"Зарубежный детектив-2026-8". Компиляция. Книги 1-9 (СИ), стр. 230

Система эта изначально порочна. Она позволяет игрокам самим диктовать правила игры. Но я и сам игрок, и чем бы еще ни занимался, как бы ни мухлевал на стороне, чтобы поддерживать свою практику на плаву, я никогда не позволил бы этой системе дать сбой без веских на то оснований.

Надо было каким-то образом избавить от тюрьмы и Кристину, и Дэвида, но какие бы варианты своих действий я ни прокручивал в голове, в тот момент приходил к одному и тому же выводу: дело наверняка кончится тем, что как минимум одного из них я потеряю.

Похоже, пока что все-таки придется принять предложенный вариант: завоевать доверие Дэвида и склонить его к сделке с Деллом.

Я невольно улыбнулся, представив себе выражение лица церэушника, когда тот узреет толстый экземпляр «Нью-Йорк таймс», которым я подменил содержимое коричневой картонной папки. Украденные документы были нужны мне всего на несколько минут.

Все, что требовалось мне в данный момент, можно найти в любом отделении какой-нибудь курьерской или почтовой службы, а прямо перед собой на середине квартала я заметил вывеску «Федэкса».

Глава 19

За 33 часа до выстрела

В отделении «Федэкса» обнаружились целых шесть суперсовременных копировальных аппаратов. Я равномерно распределил по трем из них странички из папки – не более чем по пятьдесят на каждый, нажал на всех трех кнопку «Старт» и дождался, пока подвывающие и причмокивающие машины не снабдят меня еще одним экземпляром материалов Делла. Собрал из поддонов готовые копии, расплатился за стойкой и был таков.

Сразу же позвонил Деллу – он снабдил меня «аварийным» номером.

Черный внедорожник появился у тротуара меньше чем через минуту.

На сей раз я сам распахнул заднюю дверь, протянул пачку листов.

– Простите, но, похоже, наши бумажки слегка перепутались.

Делл только дернул ртом.

Ни слова не говоря, он выхватил у меня оригиналы документов, захлопнул дверь, и внедорожник опять унесся куда-то в сторону Крайслер-билдинг.

Копии я засунул между листками старых протоколов на Попо, которые по давно заведенному порядку прихватил с собой в тот день. Хотелось поскорее изучить полученные материалы, но надо было срочно возвращаться в суд – разбираться с оформлением выхода Чайлда под залог, тем более что ситуация в изоляторе наверняка уже подуспокоилась. Ладно, прочитаю чуть позже, когда появится время спокойно сесть и не просто пробежать глазами документы, но и как следует вникнуть в их суть.

Подрезав у Делла эти бумаги, я переступил черту. Даже если у него и нет полной уверенности в том, что я проделал все это нарочно, он все равно будет ожидать от меня какого-нибудь незапланированного хода. Надо быть с ним поаккуратней. В его руках – судьба Кристины. И одна только мысль об этом вызывала у меня изжогу.

Требовалось выдумать какой-то способ, чтобы одолеть имеющийся у него перевес, и я хорошо сознавал, что единственным рычагом в этом деле для меня является двадцатидвухлетний паренек, сходящий с ума от паники в камере судебного изолятора и неспособный сейчас даже просто дышать или думать – не говоря уже о том, чтобы помочь кому-нибудь еще.

Я махнул такси и попросил водителя отвезти меня обратно в суд. В машине сразу же распахнул папку с материалами обвинения, которую Лопес вручила мне в кабинете Нокса, и углубился в чтение. Основные факты были мне уже известны – убитую, подружку Дэвида, обнаружили с огнестрельными ранениями у него в квартире. Оставалось выяснить, на чем именно обвинение собирается строить дело – какими уликами оно располагает против Чайлда и какой мотив собирается предъявить присяжным.

Папка оказалась не слишком толстой – предварительные отчеты экспертов-криминалистов, фотографии с места преступления, распечатки историй использования компьютеров… После того как я проглядел все это, в голове зародились первые сомнения относительно моей первой оценки Дэвида Чайлда. Улики были – не подкопаешься, и все они практически неопровержимо свидетельствовали, что Дэвид действительно стрелял в свою подружку, Клару Рис, и убил ее. Мне припомнились его глаза. Его паника. Выглядел он так, будто прямо у меня на глазах падал в глубоченную яму.

