"Зарубежный детектив-2026-8". Компиляция. Книги 1-9 (СИ), стр. 390

Мэллори, конечно, не спросит почему, и так понятно. Своими глазами навыкате он и впрямь напоминал жабу.

— Лягушонок — единственное мое прозвище, так что я хорошо его запомнил. Его подхватили все дети на празднике, а именно этого Смит и добивался. Он посмеялся надо мной. Я понял это, когда пришло время открывать подарки.

— Он подарил тебе лягушку?

— Огромную.

Гигантская лягушка выпрыгнула из подарочной коробки. От неожиданности чья-то мамаша вскрикнула. На шесть секунд земноводное стало его домашним любимцем, единственным за всю жизнь. Но дети накинулись на животное и убили, медленно выжали из него жизнь сандалиями, кедами и кожаными туфлями. Затоптанная лягушка была главным событием его дня рождения, ведь обычно детей не учат убивать живых существ. А потом принялись за него — Лягушку Номер Два.

— Ладно, вернемся к Битти. — Мэллори взяла дневники. — Она религиозный фанатик, насколько я поняла. Что еще ты можешь о ней сказать?

Чарльз рассеянно уставился на мягкие игрушки на кровати. Медвежата совсем потрепанные. В детстве Битти, наверное, любила целовать кожаные носы, поэтому они бесследно исчезли с плюшевых мордочек. И крохотная птичка под кроватью — такая же застенчивая, как хозяйка.

— Не могу поверить, что эта женщина способна на убийство.

— Битти? Конечно, нет, — как ни в чем не бывало ответила Мэллори. — Удар нанесла старуха. Недда сама призналась в этом первому полицейскому, прибывшему на место преступления.

Чарльз возвел очи горе. Но не в молитве.

— Зачем же… — Он смолк, пытаясь побороть досаду. — Зачем тогда привлекать меня к этому делу? Вторгаться в ее…

— Потому что она одержимая.

— Нет, Мэллори, не поэтому. Придумай что-нибудь другое.

— Я хочу, чтобы ты поговорил с Битти Смит. Ты утверждаешь, будто не знаешь ее. — Мэллори убрала дневники в шкаф. — Теперь знаешь.

Он покачал головой, но спорить было бесполезно.

— Ты меня подставила.

Ее брови поползли вверх, как бы говоря: «Да? Ну и что из этого?»

— Значит, ты предлагаешь допрашивать эту женщину, используя то, что я узнал из ее дневников?

— Она не хочет говорить с полицейскими. Она просто сыплет цитатами из Библии.

— Синдром Туретта [153], только на библейской почве, — сказала Мэллори. — Спускайся и поговори с ней. Заставь ее говорить.

— Я не собираюсь ее…

— Или это сделаешь ты, или этим займусь я.

Мэллори грозила — да что там, фактически обещала вытрясти душу из крохотной хрупкой женщины. Скоре всего, Битти Смит и без того в ужасе, а Мэллори вполне может сойти за разбушевавшуюся социопатку, что, однако, не мешало ему восхищаться ею. И хотя Чарльз понимал, что шантаж Мэллори — лишь часть игры, он согласился.

Она вышла и закрыла за собой дверь, после чего в темноте из-под кровати раздался тонкий возглас:

— Что?

Чарльз наклонился и увидел, как попугай покидает свое укрытие. Он припадал на одну лапку, не мог двигаться по прямой, петлял и ходил по кругу. На одном крыле не было маховых перьев, хвост шлейфом волочился по полу. Клетка хромоножки стояла на полу. Все указывало на то, что птица передвигается только пешком и не может летать.

Чарльз взял пузырек с лекарством: витамины, прописанные ветеринаром. Он с трудом разобрал имя птицы — Рэгз. В другом пузырьке оказалось снотворное, уже для человека. Чарльз проверил дату отпуска лекарства и высыпал содержимое пузырька на ладонь, чтобы пересчитать таблетки.

Все на месте.

Очевидно, в этом месяце Битти не мучила бессонница. А может, она боялась спать?

На двери красовался увесистый засов. Массивный стальной шпингалет блестел, как новенький, очевидно, его установили совсем недавно. Значит, Битти боялась. Но чего? Или кого?

Детектив Райкер думал о том, знает ли мисс Зимнер, как много наделала сегодня ошибок. И решил, что, пожалуй, о нескольких просчетах она догадывается. Теперь они сидели за кухонным столом и с подозрением смотрели друг на друга.

