Жизнь после эпилога 2 (СИ), стр. 35
И получилось то, что получилось.
Вот только…
Нельзя ей тут оставаться. Если император и принц узнают, что Лилиана живет у нас, то репрессии не заставят себя долго ждать. Ссылкой мы уже не отделаемся.
Ну и как мне быть?
И помочь вроде бы хочется, и меньше всего я хочу подставлять собственную шею!
Не торопясь озвучивать свои сомнения, я дождалась, когда Лилиана успокоится и сначала помогла девушке поесть, придерживая и тарелку, и кружку, потому что руки у кузины отчетливо дрожали, потом лично набрала ей горячую ванну и помогла помыться, тщательно прополоскав волосы и незаметно высушив их теплой волной света, после чего выдала свежую сорочку из своих запасов, укутала в свой халат и помогла вернуться в постель.
После сытной трапезы и горячей ванны девушку снова разморило и я, видя, как она сонно моргает, снова помогла ей уснуть, перед этим твердо произнеся:
— Всё будет хорошо, милая. Я позабочусь. Спи.
Робко улыбнувшись, отчего стала похожа на совсем маленькую девочку, которой, я так понимаю, и была в душе, Лилиана уснула, ну а я, снова отправив в её тело порцию исцеляющего света, вышла из спальни и уже на пороге гостиной чуть ли не нос к носу столкнулась с вернувшимся из поездки супругом.
И был он хмур и мрачен… И я догадываюсь, почему.
Опять бесы обо всём доложили, да?
— Нам надо избавиться от неё как можно быстрее! — объявили мне первым делом, не успела я и рта раскрыть.
— Надо, — вздохнула соглашаясь. — Но ты бы её видел… Одни глаза остались. Она совсем ребенок!
— Ей уже восемнадцать, — жестко отрезал Дэймос. — Полностью взрослая и дееспособная девка. Хватило ума стать невестой принца, пусть и на остальное хватит.
— Перестань, — нахмурилась, не торопясь с этим соглашаться. — Все мы разные. И все взрослеем по разному. Мы должны помочь ей, но не забывая о себе. Но должны!
— С какой стати?
И вроде бы правильный вопрос…
Но у меня был на него ответ!
— Ей приснилась богиня, — произнесла я, глядя в хмурые янтарные глаза супруга. — И именно богиня отправила Лилиану сюда, ко мне. Уверена, не случайно. Пожалуйста… — я знала, что сейчас бессовестно пользуюсь своим положением, но так же знала и то, что делаю это едва ли не впервые, — подумай, как мы можем ей помочь. Это важно. Это слишком важно, чтобы просто отмахиваться.
Нахмурившись сильнее и даже скрипнув зубами, какое-то время Дэймос смотрел на меня безотрывно, но потом шумно выдохнул и кивнул.
— Хорошо. Только ради тебя. Слышишь? Не ради богов и точно не ради неё. Только ради тебя!
— Спасибо, — улыбнулась и приподнявшись на цыпочках, поцеловала его в губы. — Спасибо, любимый.
Сверкнув глазами особенно ярко, Дэймос сам углубил поцелуй, вложив в него столько страсти, что мне пришлось вцепиться в него обеими руками, только чтобы не упасть. К счастью, непоправимого не произошло. Он тоже меня держал, да и стена была рядом. Мы не упали.
Но вечером… Вечером мне обстоятельно показали и доказали, что любовь хороша не одними поцелуями, а брачные обязательства мой муж готов исполнять с максимальной отдачей.
Как и я!
А наутро, первым делом навестив Лилиану, я обнаружила кузину сидящей на кровати в растерянности и расстройстве. Правда, увидев меня, она аж засветилась от той наивной, неподдельной радости, которую способны испытывать лишь дети, но потом огорошила вопросом:
— Эржена, а магистр Рауф ещё заинтересован в изъятии моего светлого дара?
И добила заявлением:
— Я готова!
— К чему? — уточнила я аккуратно, подойдя ближе.
— Отдать ему свой светлый дар, — твердо произнесла девушка и с жаром добавила: — Я полная бездарность и не могу освоить даже базу. Но если ему это поможет создать артефакт исцеления, то я буду только рада.
Ох, Лили… Ну откуда же в тебе столько наивности, девочка?
Не торопясь отказываться, потому что увидела в её глазах знакомый фанатичный блеск, я дипломатично произнесла:
— Мы обязательно обсудим это, но чуть позже, когда ты придешь в себя. Ты невероятно истощена и я поражена тому, как ты вообще смогла до нас добраться. Давай так. Сначала мы позавтракаем, а потом обсудим все твои проблемы и истинные желания. Хорошо?
