"Зарубежный детектив-2026-8". Компиляция. Книги 1-9 (СИ), стр. 314

– Именно. У тебя… Кхм. – Роза не видела, но четко представляла, как Вулф напрягает челюсть и жмурится, прежде чем сказать: – К черту, неважно.

Позади Розе уже сигналили, кто-то с тротуара кричал как резаный, хотя она ни на кого не наехала, лишь задела скамейку – большое дело. Они с Бьянкой переглянулись, обсуждая все это без слов.

Уже завтра Розе нужно вылетать в Тихуану, разбираться с делами, которые наворотил Матео, выбивать сведения из старых покупателей Агилары, а она застряла в чертовом Сан-Диего с упавшим на хвост Вулфом!

– Увижу еще раз рядом со свидетелями или поймаю за руку – и ты будешь следить за моей охотой на Пепе из-под домашнего ареста, – пригрозил Вулф. – Это понятно, Вергара?

Ах, твоей охотой. Глотай пыль, сосунок.

Любовь к собакам девочкам привил отец. Как позднее рассказывала абуэла, в день рождения Розы он привез в дом щенка немецкой овчарки, но мама запретила держать собаку рядом с малышкой, а после и вовсе отправила пса в дом абуэлы – когда Роза захочет, будет ездить к ней и возиться там со своим питомцем. К рождению Бьянки папа тоже купил щенка, в этот раз малинуа, и тот тоже отправился в дом абуэлы. Когда мамы не стало, отец позволил забрать собак домой. Хоть какое-то утешение. Хоть кто-то составлял девочкам компанию, потому что следующий год отца они почти не видели.

Он отдалился: был занят поисками того, кто убил его любимую, Рейну Вергару. Прямо на пороге их собственного дома. Тогда забота о Розе и Бьянке снова легла на плечи абуэлы. Ей не привыкать, она всегда была рядом с сыном, чтобы подстраховать, поддержать его семью или бизнес. Ведь прежде, еще до рождения Иларио, картелем руководила именно она, Ача, Камилла Вергара.

Она пришла к власти в восьмидесятых. Финансовый кризис, расцвет криминала, картели, которые не могли утолить жажду крови. По словам бабушки, тогда днем на улицу было страшно выйти даже им, семье военных. Два бабушкиных брата погибли от рук картелей, один считался без вести пропавшим, но она долгое время была уверена, что он жив. Продан куда-нибудь в Америку, Колумбию или на Кубу, но жив.

– Радуйтесь тому, в какое время живете, – повторяла иногда абуэла. Девочки понимали, что в такие моменты на нее накатывали воспоминания, и не спорили. Они тоже видели, на что способны картели, но потеряли не так много близких – по крайней мере, не тех, кого знали лично.

Младший брат абуэлы Игнасио Вергара, как сын генерала, сам служил, умел обращаться с оружием, а главное – собирать вокруг себя людей. Таких же замученных картелями и страхом, таких же готовых постоять за свои дома и семьи. Игнасио ничего не рассказывал отцу, но Камилла случайно подслушала его разговор с друзьями, когда они планировали обокрасть склад с оружием семьи Хименес. Это звучало как самоубийство, бабуля умоляла его не лезть на рожон, иначе она обо всем расскажет их отцу. Игнасио тогда было всего семнадцать лет, Камилле – девятнадцать. Он не прислушался, и в ту ночь они влезли на защищенный склад оружия, унесли все, что смогли, и подожгли базу. Абуэла рассказывала эту историю с такой гордостью, говорила, что из их парней тогда подстрелили только одного, зато Хименес потеряли человек десять. Это был первый раз в Тихуане, когда кто-то открыто выступил против картелей. Это стало первой каплей, давшей такие круги по воде, что теперь, тридцать лет спустя, Камилла сама диктовала законы в городе и держала под своим каблуком и картели, и политиков.

А какая-то датская псина притащилась сюда и отправила несгибаемую Ача гнить в тюрьме.

Они называли ее главой преступной организации, говорили, что она – воплощение всего того, с чем боролся ее отец, от чего страдала ее семья.

