На погребенных углях (ЛП), стр. 28

Он пожимает плечами.

— Когда придёт время. Если ты выполнишь свою часть сделки.

Это звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Но…

— Эффи.

Он вопросительно смотрит на меня.

— Что?

— Эффи. Она моя… подруга. Если я сделаю это для тебя, забери её у Хозяина.

Он удивлённо приподнимает бровь.

— Вообще-то я мог бы просто приказать тебе сделать это. Ты ведь понимаешь?

— Понимаю, — спокойно отвечаю я. — Но ты сам предложил сделку. Потому что предпочитаешь быть честным.

Он молчит.

— Я знаю, что ты можешь заставить меня, — продолжаю я. — Но, если у меня будет ради чего, я не стану тебе лгать. Потому что именно этого я хочу больше всего.

Он внимательно смотрит на меня, обдумывая мои слова.

— Где эта… Эффи?

— У Хозяина, — тихо отвечаю я.

Он рычит.

— У тебя больше нет Хозяина, Эльфийка. — Я поднимаю на него глаза. Он бросает взгляд на ошейник у меня на шее, и его губы презрительно кривятся. — Как его зовут?

Как его зовут… Я вспоминаю людей, которые приходили в Подземелье, и как они к нему обращались.

— Эм… — Я сглатываю, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота. — Эмериш. Кажется, так его называли.

Он отводит взгляд, стиснув челюсти.

— Ты уверена?

— Да.

Он снова смотрит на меня.

— Подумай хорошенько, Эльфийка.

— Я уверена. Другие называли его Эмеришем в Подземелье.

— И давно ты у него?

— Меня продали ему ещё ребёнком. С тех пор я и была у него.

Его глаза сужаются.

— Сколько тебе лет?

Я хмурюсь.

— Не знаю точно. Думаю… около двадцати трёх.

Он тихо выругивается, глубоко вздыхает и кивает.

— Я верну тебе подругу, когда ты научишься говорить с драконами. — Он говорит именно «когда», а не «если». — Сроки устанавливаю я, и тянуть нельзя. Не пытайся меня обмануть и не притворяйся, будто умеешь, если это не так.

Я понимающе киваю.

— А если у меня не получится?

— Тогда я найду того, кто сможет. А тебя верну Хозяину. — Он ненадолго замолкает. — Или убью.

К горлу снова подкатывает тошнота.

Я не хочу возвращаться к Хозяину. Он уже прогнал меня, а если я вернусь, то убьёт. Медленно. Мучительно.

Но ведь он только что сказал, что всё равно убьёт меня.

Разве не этого я хотела?

Но Эффи…

— Мы договорились? — спрашивает он, протягивая раскрытую ладонь.

Я смотрю на его большую руку и после недолгого колебания осторожно вкладываю в неё свою, закрепляя нашу сделку.

— Да. Мы договорились, — шепчу я.

Он кивает.

— Как тебя зовут? — Он подбрасывает камень и ловит его.

— У меня нет имени.

Он резко поворачивается ко мне.

— Что?

Я отвожу глаза.

— У меня нет имени. Просто… Эльфийка.

Так меня всегда и называли.

Несколько секунд он молча смотрит на меня, затем качает головой и что-то тихо бормочет себе под нос.

— А семья?

Я опускаю взгляд и молча качаю головой.

Он тяжело вздыхает.

— Почти все драконы сейчас здесь, хотя несколько улетели. — Он указывает на красного дракона, которого я уже видела в Яме. — Блейз. — Затем на двух синих. — Агнар и Солия. — Солия спит, укрывшись крыльями. — Хакон и Хедорик. — Это зелёные. — Альтер, Векс, Дорен и Эскор сейчас отсутствуют.

Я молча киваю, рассматривая драконов. Услышав свои имена, они поднимают головы и смотрят на Рохана, словно ожидая приказа. Не дождавшись его, снова укладываются спать.

— Пока собираешь тепловые камни и раскладываешь их по вёдрам, можешь тренироваться на Дрогонахе. Потом принеси одно ведро ко мне в хижину, — говорит он, протягивая мне большой камень. — Пока учишься, ты будешь проводить здесь много времени.

Я растерянно моргаю, и он показывает на груду камней возле Дрогонаха. Только теперь я замечаю, что такие кучи лежат рядом с каждым драконом.

— Не понимаю.

