Хрупкая красота. Как невзгоды помогают нам обрести уникальность и стойкость, стр. 13

Представьте, что близкий вам человек скончался после длительной борьбы с тяжелым заболеванием или деменцией. Что из-за этой болезни тот, кого вы так любили, постепенно менялся и ослабевал. Что на протяжении месяцев, а то и лет вы наблюдали за его страданиями. И более того, что вы страдали вместе с ним каждый день. Вполне возможно, что в момент его ухода вы испытаете огромную смесь эмоций, переживете широчайшую эмоциональную палитру, начинающуюся с боли и заканчивающуюся чувством облегчения. Но облегчения не для себя, а для своего любимого, который, наконец, перестал страдать от этих мук. На самом деле за психологической помощью в ситуации, которую я только что описал, нередко обращаются пары, столкнувшиеся в своей жизни с болезнью Альцгеймера, Паркинсона или с любым другим дегенеративным заболеванием. Когда после долгих страданий умирает близкий вам человек, это походит на то, как будто рука, которая сковывала вашу душу, вдруг разжимается, позволяя вам снова дышать. Это трудно себе представить. Тот, кто столкнулся с подобным в жизни, поймет меня прекрасно. В таких случаях зачастую смерть человека, которого вы столь любили, не будет вызывать у вас огромной боли.

Безусловно, существует и иная казуистика. Представим, что близкий вам человек — это дьявол во плоти. Представим, что у вас не было иной возможности, как продолжать жить в этом браке, несмотря на то что каждый день напоминал собой ад. Представим, что у вас нет средств к существованию, и вы полностью зависите от человека, который вас уничтожает, причиняя такую сильную боль, какую только можно себе вообразить. И в данном случае смерть близкого человека не просто не вызовет у вас страданий, а наоборот, принесет чувство глубочайшего облегчения. Так что, как вы уже поняли, трудности никогда не бывают одинаковыми. То, что для одного человека является несчастьем, для другого может оказаться полной противоположностью.

Но и на этом не все. Вы сами можете воспринимать что-то как трудность и проблему в один момент жизни и совершенно по-иному относиться к этому в другой. Представьте, что вас увольняют с работы в двадцать лет. Не могу сказать, что это не накладывает отпечаток на вашу жизнь, но просто попробуйте сейчас представить, что с работы вас уволили, когда вам исполнилось пятьдесят, и у вас еще есть дети, которых надо поставить на ноги, и ипотека, которую необходимо погасить. Как вы можете догадаться, контекст произошедшего будет однозначно влиять на то, будете ли вы расценивать событие как проблему или нет. В действительности последствия увольнения в двадцать и пятьдесят лет существенно разнятся, и эта разница как раз и будет фактором, который определит степень и значимость возникшей на вашем пути проблемы.

Одно и то же событие, одна и та же ситуация может вызывать совершенно разные переживания у различных людей. Контекст, наши интересы, наши приоритеты и наша чувствительность по отношению к трудностям меняются на протяжении всей жизни. К разным жизненным этапам мы приходим с разными интересами. Наши приоритеты перерастают во что-то новое, и то, что еще вчера казалось нам не важным, сегодня занимает все наше внимание. Мы растем и взрослеем, мы чувствуем себя более сильными и в то же время обрастаем бо́льшими страхами. На некоторых этапах жизни мы можем чувствовать себя более слабыми, более хрупкими и более уязвимыми перед новыми страданиями. Как ни крути, мы не можем предсказать нашу реакцию на происходящее, опираясь на опыт прошлого, поскольку контекст события мог во многом, если не полностью, измениться, однако этого опыта может оказаться достаточно, чтобы текущее событие спровоцировало в нас не менее сильную боль. Тем не менее, прежде чем приступать к подробному анализу того, как мы реагируем на различные трудности, мне бы хотелось поделиться с вами размышлениями, которые, возможно, помогут вам выстроить определенные критерии для оценки трудностей и проблем.

Почему один человек воспринимает увольнение с работы как несчастье, а другой нет? Ответ на этот вопрос заключается в чувстве самодостаточности и вере в себя, поскольку именно от этого зависит наше ощущение безопасности. Если человек считает, что он может встретиться с любой трудностью и сделать это с поднятой головой, он ставит себя перед лицом напастей в более выгодное положение. Если же мы думаем, что мы ничего не в состоянии сделать, наше восприятие ситуации диктуется ощущением потери, поражения и печали.

Посему помните: если ваше чувство самодостаточности и веры в себя находится на высоком уровне, любая трудность будет рассматриваться вами всего лишь как очередной вызов. Не переоценивайте свои силы, но и не занижайте планку. Старайтесь давать адекватную оценку собственному потенциалу противостояния сложностям.

Боль, которую мы испытываем, представляет собой полностью субъективную реакцию, тем не менее мы можем нарисовать себе в общих чертах картину того, какую боль может вызвать в человеке возникшая перед ним трудность. В общих чертах мы можем сказать, что заноза, застрявшая в пальце, причиняет меньше боли, чем роды; что смерть известной личности мы переживаем не столь сильно, как смерть любимого человека; и что боль от перелома кости и боль от простого растяжения несопоставимы друг с другом по своей интенсивности. В своих попытках определить параметры боли предлагаю двигаться в четырех измерениях: интенсивность, длительность, прогнозирование и последствие. А теперь пойдем по порядку.

Начнем с оценки интенсивности. Исходя из интенсивности, мы могли оценить уровень силы, с которой проявляется феномен, другими словами: сильная боль приносит больше страданий, слабая боль приносит меньше страданий. Давление, которое оказывает на вашу ногу ботинок, несопоставимо с тем давлением, которое вы испытаете, если вам на ногу наступит ребенок или взрослый человек. Как и в случае с физической болью, эмоциональная боль может проявляться с различной степенью интенсивности. Боль никогда не бывает одинаковой. Но почему одно причиняет нам сильную боль, а другое — слабую? От чего зависит разный уровень эмоциональной боли? Что ж, от эмоциональной связи с источником боли. Мы испытываем более острую боль от того, что напрямую затрагивает нас или близких нам людей. Боль, с которой столкнулся наш ребенок, отзывается в нас сильнее, чем боль постороннего нам человека. Нам становится больно от того, что затрагивает наши самые высокие стремления и цели. Чем больше значения мы придаем собственным ожиданиям, тем сильнее боль поражения, тем хуже мы реагируем на трудности и непредвиденные обстоятельства. У нас вызывает боль все, что связано с нашими желаниями и опасениями, и чем сильнее мы желаем чего-то, тем больнее нам становится, если это желание так и не исполнилось. Эмоциональная вовлеченность усложняет все, определяет и объясняет нашу боль. Чем сильнее эмоциональная составляющая, тем острее боль, которую мы переживаем.

Другой аспект боли, который мы обязательно должны принимать во внимание, — это ее продолжительность. Бывает точечная боль, будь то интенсивная или не очень, но также существует боль тупая и продолжительная, длящаяся немалое количество времени и причиняющая тем самым больше вреда. У каждого из нас есть определенный порог болевой терпимости, зависящий от человека, от ситуации, нашего эмоционального состояния и контекста. Этот порог терпимости позволяет нам жить день за днем и следовать вперед в собственном ритме, несмотря на боль — боль незначительную. Но, как бы парадоксально это ни прозвучало, эта терпимость к боли является той самой лазейкой, которую тупая и продолжительная боль использует для проникновения в нашу жизнь. Такая боль просачивается скрытно, втихаря, пока мы этого не замечаем, захватывает власть и в конечном итоге начинает руководить всем нашим существованием.