Инструкция по применению (СИ), стр. 16
— Он украл у меня технологию… — голос Мортаза стал ледяным, — И продаёт големов, которые через три месяца начинают рассыпаться. Но его изделия дёшевы, поэтому клиенты предпочитают не замечать… Удивительно, что он считается фаворитом!
— Вы поэтому переехали из Крегхолда?
— Это была одна из… причин.
— Вот именно поэтому я и обратилась ква-к вам, мастер, — в голосе Чолуки проскользнула нотка деловой хватки, — Я думала, вам будет… интересно. Не просто заработать, но и… ну, скажем т-ква-к — утереть нос старому «зна-ква-комому».
— А я-то думал, вы выбрали меня из-за того, что я хороший ваятель, госпожа Чолука.
Жаба засмеялась булькающим звуком.
— Ква-нечно, ква-нечно, мастер! Ну ква-нечно же! Вы один из лучших в своём деле! Ваши големы работают как часы, управляющие заклинания безупречны, а глина… глина просто великолепна! А Ква-то там Гронт? Местный умелец, не более. А вы — настоящий профессионал!
Она говорила быстро, и учитывая их разговоры ранее, и то, что я слышал от белоглазого — почти всё это было чушью. Однако старый недоброжелатель плюс желание заработать делали своё дело — жаба мазала мёдом там, где нужно.
Мортаз, похоже, был не против, так как ничего не ответил — он просто молчал.
— Ну что, мастер, — в голосе Чолуки прорезалась нетерпеливая нотка, — Ква-ково ваше решение?
Тишина затянулась.
— Согласен, — наконец ответил хвостатый. В этом слове прозвучало столько злости и предвкушения…
— Вот и отлично, мастер! Вот и отлично! — Чолука явно была довольна, — Тогда да-ква-йте обсудим детали…
Голоса начали удаляться, затем вовсе стихли. Через какое-то время послышались снова, хлопнула дверь — и госпожа Чолука ушла.
А затем дверь на склад распахнулась — рывком. Мортаз вошёл, окинул взглядом шеренгу оставшихся големов — и его взгляд сразу упёрся в меня.
Ну кто бы сомневался…
— Ты, — сказал он и ткнул пальцем в мою сторону, — Выйди из строя.
Глава 8
Что нам стоит, руку встроить?
«Замена конечности голему есть операция, требующая трёх вещей: точности, терпения и сочувствия. Ибо когда ты отнимаешь у творения часть его тела и заменяешь её другой, ты должен помнить: ты меняешь не просто глину и металл. Ты меняешь его восприятие мира. Каждая новая рука — это новый способ касаться реальности. И если ты ошибёшься в настройке, голем никогда не сможет понять, что такое прикосновение».
— Из запрещённого трактата «Искусство замены», автор: ваятельница Ирена Дубовая Рука.
Тело не сопротивлялось.
Я шагнул вперёд, чувствуя, как управляющее заклинание ведёт меня, словно марионетку. Никакого внутреннего протеста, никакой попытки дёрнуться или перехватить контроль.
Уже во время разговора ваятеля с жаболюдкой я понял, что моё везение не бесконечно. И если Мортаз кого из своих изделий и выберет для подставного боя — то точно меня.
Вот только в этот раз я решил, что не буду сопротивляться и строить из себя поломанного идиота.
Причин было несколько.
Первая — банальный страх. Если я снова начну «глючить», Мортаз не станет возиться с ремонтом. Он чётко сказал в последний раз — «всегда можно пустить тебя на запчасти». Разберёт тело, вытащит кристалл из башки, переплавит глину… С такими мыслями желание геройствовать мгновенно испарялось — потерять и без того непростое существование навсегда…
Бр-р-р!
Вторая причина — жадность. Точнее, холодный расчёт.
Очевидно, что для выступления на арене Мортаз так или иначе «проапгрейдит» меня. А я ох как хотел подсмотреть за этим процессом, чтобы хоть немного понять, как вообще работает местная «инженерия». У меня был соответствующий склад ума — и если бы я разобрался в этих магических схемах, то в дальнейшем улучшать себя самому было бы гораздо проще. Поэтому понимать, что и как со мной можно сделать, как минимум — необходимо.
Вот только имелся огромный подводный камень — созданная несколько дней назад полость в боку.