Семья Вергара боролась с торговцами оружием, с работорговцами, с теми, кто использовал людей как пушечное мясо и вербовал четырнадцатилетних мальчишек. Игнасио не только возглавил местное сопротивление, он взял к себе и старшую сестру, которая уже тогда владела английским языком, помогала в связях с американцами, выуживала информацию, которую иначе бы они никак не достали.

Там же абуэла познакомилась и с абуэло Виктором. Роза и Бьянка не застали его, видели только на фотографиях, такого улыбчивого и красивого.

Никто тогда и не думал о том, чтобы заводить детей: слишком страшно, ты всегда на мушке, в любой момент можешь лишиться всего. Игнасио погиб, так и не женившись, даже не дожив до двадцати пяти. Его истерзанное тело с отрубленными кистями бросили к порогу семьи. Спасибо всем святым, его отец этого уже не увидел.

Это было обещание: «Такая судьба ждет каждого из вас, не стойте на пути у картелей». Абуэла снова нашла деньги и оружие, сплотила людей, подняла их против преступников и собственноручно вырезала всю семью Хименес. Тогда-то она и получила свое прозвище – Тесак.

Эту часть истории девочки узнали уже из интернета, а подробности – от Тио. Он всегда легко поддавался на их манипуляции и болтал много лишнего.

Виктор Варгас сделал предложение Камилле, когда все более-менее улеглось. Конечно, избавиться от целого картеля значило привлечь к себе внимание десятков других, но теперь они нанесли себя на карту как опасных врагов, а значит, нужно было готовиться к настоящей войне. И хоть что-то хорошее нужно было всем – например, свадьба счастливой влюбленной пары, которая верила, что справится с любыми невзгодами.

У них родился только один сын, Иларио, а через год Виктор погиб. К этому времени семья Вергара уже насчитывала под своими знаменами несколько сотен солдат. Простых горожан, которые когда-то пошли за братом Камиллы, военных, которые когда-то служили ее отцу, молодых парней и девушек, которые увидели новую силу, способную противостоять злодеям. Да, они не сажали ублюдков за решетку и не судили их по закону. Потому что законы были бессильны, а решетки хрупки – только пушка, тесак и немного огня могут тебя спасти.

В свое отсутствие Роза приказала Тио присматривать за Бьянкой. Когда поблизости шастает Пепе, ее нельзя оставлять одну. Ее никогда нельзя оставлять одну, но ее охранникам, этим придуркам Зипи и Запе [127], Роза не доверяла и в более мирные времена. Бьянка сама их выбрала и нанимала обратно каждый раз, когда Роза их увольняла. Еще один прокол, и она точно прострелит им головы – тогда-то Бьянке придется смириться.

– Не понимаю, почему нельзя с этими покупателями созвониться или списаться? – спросила Бьянка, пока Роза закидывала вещи в чемодан. Хотелось бы думать, что она летит всего на пару дней, но как тут подгадаешь.

– Потому что с пистолетом у виска гораздо сложнее врать. Ты что, все бабушкины уроки прослушала? – ответила Роза.

– И стоять над ними с пушкой ты должна лично? – Бьянка оперлась плечом о дверной косяк.

Если бы Роза знала ее чуть хуже, решила бы, что сестра боится остаться здесь одна.

– А кому это можно доверить? – Роза развела руками. Геворг, стоящий в коридоре в ожидании, когда ему передадут вещи, кашлянул. – Извини, – крикнула Роза.

– Его начальница – контрол-фрик, он привыкший. Да, Геворг? – Бьянка выглянула в коридор с лисьей улыбкой. Вот, ничего ее не тревожит, просто ищет новый повод потрепать Розе нервы.

Соваться в Мексику вообще без охраны было бы самоубийством, поэтому Тио заранее раздал всем своим указания. Кто будет сопровождать Розу в поездке, кто будет на борту самолета, кто встретит, кто отвезет, кто в ответе за охрану дома. Может, она и контрол-фрик, но в этом у нее был замечательный учитель.

Как-то раз Тио нужно было найти старые записи или дела, что он хранил в своем сейфе в кабинете. Тио жил в том же особняке в Ла-Хойе, ведь единственной его семьей были девочки. И вот когда он отпер первый сейф, потом второй, потом открыл какой-то сложный замок отпечатком пальца и вынул наконец нужные папки, Роза стояла с выражением легкого шока на лице.