"Фантастика 2026-145". Компиляция. Книги 1-22 (СИ), стр. 1036

— Куплю себе ковер, буду перевозками заниматься. Есть же куча всего, что нельзя портключом или камином доставлять. И люди многие не любят такие способы перемещения, — строил планы Бонаккорд.

— Еще экскурсии можно устраивать. Сверху должен быть красивый вид, а сидеть удобнее, чем на метле. Можно даже лежать, — подкинула я ему идею. Воображение мне упорно рисовало Миха в образе водителя маршрутки. Грубоватого, нагловатого, но по-своему атмосферного.

Пояс я Смирнову отдала, чем очень порадовала профессора. Дважды сверив мою работу со схемой, он унес артефакт на «полевые испытания». Мне даже стало немножечко стыдно. Ведь я точно знала, что этот экземпляр не будет работать так, как артефакт из Мунго. Но, с другой стороны, равноценную замену я б сейчас и не создала. Сначала надо попасть к себе домой в Озерный край и превратить добытую эльфийкой шерсть в нитки.

Подумала я и над идеей индивидуального проекта для экзаменов на следующий год. Самый простой вариант — использовать что-то из уже готовых наработок, тот же артефакт от легилименции или «Круциатуса».

Вот только плетение из обычных ниток не даст достаточно сильного эффекта, а проверять работу сто процентов будут на мне. Да, и за такое точно не дадут мастерство, а попробовать свои силы хотелось. Вдруг войду в историю, как самый молодой мастер.

Так что придется представлять экзаменационной комиссии артефакт из шерсти единорогов. Можно, конечно, подсунуть свой, давно сплетенный и точно рабочий. Либо же попытаться создать что-то новое. И вот тут лучше всего подходили родители Невилла. Эта нерешенная задача висела надо мной не первый год. Надо закрыть этот гештальт, тем более работать буду под надзором Даниила, а значит шансов больше, а рисков меньше.

Размах моей задумки рунолог оценил, но тут же притормозил мои порывы. Слишком уж сложная была задача. Но я горела желанием взяться именно за нее.

— Гермиона, время на раздумье еще есть. Давай ты не будешь спешить. Сейчас спокойно сдавай экзамены. Летом на каникулах навестишь в Мунго Долгопупсов, посмотришь на потоки магии, как я учил. Узнаешь их точные диагнозы, если повезет получишь историю болезней. А, когда вернешься, сольешь все свои наработки в Омут памяти и мы с тобой вместе прикинем, насколько реально помочь этим пациентам.

Я немного разочарованно кивнула, хотя умом понимала, что учитель прав. Сначала надо досконально изучить проблему, а уже потом искать решение.

— И помни, что сейчас твоя главная цель не лечение больных, а защита диплома и отличные оценки на экзаменах. Что толку, если ты замахнешься на столь сложный проект, а потом не справишься и ни Долгопупсам своим не поможешь, ни диплом не получишь.

Пришлось признавать свое поражение. Но для себя я все равно решила, что летом навещу вотчину Сметвика и все разузнаю. Если, конечно, Волдеморт и Пожиратели смерти позволят.

6

Экзаменационная неделя пролетела почти незаметно. При той нагрузке, которую давали в Ильверморни на уроках, я ожидала, что на экзаменах будет полный кошмар. Но к собственному удивлению обнаружила, что итоговая проверка оказалась довольно легкой и я сдала все на отлично. Даже УЗМС.

С Принстоном Калкином у меня вообще вышла довольно нестандартная беседа. На экзамене он меня оставил последней, самолично вызывая студентов в одном ему известном порядке. Когда я протянула ему лист с расписанными ответами, он лишь бегло просмотрел страницу с описанием повадок карликовых пушистиков, отличительными особенностями руноследов и методиками разведения пеплозмеев. А вместо этого поднял совсем другую тему:

— Мистер Смит мне много рассказывал о вас, Гермиона Грейнджер, — откладывая пергамент с моим ответом, ровным голосом произнес профессор. А я растерялась, совсем забыв о своей беседе с усатым шпиком.

— Странно, мы с ним общались всего один раз и то недолго, — попыталась я откреститься от своего участия в аресте Мясника и компании.

— Недолго, но с интересными последствиями, — усмехнулся старик, а его шляпа поганка опасна накренилась. Ему даже пришлось натянуть ее поглубже на уши.