— Хорошо, — кивнула кузина и робко улыбнулась, не отрывая взгляда от моего лица. — Спасибо тебе. Я так боялась, что ты… — уголки её губ дрогнули, — ненавидишь меня…
— Глупости, — отмахнулась, хотя и слегка поморщилась. — Да, я тогда… Вспылила. Нехорошо. Я была на эмоциях, а они плохой советчик. Но сейчас я хочу попросить у тебя прощения за то, что считала тебя во всём виноватой. Я тоже многое переосмыслила и понимаю, что это не так. Давай попробуем, — я шумно выдохнула и улыбнулась, — начать сначала.
И мягко добавила:
— Сестра.
Глаза Лилианы моментально заблестели вновь подступившими слезами, она протяжно шмыгнула, но сумела сдержаться и лишь отрывисто кивнула, шепотом добавив:
— Спасибо. Сестра.
Ну а потом я, позвав Берту, отправила её помогать Лилиане умываться, а сама, пройдя в свою гардеробную, нашла подходящее домашнее платье нежного персикового цвета. Рост у нас был примерно одинаков, как и телосложение, хотя сейчас Лилиана серьезно отощала, но у платья имелась боковая шнуровка, да и цвет освежал.
Юбки, чулки, обувь… Я принесла всё в спальню и когда Лилиана вышла из купальни, лично помогла одеться и заплела, отправив Берту накрывать стол к завтраку, причем на троих. Сама же, деликатно причесывая кузину, незаметно вплетала в её волосы тончайшие светлые нити, которые помогут ей голове быть светлой и легкой, прогоняя тревожные мысли.
— Мне рядом с тобой так хорошо, — прошептала девушка, когда я уже почти закончила. — Мне давно не было так хорошо. Только в храме, где я жила раньше. В последнее время всем от меня что-то надо. Надо стараться, надо стремиться, надо быть кем-то другим… Я так устала, Эржена. Это ужасно! Как ты жила с этим?
— Тяжело, — ответила, немного подумав. — Но мне пришлось привыкнуть, у меня просто не было выбора.
— Как и у меня… — горько вздохнула Лилиана.
— Ошибаешься, — возразила. — Выбор есть всегда. Просто нужно понять, что ты хочешь по настоящему. И стремиться именно к этому. А сейчас идем, стоит позавтракать.
Робко взяв меня за руку, словно маленький ребенок, Лилиана послушно прошла за мной в трапезную, где нас уже ждал Дэймос, и стеснительно поприветствовала моего мужа:
— Здравствуйте, магистр Рауф…
— Уже не магистр, — отрезал он довольно жестко, отчего Лили вся сжалась. — Я не преподаю, мне запрещено это императором. Но я аристократ, лорд этих земель. И командир боевого отряда на шестой заставе. Можете обращаться ко мне «господин Рауф». Это понятно?
— Да, господин Рауф, — промямлила Лилиана, на что я цокнула и с укором посмотрела сначала на мужа, который решил изобразить тирана, а потом на кузину, которая начала кусать дрожащие губы.
Дэймос на мой взгляд фыркнул и закатил глаза, Лили вообще не поняла, что я на неё смотрю, так что пришлось подталкивать её к столу и распоряжаться:
— Садись, позавтракаем.
Завтракали в тишине. Дэймос сосредоточенно, Лили — подозрительно тревожно, то и дело замирая, словно была готова в любой момент услышать гневный окрик, а вот я слегка хмурилась, то и дело поглядывая на неё. Кто это её так до невроза довел? Ну хоть аппетит есть…
В итоге поели все и я, отметив, как Лилиана с тяжелым выдохом (и явно переев) откинулась на спинку стула, первым делом спросила у супруга:
— Пройдем в кабинет? Или в гостиную?
— Давай в кабинет, — решил он и перевел взгляд на замершую Лилиану. — Идемте, леди Дювай. Пора объясниться.
Бросив на меня паникующий взгляд, тем не менее кузина отрывисто кивнула, но когда мы все поднялись, то первым делом шагнула ко мне и взяла за руку, тем самым давая понять, что нуждается в поддержке сильнее, чем кажется со стороны.
Не торопясь отмахиваться от чужой беды, я крепко сжала её ледяные пальцы, а в кабинете села рядом на диван, так и не отпустив руку. Дэймос прошел за свой стол, обстоятельно за ним расположился, устремил излишне суровый взгляд на гостью и велел: