Как построить магическую академию? (СИ), стр. 32

Парни, разумеется, приняли единственно верное, по их кривенькой логике, решение: вспомнили, что мы с Ареей — слабый пол, а значит, обязаны им готовить из круп и прочих нетронутых запасов.

Опущу подробности, на каких именно словесных метлах и в какие географические направления они были отправлены. Суть они усвоили: мы вкалываем наравне с ними, поднимая замок, и взваливать на себя всю кухню не собираемся. Максимум — наварим яду в котелках. От этой опции они, увы, отказались.

В итоге сошлись на том, что мы вместе вычищаем столовую, настраиваем там всё необходимое, и только потом из имеющихся круп и прочих запасов мы с Ареей (так уж и быть) согласны сотворить что-то съедобное.

Ох, как же долго мы это откладывали, ведь столовая вместе с примыкающей к ней кухней были самыми грязными помещениями, и отмыть их можно было только с большим количеством воды. Энтузиазма и нецензурной брани.

– Итак, – подвела я итог, уперев руки в бока и глядя на засохшую корку неизвестного происхождения на котле, – у нас есть грязь, грязь, ещё грязь и Крис. Кто за то, чтобы начать с Криса? – зло спросила я, глядя на лентяя.

– Протестую, – Крис уже устроился на перевёрнутом ведре с книгой. – Я — тонкий инструмент разрушения. Меня надо беречь.

– Тонкий инструмент, – хмыкнул Лик, подпрыгивая, чтобы натянуть резиновые перчатки в зелёный горошек. – Перчатки надел, шваброй махнул — всё, симфония закончена.

– Я… могу… э-э… настоять лавандовую воду… – Арея панически смотрела на масштаб катастрофы, ой, то есть работы. – Она хорошо отмывает жир.

– И пахнет похоронами надежд, – хрюкнул Крис и перевернул страницу. – Но ладно, попробуем.

– Вы отвратительно организованы, – сказала злая старушка из овального зеркала над раковиной и постучала по раме спицей. Кошка Мурка за её плечом изгибом хвоста изобразила презрение. – В мои годы кухню отмывали двумя ведрами и молитвой.

– И одной костью в суп, – добродушно добавил Мужчина в лохмотьях, высунув призрачную руку из зеркального отблеска на крышке чугунка и ловко стянув с подоконника ржавую ложку. – Трофей. Никто не против?

– Положи, – я ткнула в него мокрой тряпкой.

– Я рыцарь и готов к подвигам! – лязгнул шпорами Рыцарь с букетом, всплывая в пятне отражения на казане, как лилия на болоте. – Разрешите мне погибнуть в бою с жиром!

– Мы все в этом бою погибнем, не льсти себе, – зевнул Крис, лениво осматривая котелки.

– Держу пари! – разом гаркнули три старичка, разложив карты прямо на пыли в зеркале буфета. – На ведро квасу, что голубчик в лосинах поскользнётся.

– Дин, – сказала я, оборачиваясь к артефактору, – сделай хоть что-нибудь полезное, но только в меру… Сделай тут то, что ты точно умеешь…

– То есть «что-нибудь полезное», но не «гениальное». Принято, – Дин смерил ведра взглядом, полным технической скорби, но я покачала головой и указала на плиты. Пусть там творит.

Моя метелка тем временем была единственной, кто работал. И мне ее было искренне жаль.

Я щелкнула пальцами, и метелка весело направилась в сторону боевика, чтобы выбить у него из рук книгу.

– Эй! Уберите от меня ваш энтузиазм на палке!

– Это не энтузиазм, это справедливость, – сказала я и сунула ему в руки тряпку взамен книги. – Протри столы.

– Это насилие надо мной.

– Если вдруг ты из-за этого расплачешься, слезы тоже можешь протереть этой тряпкой, разрешаю, – закатила глаза я.

– Я больше люблю теорию чистоты, – проворчал боевик, но поднялся. – Практика утомляет.

– Лик, займись холодильником – попросила я. – Ты всегда умел уговаривать то, что давно умерло, работать снова.

– Пусть им Дин занимается.

– Дин занят плитой. А, впрочем, ладно, оставим всю технику ему. Тогда помогай Арее.

– Вода готова, — пискнула Арея, осторожно поставив на столик миску с лавандовой настойкой. — Только… не нюхайте слишком близко.

– Можно я взорву один шкаф? – без особой надежды спросил Дин, косясь на шкаф рядом с плитой.

– Нельзя, – ответили мы с Ареей хором.

