Как построить магическую академию? (СИ), стр. 40

– Развлекаемся! – отмахнулся Лик, ожидая третий выстрел. Но третий выстрел всё испортил.

Что-то в трубе застряло, и это было явным намеком вселенной, что пора заканчивать.

– Не трогать! – коротко рявкнул Дин, но было поздно.

Лик, испугавшись за «эстетику», дёрнул черепок в конусе, чтобы выровнять.

– Да что вы творите? Прекратите! – Стайхон говорил тихо, но настойчиво.

– Да ладно! Мы же развлекаемся!

– Если сейчас же не прекратите, я сожгу этот аппарат! – пригрозил Стайхон, но его проигнорировали, а дракон ведь к такому не привык.

Стайхон поднял голову, на его щеке выступили чешуйки, и он выдохнул. Не пламя, а сухой горячий воздух. Арея рефлекторно бросила защиту, вот только она работала исключительно против ожогов и пламени. А ни того, ни другого не было.  Не найдя цель, магия создала купол воды.

В момент, когда её купол упал на катушку, руны Дина взвыли, как чайник. Магоклапан, получив одновременно тепло, давление и чужую воду с лечебными печатями, понял это по-своему: «авария».

– Оно рванет? – приподнял бровь Крис.

– Нет, оно сначала загорится, а потом начнет себя тушить! Я же артефакт с защитой сделал! – вытаращил глаза Дин.

– Так это же хорошо? Нет? – подошла я ближе.

– Нет! Скажите, что тут нет воды?

– Только фонтан, – кивнула я в сторону. Ох, и как же я в тот момент ошибалась…

Фонтан и правда зашипел, мы с драконом одновременно к нему рванули. Я хотела удержать его бытовой магией, а Стайхон… А вот что он хотел сделать, я не знаю, но когда он оказался на пути моей магии, его сильно ударило, и тут сработали инстинкты, и он все же выпустил струю огня. Не сильную, но ее оказалось достаточно, чтобы в купе с взорвавшему позади артефактом дать замку намек, что мы горим. 

Сначала зашипел соседний фонтан. Потом взревели трубы под полом. Потом в дальнем конце оранжереи, где стены были увиты лозами, одна створка просто сорвалась, и оттуда сиганул белый вал. Меня отбросило к столу со сладким, торт героически принял на себя часть удара и превратился в карамельный плот. Дин вцепился в катушку и заорал на руны так, как будто они его могли услышать. Лик вскрикнул и начал прятаться под стул. Стайхон, ругнувшись, раскинул руки, пытаясь трансформироваться и перекрыть поток спиной – драконья кожа на миг проступила чешуйками, но трансформироваться в таких условиях не удалось, поэтому он просто схватил меня, чтобы не унесло.

– Что происходит? – закричала испуганная Арея, прячась за боевика и его купол.

– Пожарная защита, – ровно сообщил Крис, внезапно оказавшийся справа, как будто и не шёл никуда. Купол над книгой его держал, а вода обходила его, распадаясь на две вежливые реки. – В случае перегрева и неконтролируемой магии открываются все резервуары. Поздравляю.

Лозы на стенах зашуршали, листья расправились, словно проснулись от сна и жадно потянулись к воде. Пол превратился в зеркало, по которому поплыли стулья, блюда и чей-то туфель. Где-то взвизгнули, где-то зааплодировали – публика не сразу поняла, что это не номер. А когда поняла, было поздно: вода весело нашла лестницы вниз.

Через час в академии пахло болотом, карамелью и сломанной гордостью. Вода стекала по ступеням, сочилась из коридоров и журчала даже там, где её никогда не было. Оранжерея превратилась в джунгли, парусники из скатертей цеплялись за пальмы, а под одной из них – самой злосчастной – из земли всё ещё время от времени выныривал крошечный белый черепок, будто удивлялся, почему все такие мокрые.

– Кстати, еще одна причина, по которой Стайхон должен быть ректором, – выдернул меня из воспоминаний Лик. – Он во всем по сути виноват, ему и расхлебывать.

– Что? – вытаращил глаза дракон. Ох, и зря Лик снова начал этот разговор…

– Если бы ты не придумал эту гениальную идею, ничего бы этого не было! – сквозь зубы процедил Стайхон.

– Сам признаешь, что идея была гениальной. Это исполнение подкачало!

– Ты меня сейчас хочешь обвинить? – уставился на Лика Дин. – Если бы ты не упал!