— Вы знаете, мисс Грейнджер, я ведь присутствовал на допросе Херрика Шиллана, — опять перескочил на новую тему профессор и кинул на меня такой цепкий взгляд, что я поняла, сейчас у меня не экзамен, а допрос. И сдаю я не совсем УЗМС.

— Меня даже знакомили с результатами применения легилименции. Ваш бывший преподаватель полностью уверен в том, что вы хитрая бестия, которая украла у него табун единорогов и при этом умудрилась не попасться. Как вам это удалось? — Принстон Калкин оперся руками об стол и впился в меня цепким взглядом, стараясь не пропустить ни единой эмоции на моем лице.

Я на секунду замерла от неожиданности, а потом повторила жест профессора и встала с другой стороны стола, упершись в него руками.

— Профессор Калкин, когда-то я уже говорила это Дайе Деките и Херрику Шиллану, а теперь повторю вам. Я понятия не имею где именно сейчас находится и чем занимается этот табун единорогов. Но я очень рада, что сейчас животные на свободе и никто у них насильно не забирает то, что они не хотят отдавать.

— А вы уверены, что они на свободе? — Преподаватель уже практически кричал мне в лицо, потрясай полями шапки-поганки, — Может они попали в плен к другому чудовищу? Вдруг их жизни прямо сейчас угрожает опасность и их надо спасать?

На эмоциях, я чуть не заорала «Да!» в лицо вредному старику, удержавшись лишь в последний момент. Но видимо что-то такое все-таки отразилось у меня во взгляде.

— Мисс Грейнджер, свободны. За экзамен по УЗМС вы получаете высший балл, — совсем другим тоном сказал профессор, расслаблено опускаясь обратно на стул.

— Спасибо, сэр. Всего хорошего, — торопливо попрощалась я, чтобы не ляпнуть ничего лишнего.

— Вот же ж, бестия. Врет, а ни одна сигналка не срабатывает, — вроде как себе под нос, но так, чтоб я услышала, пробурчал мне вслед старик. Я чудом не дернулась от его слов и смогла выйти из кабинета, как ни в чем не бывало.

Обратно в спальню я не пошла, есть тоже не хотелось, после эмоциональной встряски надо было расслабиться. Школьный родник для этого подходил лучше всего. Шум воды успокаивал и вымывал из головы лишние мысли. А подумать хотелось о многом. Действительно ли Принстон Калкин преподаватель или он очередной шпион серомундирных, работающий под прикрытием? Выдаст ли он меня мистеру Смиту? Стоит ли ожидать от этой поганки гадостей или ему достаточно понимания, что с животными все в порядке?

От потока мыслей меня отвлек грустный профессор Смирнов.

— Моя идея не сработала, Гермиона, — расстроено заявил козлобродый, усаживаясь рядом со мной на траву. — Наш с вами артефакт не работает.

— Совсем? — Удивилась я, мысленно перестраиваясь с мыслей об единорогах и серомундирных на руны и фриволите.

— На самом деле эффект от пояса есть. Правильный и довольно сильный. Я сравнивал несколько вариантов нанесения этой рунной связки. Рисовал цепочку кровью, краской, вырезал символы на амулете и даже вышивал их на одежде. Наш кружевной артефакт показывает самые лучшие результаты. И, если бы я не видел оригинал в Мунго, я б радовался, как ребенок, что получилось увеличить силу рун практически вдвое. Но я же знаю, как оно может работать! В экземпляре Сметвика потоки магии так сияют, что аж слепят. А в нашей… поделке — это тоненькие ручейки, а не потоки. И вроде текут правильно, в том же направлении и последовательности, но слабо. Слишком слабо, — Даниил поднял с земли камешек и досадой швырнул его в родник.

Сейчас я впервые задумалась о том, что сделает со мной профессор, когда поймет, что я два года ему врала. Видела его старания и страдания, но не поделилась секретом, который знала, позволяя ему раз за разом ошибаться. Простит ли он меня? С одной стороны, я вроде как не обязана. Да и мы не столь уж близки. А с другой…

— Может где-то в схеме ошибка? Или секрет совсем не в кружевах? — Попыталась я натолкнуть его на правильную мысль и при этом не выдать себя.