Если Мортаз начнёт копаться в моём теле, он может заметить следы чужого вмешательства — неоднородность глины, швы…
И ни к чему хорошему это точно не приведёт.
Но выбора не было. Либо рискнуть и надеяться, либо…
В крайнем случае — если Мортаз найдёт полость — у меня будет несколько секунд, чтобы перехватить контроль и врезать ему так, чтобы он надолго забыл, где находится.
Но что дальше? Бежать по незнакомому городу в теле голема, на которое даже документов нет? Меня однозначно поймают — если не сразу, так чуть позже. А потом либо разберут на запчасти, либо того хуже — отправят в какую-нибудь местную лабораторию разбираться, почему глиняная болванка умеет думать.
А Мортаз…
Мортаз, по крайней мере, пока не собирается меня убивать.
Ладно, запасной вариант есть, а пока посмотрим… Хотя не скрою — в какой-то мере я чувствовал себя идиотом, потому что задержался в мастерской и не сбежал раньше…
Все эти мысли промелькнули за секунду, пока ваятель придирчиво меня осматривал. Наконец он хмыкнул и кивнул в сторону мастерской.
— Иди туда. Встань у центрального стола.
Я сделал, как было велено. Мортаз обошёл меня, бормоча себе под нос:
— Так… Посмотрим, что тут можно сделать. Глина второго обжига — пойдёт, но каркас нужно будет усилить. Центральный кристалл оставлю, незачем тратить ценный ресурс на такую куклу. А боевые рефлексы… Хм… Нужны будут новые управляющие линии. И не одна, а несколько связок…
Хвостатый подошёл к одному из стеллажей и начал вытаскивать какие-то детали — металлические пластины, штыри, кристаллы в оправах.
Я стоял смирно, но внутри всё кипело.
Так, смотреть и запоминать, смотреть и запоминать! Каждое движение, каждый инструмент, каждое слово! Если повезёт, я увижу весь процесс от начала до конца. А потом, когда останусь один, попробую повторить…
Ваятель подошёл с металлической пластиной в руках, приложил её к моему плечу, что-то прикидывая. Затем подкатил к центральному столу тележку с инструментами — клещи, рычаги, какие-то приспособления, о назначении которых я мог только догадываться. Некоторые из них напоминали хирургические инструменты — если бы хирурги оперировали камни.
— Так, — пробормотал ваятель, потирая ладони, — Начнём с самого простого. Руки тебе точно понадобятся новые.
Мортаз подошёл с левой стороны, и я почувствовал едва ощутимое давление там, где рука соединялась с корпусом.
Ящер взял инструмент — что-то вроде тонкого металлического прута с загнутым концом — и вставил его в щель между корпусом и рукой, повернул.
Я услышал щелчок.
— Как два пальца о наковальню! — усмехнулся Мортаз, и его хвост дёрнулся в сторону, — Теперь потянись в сторону!
Я повиновался, ваятель потянул в другую сторону. Рука дёрнулась вперёд, потом в сторону, а потом… отделилась.
Никаких ощущений, никаких чувств — я просто увидел, как конечность отходит от тела, а на её месте остаётся металлический штырь с какими-то контактами и прорезями. Мортаз подхватил руку прямо в воздухе, положил на стол и вернулся ко мне с другой стороны.
Через минуту процедура повторилась.
Я стоял без рук, и внутри поднималась волна отстранённого ужаса. Будь я человеком — отключился бы от болевого шока. Но я чувствовал только тупое осознание происходящего.
Господи, ну и трэш! Мои руки лежат на столе, и они мне больше не принадлежат!
Мортаз тем временем прошёл к одному из стеллажей, открыл массивный, обитый железом шкаф, который я как-то уже исследовал, и я увидел ряды големских рук — разных размеров, с разными степенями проработки. Некоторые были глиняными, как мои старые, другие — металлическими, с шарнирами, похожими на человеческие суставы.
— Найдём что-нибудь подходящее, — пробормотал ваятель, перебирая конечности, — Вот эти… да… Нужна доработка, но база хорошая.
Он извлёк две руки — металлические, с медными и стальными деталями, на пальцах виднелись грубые штыри, похожие на ударные костяшки. Глазом инженера я оценил качество: литьё неплохое, но швы видны, а подвижность пальцев… Хм, судя по шарнирам, она будет лучше, чем у моих старых «сарделек».