А вот вопрос с мотивом пока оставался открытым – на этот счет мне приходилось лишь гадать. Впрочем, из улик следовало не только то, что убил именно Дэвид, – совершенно исключалась и вероятность того, что это мог сделать кто-то другой.

Я попросил таксиста остановиться за квартал до суда. Надо было пройтись и слегка проветрить голову.

Глава 20

Посыпал мелкий дождик, и я поднял воротник, засунув папки поглубже под пальто, чтобы не промокли. На тротуаре было не протолкнуться от офисного люда, шатающихся по магазинам покупателей, бегунов трусцой, мелочных торговцев, зазывал и уличных артистов всех мастей. Чуть ли не каждый второй во весь голос вещал в свой мобильный телефон. Я всего этого будто не видел и не слышал. Не замечал ни каменных колонн, вздымавшихся перед входом в здание суда, ни выстроившейся перед ним вереницы желтых такси, водители которых, опустив стекла, громко пререкались с каким-то наглецом, влезшим в голову общего хвоста без очереди. Ни к чему конкретно я не приглядывался, но отлично сознавал, что творится вокруг, – просто переключился на общий план, позволив подсознанию отслеживать детали. Голова была по-прежнему занята материалами обвинения.

В одном из документов содержалась ссылка на существование двух DVD-дисков, еще не переданных защите, – нашлись только рапорты детективов, которые отсмотрели их и предложили приобщить к делу. Первый диск, согласно заявлению передавшего его копа, был с дорожной камеры наблюдения на Сентрал-парк-уэст, которая и зафиксировала ДТП. Пьяный водитель выскочил на встречку и впилился практически прямо в лоб принадлежащего Дэвиду «Бугатти». Когда на месте происшествия появилась полиция, кто-то из них заметил на коврике перед пассажирским сиденьем суперкара пистолет. Чайлд заявил, что пистолет не его. Коп, Фил Джоунс, сообщил, что обнюхал ствол и по запаху определил, что из него недавно стреляли. Разрешения на оружие не имелось, так что Чайлда задержали, отвезли в районный отдел полиции и посадили в камеру. Потом обнаружилось, что его адрес, указанный в рапорте задержания, совпадает с адресом квартиры, в которой только что нашли труп, – его квартиры. В рапортах копов содержался намек на то, что, если б не тот пьяный водила, Чайлд мог запросто ускользнуть от их внимания и в подходящей обстановке избавиться от орудия преступления.

Но судьбе было угодно, чтобы его поймали.

Будучи миллиардером сравнительно новым, Чайлд владел квартирой в «Сентрал-парк-илевен» – самом дорогом многоквартирном здании во всех Соединенных Штатах. Вообще-то расположено оно на Сентрал-парк-уэст, но окрестили его почему-то «Сентрал-парк-илевен». Главной изюминкой квартиры, в которой могла бы уместиться пара баскетбольных площадок, был широченный панорамный балкон, с которого открывался наилучший вид на парк во всем Манхэттене. Показания соседа Чайлда, голливудского режиссера по фамилии Гершбаум, начинались с объяснения, что он владеет примыкающей к жилищу Дэвида квартирой на двадцать пятом этаже и что на этой высоте, в башне над основным зданием, всего по две квартиры на этаж. Он сказал, что находился у себя дома, отсматривая отснятый в тот же день материал, когда ему показалось, будто он услышал выстрел. Поначалу режиссер не был столь уж в этом уверен – подумал, дескать, что просто автомобильный глушитель где-нибудь на улице хлопнул, – так что открыл балконную дверь и перегнулся через перила, чтобы вычислить источник звука. И тут же узрел, как оконное стекло соседней квартиры прямо у него на глазах разлетелось на куски. Это так его испугало, что он чуть не свалился вниз. Метнувшись обратно в квартиру, заперся в укрепленной комнате-убежище, позвонил охране здания и стал ждать. Охранники были у его двери уже через четыре минуты. Гершбаум рассказал им об увиденном и показал разбитое стекло на соседнем балконе. Первый же из охранников, вошедших в квартиру Чайлда, обнаружил в кухне мертвое тело Клары.