– Карточки на стол, господа, – проворчал один из старичков. – Ставлю, что этот блондин-дракон всё-таки прожжёт хоть что-нибудь.

– Благородный блондин-дракон, – уточнил Рыцарь. – Мы же помирились.

БАХ!

– Дин! – закричали мы хором.

– Я случайно, пытался наладить…

Договорить он не успел, увидев, как из-под буфета вылезает нечто серо-зелёное.

– Эта слизь ожила или создалась? – брезгливо поморщилась я.

– А это важно? – также брезгливо уточнила Арея.

– Ну, если она ожила, то это проблема Лика. А если создалась, то Криса.

– Что? А я-то тут при чем? – удивленно уставился на меня боевик.

– Потому что ты боевой маг, – сочувственно подсказал Лик. – И если она начнёт бой, то…

– Слизь не может начать бой!

– Но мы ее все равно должны победить! Дин, твоих рук дело? – еще сильнее разозлилась я.

– Простите, руну перепутал. Должен был ожить огонь, а ожила слизь…

– И огонь ожить не должен. Еще только жилого огня нам не хватало! Можно что-то попроще колдовать!

– Меркурий хочет знать, когда вы это победите, — шёпотом сказал испуганный парень, поглядывая на своего коня с такой благородной кличкой. – Он нервничает. Я тоже.

– Кого вы тут еще побежать собрались? – зашел на кухню Стайхон. Все это время он выкидывал из столовой мебель, которая точно не подлежала восстановлению.

– Слизь, – кивнула я.

Стайхон не растерялся и быстро запустил в нее струю огня.

– Вы за это время ничего не сделали, – недовольно обвел он взглядом помещение.

– Я есть хочу, – вздохнул Лик, поправляю носки. Сегодня они оба были зеленые, в тон перчаткам. Но один в горошек, а другой в полосочку.

– После уборки — готовим, – виновато сказала Арея, но в голосе у неё звучала тихая гордость. – У нас есть гречка. И… сухофрукты.

– И специи, – мечтательно прошептал Лик.

– Но это все потом. Сначала работа. А то вы пока только одну часть кухни вымыли.

– Если честно, то мы ни одной не вымыли, – вздохнула я.

– Как же, а та? – и Стайхон кивнул в сторону дальней стены.

Я присмотрелась, там и правда было чище, чем на других поверхностях, но не намного.

– Мы там еще ничего не делали, – нахмурилась я.

– Наверное, до этого кто-то из нас заходил.

Я, конечно, не ожидала, что кто-то поднимет руку, но какую-то реплику от ребят ждала. Однако никто не признавался, что пытался тут убраться до этого.

– О, тут тоже техника. Можешь ее отодвинуть? – загорелся новым энтузиазмом Дин, глядя на дракона. – Вдруг там проводки новые.

Стайхон послушно отодвинул что-то напоминающее духовку, но за ней обнаружились не проводки, а дверь, прямо в полу…

Кольцо на крышке было отполировано до блеска, как будто его трогали буквально вчера. Я провела пальцами по металлу и вздрогнула от прохлады, впитавшейся даже через резиновую перчатку.

– Давай я, – сказал Стайхон.

Он без проблем открыл дверь и в лицо дохнул холодком и запахом еды.

– Кладовая, – почти благоговейно прошептал Лик.

Стайхон подсветил ступени, и мы спустились. Дерево под ногами заскрипело слишком живо для столетнего подвала.

Полки были уставлены банками. Под сургучом и воском – янтарные ломтики яблок, слива, груши. Рядом – мешки с крупами, перевязанные чистым шпагатом. На одном мешке белела аккуратная надпись: «Греча. Пересушена, не сыреет».

– Она… свежая, – выдохнула я, чувствуя, как у меня под ложечкой противно дернулось. – Это точно не пролежало тут сто лет.

– Лет десять, максимум. А то и меньше. Это питание так долго не держит.

– Меркурий говорит, что это подозрительно, – донесся робкий голос. В отполированной стенке банки с солеными огурцами отражался испуганный парень, а рядом, угрожающе распушив хвост, тряслась злая кошка Мурка.

– Дин, – позвала Арея тихо. – Тут… мед. Он течет. Но крышка чистая. Как так?

– Как будто кто-то протирал… – пробормотала я и провела рукой по периллу лестницы. На пальцах осталась ровная линия пыли – кроме одной полоски, на уровне ладони. Чужой. – Не надо искать магию и артефакты там, где их нет!