Рохан подходит к Дрогонаху и кладёт перед ним камень, затем делает шаг назад. Дрогонах открывает пасть, и из неё вырывается небольшая струя пламени. Я невольно отступаю.

Он держит огонь на камне несколько секунд, пока тот не начинает слабо светиться, а внутри не проступают оранжевые прожилки.

— В этих камнях есть руда, которая удерживает тепло.

Рохан трёт Дрогонаха по носу, поднимает камень и протягивает его мне. Я настороженно подставляю обе ладони, и он роняет его прямо в них.

— Ай! — вскрикиваю я, тут же выпуская камень и принимаясь дуть на ладони. — Он горячий!

Рохан улыбается.

— Привыкнешь, Эльфийка. Вёдра стоят по всей пещере. Наполни одно и принеси ко мне в хижину, я покажу, куда его поставить. Скорее всего, тебе придётся сходить сюда ещё не раз.

Он разворачивается, собираясь уйти.

— Подожди! Ты оставишь меня здесь? С… ними? — Я перевожу взгляд на драконов. Некоторые уже с любопытством наблюдают за мной.

— С моими драконами? — спрашивает он.

Я киваю.

— Они тебя не съедят. Сегодня утром я уже велел им этого не делать.

Он снова отворачивается, и я невольно хватаю его за предплечье. Мой мизинец касается чёрной ленты, обмотанной вокруг его руки.

Он замирает и опускает взгляд туда, где соприкасаются наши руки. Его ноздри едва заметно раздуваются, и я поспешно отдёргиваю ладонь.

— И они тебя послушаются?

— Что ж, Маленькая Шептунья Драконов, скоро узнаем.

С этими словами он уходит, оставляя меня одну среди драконов.

Я медленно поворачиваюсь к Дрогонаху, подняв раскрытые ладони.

— Эй… эм… Дрогонах.

Я говорю как можно мягче. Он шумно фыркает, выпуская маленький огненный шарик. Мне даже кажется, что дракон закатывает глаза, прежде чем снова закрыть их и улечься, положив голову на кончик хвоста.

Я перевожу взгляд на камни.

Ну же. Всего три секунды храбрости.

Я справлюсь.

Я заберу Эффи. Может быть, доберусь до земель эльфов, найду свою семью, если она вообще у меня есть. Смогу жить среди тех, кто похож на меня, узнаю, что значит быть эльфийкой… и больше никогда не буду рабыней.

Неужели это возможно?

Собравшись с духом, я считаю до трёх, беру новый камень и осторожно кладу его перед Дрогонахом.

— Не мог бы ты… пожалуйста… нагреть его для меня?

Никакой реакции.

— Пожалуйста, Дрогонах?

В ответ лишь тихий храп.

— Чем дольше ты будешь меня игнорировать, тем дольше мне придётся здесь сидеть. Не думаю, что тебе этого хочется.

Ничего.

Я сжимаю кулаки и оглядываюсь. Даже дракон, который спал на спине, теперь поглядывает на меня, заворачиваясь в крылья, словно в огромное одеяло.

Они похожи на гигантских домашних котов.

— Дрогонах, — говорю я уже строже.

Он лишь снова фыркает.

Неудивительно. Для него я, наверное, опасна не больше мыши.

— Ну и ладно. — Я усаживаюсь на землю и скрещиваю руки на груди. — Тогда я останусь здесь и буду действовать тебе на нервы.

Или он меня съест.

Если честно, второй вариант кажется куда более вероятным.

Рохан показал мне, что с задней стороны холма, на котором стоит его дом, есть дверь. За ней маленькое помещение с невысокими каменными столбиками, доходящими мне до колена. На каждый из них я должна положить по тепловому камню.

Всего четырнадцать.

Когда камни оказываются на своих местах, тепло, по-видимому, поднимается вверх и обогревает дом. Никогда раньше не видела ничего настолько продуманного. Только носить их нужно быстро, пока они не успели остыть.

Я бы ещё долго восхищалась этой затеей, если бы не тащила уже которое по счёту последнее ведро. Морозный ветер превращает ресницы в сосульки.

Я открываю дверь и, пригнувшись, протискиваюсь внутрь. Ставлю ведро на пол. Руки уже саднят от бесконечных горячих камней, а когда ручка ведра трётся о волдыри, на глаза наворачиваются слёзы. Рохан сказал, что скоро я привыкну. По его словам, дети начинают заниматься этим лет с пяти.