Гарри Поттер и сила Альтернативной Истории (СИ), стр. 35
Гарри с изумлением смотрел, как монстр обрушился на, казалось бы, пустынный закоулок арены… и как там из ниоткуда вдруг возникло небольшое строение, из которого сейчас разбегались взрослые люди. Так вот оно что… те, кому надлежало ударить ему в спину, все это время были прямо здесь, но скрывались от глаз! И освободив дракона он, сам того не ожидая, натравил его на них! Они рыли для него яму, и сами туда и упали! В кои то веки ему повезло!
Схватка нарастала, но было видно, что неизвестные были хорошо подготовлены к бою с драконом, и в скорости его укротят… А значит, надо сваливать с этой арены как можно быстрее. Что там еще нужно было сделать? Да, схватить золотое яйцо — вон оно там. Без него его наверняка не выпустят отсюда, а значит…
Гарри рванул со всех ног. Одним духом подлетел к гнезду, схватил яйцо — хорошо, что оно выделялось среди прочих — и помчался прочь, так что только пятки сверкали. И как раз вовремя, ибо в этот самый момент дракониха рухнула наземь… хотелось надеяться, что она жива, хотя… После этого его настойчиво попросили пройти в палатку первой помощи, тот факт, что он и близко к дракону не подходил, никого не смущал. В том числе и медсестру, которая, не найдя на нем и царапины, выдала склянку с какой-то дрянью. Гарри, стоило ей отвернуться, выплеснул содержимое в кусты, ага, будет он тут что-то пить, размечтались… Медсестра, впрочем, быстро о нем забыла, вернувшись к кому-то за занавеской, этот кто-то лежал… поскольку и Делакур и Крам были на виду, похоже, Седрику досталось…
Когда пришла пора оценок судей, Гарри вышел из палатки, оставалось надеяться, что никто не попытается убить его прямо у всех на виду, уже после представления. Пятеро судей восседали в дальнем конце, на вышке, задрапированной золотой тканью.
Первой поднялась мадам Максим… и высветила девятку. Вероятно, оценила иронию, к тому же, Гарри был совсем не параноиком, а потому не считал, что заговор с целью его уничтожения простирается за пределы Англии. Нет, все зло таилось здесь, и только здесь…
Это подтвердилось, когда Крауч выставил единицу — ясное дело, кто же будет рад, что красивое кровопролитие сорвалось. Плюс дракониха — хотелось надеяться — кого-то да достала…
Дамблдор выставил три… вероятно, делает хорошую мину при плохой игре…
Вот почему Бэгмен поставил десятку — не ясно… Впрочем, возможно, он просто маньяк и любая кровь ему в удовольствие.
А вот Каркаров его находчивость несомненно оценил: Гарри был абсолютно уверен, что, высвечивая десять, директор Дурмстранга подмигнул в его сторону.
Получив желаемое, Гарри вернулся в палатку, Флер и Виктор были уже там, Седрик, видимо, еще не встал на ноги.
— Вы все молодцы! — вскоре ворвался в палатку неунывающий Людо Бэгмен. — Я хочу вкратце изложить дальнейшие планы. До второго тура почти три месяца. Он состоится двадцать четвертого февраля в девять тридцать утра. Но за это время вам будет, о чем подумать. Взгляните на золотые яйца, которые у вас в руках, видите, они открываются… вот петельки. Внутри яйца ключ ко второму заданию. Он поможет вам подготовиться. Все ясно? Уверены? Тогда отдыхайте! — интересно, а Седрик слышал? Впрочем, это уже не его дело.
С яйцом Гарри поспешил обратно в замок. Но по пути ему встретилась уже знакомая дама в зеленом. Выглядела она, правда, не столь сияюще, как в прошлый раз.
— Мистер Поттер, — даже голос ее звучал не столь уверенно. — Может быть, несколько слов для читателей? Каково это было — встретиться с драконом? Как вы оцените результаты?
— Разумеется, миссис Скитер, — в самом деле, почему бы и нет?
Это была уже своего рода традиция — Альбус Дамблдор сидел у себя в кабинете, предаваясь горестным раздумьям. В этот раз не хотелось даже пить, только и хотелось, что сидеть вот, сидеть… и сидеть дальше.
