"Зарубежный детектив 2026-7". Компиляция. Книги 1-9 (СИ), стр. 385

— Что ты тут делаешь? — Она отвернулась обратно к монитору компьютера с таким видом, будто ответ Карла интересовал ее меньше всего на свете.

Карл оглядел ее саму и кабинет с нарастающим недоумением. Как и описывал Ассад, она была мертвенно-бледной, волосы висели сосульками, и выглядела она так, словно не принимала душ с утра. Да и вообще в последнее время. На ее столе громоздились горы бумаг, прижатые сверху грязными кофейными чашками, на диване покачивались шаткие стопки папок, а на полу валялось штук шесть-семь пустых банок из-под колы. Карл никогда не видел у Розы такого беспорядка; он отлично помнил, какие грандиозные нагоняи устраивала ему эта женщина, когда он позволял себе стряхивать пепел в пустую жестянку или выдвижной ящик стола.

— Я же предупреждал, что буду иногда заглядывать. Сбор материала, сама понимаешь, писатели к этому очень серьезно относятся. У тебя всё в порядке?

Роза снова подняла голову. Ее зрачки сузились, превратившись в колючие точки, и впились в него тяжелым взглядом, а сама она задрожала всем телом, словно крышка на скороварке. Карлу пришлось подавить желание попятиться к выходу, пока она не открыла рот. Но вспышки гнева не последовало.

— Всё нормально, — процедила она сквозь сжатые губы.

— Не похоже, Роза, — Карл рискнул сделать шаг вперед. — Ассад за тебя очень переживает.

Роза поднялась из-за стола.

— Если я говорю, что всё нормально, значит, так оно и есть, ясно? — От этого резкого, хотя и не слишком энергозатратного усилия у нее перехватило дыхание. — Я просто занята. И это неудивительно, когда наша французская фифа умудряется разнести к чертям собачьим потенциальное место преступления. Если Оле Хорстена действительно держали в том фургоне четыре года назад, то все улики теперь взлетели на воздух. — Она хотела стукнуть кулаком по столу, но случайно задела стакан с водой и принялась поспешно вытирать лужу подолом платья.

На мгновение Карл заколебался. Стоило ли предложить помощь? Ему совсем не хотелось во всё это ввязываться, да и дел хватало. Например, по дороге домой он собирался заехать в библиотеку и забрать книгу по драматургии, которую заказала для него Мона. Судя по названию, это было отличным снотворным. С другой стороны, одного взгляда на Розу хватило, чтобы он разделил тревогу Ассада. Роза уже шумно сопела от злости, пытаясь спасить намокшие документы.

— Держи! — в кабинет вошел Ассад и протянул ей кухонное полотенце. На его виске красовался пластырь, но он был гладко выбрит и выглядел куда лучше, чем вчера. Почти счастливым. — У меня в кабинете уже готовы кофе и финики, — объявил он.

Переходя в свой бывший кабинет, Карл спиной чувствовал недовольный взгляд Розы.

— Я провела все выходные, изучая письма с угрозами, — заговорила Роза, когда Карл устроился за столом и получил от Ассада два липких финика. Судя по их виду, в них содержалось больше клетчатки, чем Карл обычно потреблял за неделю, и он лихорадочно соображал, как бы незаметно сбросить их с пальцев в ящик стола.

— Их отправили по старинке, почтой. — Роза уже успела съесть два финика и выплюнуть косточки. — Сами оригиналы писем сейчас изучают эксперты. Они пытаются снять отпечатки пальцев с конвертов и выделить ДНК со слюны на марках, чтобы понять, нет ли там чужих следов, помимо отпечатков Оле и Конрада. Вдруг нам повезет, и отправитель уже числится в наших базах. А у меня на руках распечатки этих писем.

Она показала им снимок письма, написанного небрежными печатными буквами: «Ответь за всё! Закрой "Харис", иначе пострадаешь ты и твоя семья!».

На следующей фотографии были запечатлены два конверта.

— Одно письмо с угрозами было отправлено в начале января 2019 года, второе — в конце того же месяца. За несколько месяцев до этого в клинике «Харис» разразился скандал. Можете ознакомиться. — Роза протянула Ассаду распечатку статьи из газеты.