– Если бы меня Крис не ударил!

– Если бы ты подо мной яму не выкопал и водой бы меня не окатил!

– А надо быть сдержаннее! – насупился Лик. – Мы, кстати, у нас все шло хорошо, пока дракон и целительница не сцепились.

– И у нас все шло хорошо, если бы я под магию Ингрит не попал.

– Ну да, я еще и виновата, все, хватит! – разозлилась я. – Я как лучше хотела!

– Мы все как лучше хотели!

Ну, в общем, мы разругались… Окончательно… И разошлись приводить академию в порядок поодиночке.

Я злая шла по коридору, когда услышала:

– Пс… Купи коня…

– Тагар, не до тебя сейчас! – отмахнулась я. – К нам скоро король приезжает, а у нас еще конь не валялся!

– Так купи! – обрадовался Тагар.

– Тагар, исчезни.

Мужчина цокнул языком, но из зеркала исчез, а я… Начала убираться… Что еще делать ведьме перед приездом короля!

Спустя некоторое время внизу загрохотало так, будто дракон решил расправить крылья в чулане. Я зашипела и помчалась по коридору.

Во дворе Дин стоял на башенном парапете, облепленный меловыми формулами, как печенье сахарной пудрой. Он жестикулировал, и над ним в воздухе собиралась люстра — не столько люстра, сколько светящаяся медуза из кристаллов, шестеренок и колокольчиков.

– Не мешай, – прошипел он, даже не оборачиваясь. – Алгоритм срывается, если на меня смотрят.

– Я вообще глазами моргать перестану, – прошептала я. – Только люстру повыше, не ниже, чем… – Люстра дёрнулась, дернулась еще, завыла, как больной самовар, и, обижено тряхнув кристаллами, спикировала вниз. В последнюю секунду она, кажется, передумала быть люстрой и превратилась в стаю самоочищающихся стеклянных рыб. Рыбы хором брякнулись о брусчатку, растеклись по углам и, потрескивая, поплыли в подвал.

– Вот почему я не люблю, когда на меня смотрят, – устало сказал Дин и, стискивая зубы, принялся диктовать себе новый список рун. – Не подходить. Не дышать. Не существовать, если нет жизненной необходимости.

– Как скажешь, – я попятилась и понеслась дальше.

По пути я заглянула в Большой зал. Арея стояла на табурете и робко вешала над камином гирлянду из сушеных трав.

– Красиво, – сказала я, честно. – Только… зачем?

– Это успокаивающие, – шепнула она, краснея почти до ушей. – Чтобы всем было уютно. Мята, мелисса, сон-трава… ой.

Последнее «ой» прозвучало потому, что девушка сильно зевнула и чуть не упала.

– Может, разбавить чем-то бодрящим? – несмело предложила она.

– Например, горчичным газом? – сорвалось у меня. – Нет, прости. Давай просто снимем их. Не новый год же, честное слово!

Я оставила Арею мучительно пересчитывать веточки мяты и побежала в библиотеку. Там, как и ожидалось, нашелся Крис. Он лежал в кресле, как человек, которого поборола наука. На коленях у него том «Дворцовые этикеты и как пережить их», а на подлокотнике – тарелка с чем-то, что вяло напоминало пирожки.

– Крис, столы надо ставить, скатерти, приборы… – начала я. – скоро король приедет?

– И я буду знать, как его правильно поприветствовать и как с честью принять тот факт, что мы провалились. Видишь? – Крис перевернулся на другой бок, не отрываясь от книги. – Всё на мази.

Я закатила глаза и снова пошла на улицу.

На заднем дворе Лик устроил субботник. В буквальном смысле: из земли вылезли десять скелетов каких-то кротов. Двое бодро драили плитку, один стирал флаги, три остальные, судя по всему, спорили, как лучше сортировать мусор. Лик, сверкая улыбкой, дирижировал кисточкой для праха.

– Посмотри! – сиял он. – Трудовой энтузиазм! Бесплатно, без перекуров!

– Они, кажется, разбирают фонтан, – заметила я, глядя на ранее незамеченную кочку скелетов крыс.

– Ну да, он же некрасивый, – резонно сказал Лик. – Из него уже никто не пьет.

– Потому что он – фонтан, а не столовая, – простонала я, когда скелетики-революционеры поднял мраморного дельфина и бросил его в кучу «на переработку».