Все это время, даже после этой ужасной песни и осознания того, как Гарри воспринимает Хогвартс, его поддерживала мысль, что, несмотря ни на что, мальчик все-таки остается в этих стенах, что он предпочитает быть здесь, а не где-то еще… Он совершенно не помнил о подробностях записи мальчика в школу! Это ведь было чем-то совершенно обыденным, так делали все! Как он мог вообразить, что Гарри считает себя — и, видимо, всех учеников — пленником замка, который должен был стать для него домом! Когда он впервые прочел в статье, что в глазах Гарри потеря магии вполне приемлемая цена за то, чтобы покинуть эти стены — Альбус Дамблдор в тот миг схватился за сердце… как хорошо, что рядом был Фоукс.
И теперь было уже совершенно ясно, что это последний его год на посту директора — слова Гарри уже вызвали такой переполох, такой скандал, что лишь Турнир пока защищал его. Лошадей на переправе не меняют. Ну а после… он и сам уже не мог оставаться здесь. Не после всего это. Не имел права. Не заслуживал.
Что до Турнира… Седрик так и не сумел получить яйцо — верный признак, что он единственный, кто заранее не знал, что его ждет. А Гарри… Гарри совершил это. И самое страшное, что с точки зрения участника турнира и юридически ничего он такого не совершил. Недаром Турнир Трех Волшебников когда-то был столь кровав… в момент испытаний было разрешено все, кроме того, что было оговорено заранее. Потому победитель последнего Турнира элементарно убил обоих конкурентов и взял приз.
Конечно, возрождая Турнир, они сколько могли изменили правила, добавили ограничений, но самые базовые законы, на котором стояло это состязание, оставались незыблемыми… И потому простое правило «не убивай» опиралось лишь на мысль, что и самим Чемпионам подобное не придет в голову. Все-таки времена теперь другие.
И потому Гарри, освободив дракона — эта выходка привела к нескольким серьезным травмам, но, слава Мерлину, обошлось без жертв — ничего не нарушил. Многие даже отдавали должное находчивости мальчишки, столь необычным образом преодолевшему преграду и прошедшему испытание… Но Дамблдор понимал лучше: для Гарри это не было испытанием. Для Гарри это было покушением на его жизнь, которое он сумел сорвать…
И Альбусу Дамблдору становилось реально страшно при мысли о том, что может произойти дальше… [4]
Глава девятая: агрессивные переговоры
Новая статья Риты Скитер, в которой Гарри успел рассказать больше, прежде чем их в очередной раз разделили, вышла пару дней спустя. И она снова всколыхнула школу, заставив Гарри изумляться пуще прежнего: там ведь ничего сверхъестественного сказано не было! Журналистка все безжалостно покромсала, оставив лишь крохи, в основном то, что и так в глаза бросалось! Тем не менее, те, кто не отметал все это с порога — совсем зомбированные — вели себя так, словно это было каким-то откровением…
В любом случае, Гарри это не волновало, так или иначе, но после этого Турнира он покинет это проклятое место навсегда… В Гриффиндоре как-то робко попытались поздравить его и даже закатить вечеринку… как будто бы он кого-нибудь к себе подпустит! Особенно после того, как Рональд Уизли открытым текстом объявил, что среди несостоявшихся убийц на арене был его старший брат. Жалко, что дракоше так и не удалось никого достать…
Из других новостей было еще золотое яйцо, из-за которого все и произошло, и которое по идее должно было таить в себе подсказку к следующему туру. Так оно, в принципе, и получилось. Ясно дело, Гарри и не подумал открывать его сам, тем более после настойчивых просьб других учеников. Мало ли, что может быть внутри — бомба, газ, а то и чего похуже… Гарри дождался визита гоблинов, которые в этот раз почтили вниманием своего клиента очень скоро после Первого тура — чистая случайность. Ну а Гарри — ясно дело, без всяких задних мыслей — прихватил с собой на встречу яйцо… Ну а что оно вдруг раскрылось… ну, всякое бывает.
Первой мыслью Гарри было, что это действительно покушение, с помощью звукового оружия… но если так, оно было очень неэффективно. Ну а вот гоблины считали иначе и сообщили ему, что это, вообще говоря, речь… только речь, рассчитанная на то, чтобы ее слушали под водой. И воду принесли — опять же, просто так, и то, что яйцо оказалось в воде и снова раскрылось, это была чистая случайность.