— «Сегодня вдовец пребывает в глубоком отчаянии, — зачитал Ассад вслух. — "Мы доверяли врачам и думали, что они знают, что делают", — говорит Макс Пиль Клаусен, у которого до сих пор нет сил разобрать одежду и обувь покойной супруги. — "Им плевать, выживут пациенты или останутся инвалидами, для них это просто бизнес"».

— «Выживут или останутся инвалидами»... Формулировка практически один в один совпадает с той, что была во втором письме, верно? О чем там шла речь? — Карл забрал статью у Ассада, мысленно порадовавшись этому привычному обмену репликами между ним, Ассадом и Розой. Приятно снова почувствовать себя частью команды. Писательская жизнь была куда более одинокой, чем Карлу хотелось признавать.

— Сейчас расскажу, — Роза победоносно посмотрела на Карлa. — Я подняла все официальные жалобы на клинику «Харис» за период с 2013 года, когда она открылась, по апрель 2019 года, когда уволили Оле Хорстена. И их немало. В ведомстве по защите прав пациентов зарегистрировано девять дел. Жаловались и сами больные, и их родственники. Кое-кто активно общался с прессой, да и уволенные сотрудники подливали масла в огонь. — Роза сверилась со своими записями: — Самый серьезный случай — как раз тот, о котором идет речь в статье. Неудачная липосакция в сентябре 2018 года. Пациентку звали Марианн Пиль Клаусен. Хирург во время операции случайно проткнул ей тонкую кишку. В течение следующих недель женщине становилось всё хуже, ее мучили сильнейшие боли, тошнота и лихорадка, и ровно через четыре недели она скончалась от сепсиса в возрасте 54 лет. Выяснилось, что кишечные бактерии попали в брюшную полость.

— Ну и паскудство, — прокомментировал Карл.

— Наши старые знакомые из таблоида «Госсип» знатно оттоптались на этой теме, но они были далеко не единственными. О других недовольных клиентах писали центральные газеты, а на телеканале DR1 даже вышла разгромная передача о клинике.

— Вам нужно съездить поговорить с этим вдовцом, — буркнул Карл, поймав себя на мысли, что Роза и Ассад отлично бы справились и без его подсказок на этом вполне очевидном этапе расследования. Но сейчас, когда Розе дали возможность блеснуть результатами поисков, она казалась почти прежней. Почти.

— Вдовец в статье описывается как человек, у которого нет сил даже шкаф разобрать. Найдется ли у такого человека ресурс спланировать и осуществить похищение, удерживать заложника и совершить убийство? — резонно возразила Роза.

— А ведь Роза права, отличная мысль, правда, Карл? — Ассад с восторгом посмотрел на Карла. Он безбожно заискивал перед Розой, явно счастливый оттого, что они снова собрались вместе этим триумвиратом. Теперь не хватало только, чтобы в дверях появился Гордон.

— Стоило мне решить, что я завязал, как они снова меня затянули, — хрипло произнес Карл. А что, пародия на Аль Пачино вышла вполне недурно, если честно.

— Чего? — Роза подняла глаза.

— Да ничего.

Ассад отправил в рот девятый и десятый финики.

— Ты говорила про еще восемь жалоб, Роза. Другие случаи такие же серьезные? — Челюсти Ассада совершили круговое движение, и между губами показалась косточка. Карл с изумлением наблюдал, как напарник проделывает этот виртуозный фокус, отделяя мякоть от косточки с закрытым ртом.

— Смертельный исход был только в случае с липосакцией. Но меня зацепило вот это. — Роза выудила из стопки еще одну статью. — Заголовок гласит: «Моя жизнь превратилась в ад: врач меня искалечил». Я наведалась к этому пациенту в субботу. Он рассказал, что в 2018 году ему делали операцию по удалению межпозвоночной грыжи в «Харисе», но что-то пошло не так. С тех пор он то и дело оказывается в инвалидном кресле, так что физически он вряд ли смог бы совершить это убийство. Да и голос его на запись не похож.

Карл взял со стола распечатку статьи из таблоида «Госсип». «Обезображена пластикой: я страдаю каждый день» — гласил заголовок рядом с фотографией темноволосой женщины с грустными глазами.

— Мы можем исключить случаи с женщинами? На записи ведь явно мужской голос, тут мы согласны?