нас и не получилось близко сойтись.

Помолчав немного на берегу каждый о своем мы вернулись в школу.

В спальне уже хозяйничала Сато, которая делала вид, что ничего не случилось. Ругаться с ней было бессмысленно, но и делать вид, что это нормально — тоже неправильно.

— Зачем? — Просто спросила я, пытаясь понять, а не обвинить.

Кинув на меня один взгляд, японка сразу осознала, что мне все известно о сплетнях, которые она распускает. Но надо отдать ей должное, она попыталась изобразить недоумение. Вот только я ни на секунду ей не поверила, так и продолжая наблюдать за представлением с немым укором. И тогда Сато прорвало:

— Ты! Везде ты! — Кричала Эльза. — Тебе все дается с легкостью. Я пять лет из кожи вон лезла, чтобы стать личной ученицей Смирнова, но явилась «мисс Грейнджер» и мое место досталось тебе. Богатый и красивый лорд в мужья — тоже тебе, а мне предстоит выйти замуж за пожилого японца, практически сквиба. Даже Михаэль дружит с тобой, а на меня внимания не обращает, только квиддич и может со мной обсудить. И то мы больше ругаемся, чем разговариваем. Я согласилась на ненавистный брак, чтобы вытащить Бонаккорда из тюрьмы, но нет — это тоже сделала ты. Ты забрала у меня все. Заняла мое место. И я сделаю все, чтобы разрушить твою жизнь и погубить репутацию.

Японку аж трясло от эмоций, а я смотрела на нее с чувством сожаления и легкой брезгливости. Объяснять ей истоки отношений с Блэком? — А зачем? Рассказывать про то, что Миха из тюрьмы вытащил Малфой, а не я? — Так она это и так знает. Просто игнорирует этот факт. Придумала себе «врага» и не видит ничего вокруг, откидывая то, что не вписывается в ее картину мира.

Оправдываться я не стала, впрочем, как и обвинять ее в чем-то. Просто накинула на свою половину комнаты защитный купол и легла спать. Мое доверие соседка по спальне потеряла. Спиной я к ней не повернусь. Одну ночь как-то переночую. А больше мне и не надо.

Сато попыталась еще поорать и покидаться обвинениями, но я в ответ лишь добавила купол тишины в дополнение к уже поставленной защите. Это ее вывело из себя, но пробиться она не смогла и хлопнув дверью ушла.

Утром я не пошла ни на уроки, ни на завтрак. От одного дня пропущенных занятий особо много не потеряю. А вот нервы сохраню, не слушая шепотки в спину. Лучше вещи соберу. Пользы больше будет.

Перед обедом от директора пришел посыльный, уже известный мне эльф Ноби. Ушастый с поклоном передал мне плотный конверт.

— Профессор Рэн просил передать, если леди Блэк передумала, она может вернуть конверт в кабинет директора. Если нет, то до вечера нужно освободить комнату.

— Спасибо, Ноби. Я уйду прямо сейчас. Поможешь доставить сундук к хранилищу метел?

— Конечно, леди Блэк, — ответил эльф и щелчком пальцев переместил сундук из комнаты.

Я поблагодарила ушастого, подхватила сумку и пустую клетку, после чего окинув взглядом спальню, вышла.

Коридоры школы были пусты, все уже ушли на обед. По дороге я встретила только припозднившегося первокурсника, который чуть ли не бегом двигался в сторону столовой.

Ноби не стал меня провожать на квиддичное поле и исчез с громким хлопком, как только я вышла из главного корпуса. Хорошо хоть успела ему письмо отдать для декана. Прощаться с ней лично я не стала, решив, что записки с благодарностью будет достаточно.

Сириус встречал меня во дворе пока еще нашего дома. Я спустилась с метлы и моментально оказалась в крепких объятиях, уткнувшись ему в грудь. Тонкий запах знакомых духов привычно укутывал и успокаивал, обещая защиту от всех невзгод.

— Не переживай, все будет хорошо, — успокаивал меня муж, и я ему верила. — Пообедаем в «Ведьмином котелке» или уже на Гриммо?

— Домой хочу. Надоела Америка.

Задерживаться в Брейнтонвилле не хотелось даже на минуту. Он навевал плохие воспоминания о последней встрече со Смирновым. А уж обедать в «Ведьмином котелке» и подавно. Мне же там кусок в горло не полезет, несмотря на то, что ела я последний раз вчера вечером.

Вещи Блэка уже были собраны, поэтому задерживаться мы не стали. Сириус запер дом, кинул пару сигналок и активировал портключ. И спустя несколько секунд нас уже приветствовал Криччер:

— Хозяин и Хозяйка Блэк вернулись домой, — торжественно объявил эльф в пустоту. Непонятно кому, зато по протоколу.

Поручив ушастому разобраться с вещами и вызвав на Гриммо Пенни, чтоб помогла с обедом, я отправилась откисать в ванной. Хотелось смыть с себя все неприятности последних дней. Муж отправился мне помогать, в итоге к обеду мы задержались, зато вышли в столовую заметно повеселевшие.