Он улыбнулся. Она тоже.

— Итак, мадам…

— Зовите меня Недда.

— Необычное имя.

И незабываемое для Райкера. Его младшего брата звали Недом. Но многие знали Недду под другим именем — даже старики, которые помнили громкие скандалы прошлого, раздутые желтой прессой. Впрочем, прозвища нередко передавались из поколения в поколение. Он уже не сомневался в том, кто она такая, но не спешил поделиться с ней догадкой.

— Может, попробуем разобраться с неувязками в нашем деле? — предложил Райкер. — И тогда мы раз и навсегда оставим вас в покое.

Как бы не так.

Он быстро просмотрел свои записи в маленьком блокноте, словно ему нужно было освежить в памяти все детали.

— На прошлой неделе кто-то пытался проникнуть в ваш дом. Сегодня вечером попытался опять, и в результате мы имеем труп. Рядом с телом обнаружен нож для колки льда, который грабитель, похоже, принес с собой.

— Но выводы делать рано, так?

Райкер пролистал еще несколько страниц.

— Совершенно верно. — Он увидел, что Недда улыбается. — Вы знали, что человек, который лежит на ковре у вас в гостиной, обвинялся в убийстве трех женщин? Мы хотели бы увязать прошлые убийства и сегодняшнее происшествие в одно дело. Избавить себя от лишней бумажной работы. Но такое счастье нам выпадает редко. Мы очень хотим верить, что убийца ворвался в дом с ножом для колки льда. Но есть одна загвоздка: это вещь дорогая, отделанная серебром.

— Как-то не вяжется с его обликом, да? С порванной потной футболкой, и вообще.

— А где ваш нож для колки льда, Недда? Мы проверили мини-бар в гостиной, там ножа нет. Может, он в кухне?

— Понятия не имею, детектив. Я редко пью крепкие напитки.

— И вы не можете сказать, чей это нож — ваш или его?

— К сожалению. — Недда поставила на стол пепельницу, и Райкер достал сигареты, о которых мечтал весь вечер.

Вспомнив о хороших манерах, он протянул пачку Недде:

— Вы курите?

И очень удивился, когда она взяла сигарету, прикурила от его зажигалки, затянулась и выдохнула идеальное кольцо дыма, ответив тем самым на его последний вопрос. Райкер решил, что она прекрасно держится, учитывая, что в ее доме полно полицейских, а в гостиной лежит труп. Он допил чай со льдом и мельком просмотрел показания, которые она дала полиции Вест-Сайда.

— Мадам, в доме живет еще кто-нибудь? Я не вижу здесь…

— Да, моя сестра, Клео Зимнер-Смит.

Рука Райкера повисла над открытым блокнотом.

— Фамилия пишется через дефис?

— Да. Мой брат Лайонел тоже здесь живет. Но сегодня они ночуют в загородном доме, в Хэмптонсе.

— Давайте позвоним и спросим у них, где хранится нож для колки льда?

— Можете оставить сообщение на автоответчике. Они там никогда не берут трубку. Живут в уединении.

Кто-то тяжело шагал по коридору к кухне. Райкер оглянулся и с удивлением обнаружил, что к ним пожаловал глава судебной экспертизы собственной персоной: похожий на медведя Хеллер остановился в дверях. Его сопровождал оперативник с кукольным лицом. Стажер? Хеллер любил учить подчиненных на практике и очень гордился своей системой обучения. Видимо, поэтому он и явился: чем еще можно объяснить, что он приехал по такому ничтожному поводу, как несостоявшееся ограбление?

Хеллер остался в коридоре, а стажер с набором для снятия отпечатков пальцев прошел в кухню, недоуменно качая головой и бормоча себе под нос:

— И зачем снимать отпечатки по методу исключения? Он же мертв.

— Делай, что говорят, малыш. — По тону Хеллера было понятно, что со стажером он разберется позже. Затем он развернулся и направился обратно в гостиную.

Стажер открыл чемоданчик и разложил на столе белые карточки, чернильную подушку и ролик, потом взял руку мисс Зимнер, словно перед ним была кукла, а не живой человек. Ни вежливого «позвольте», ни «прошу прощения, мадам». Обмакнув большой палец Недды в чернила, он опустил его на специальную карточку в нужный квадрат.