Мой командор (СИ), стр. 12

Еще из-за молчаливой, внушительной фигуры командора Хэлтора, тяжеловесной статуей возвышающегося за моей спиной.

Его молчаливое присутствие я чувствую всей кожей. А еще я непрерывно нахожусь в сфере прочнейшей защиты из его пси, которой он окружает меня.

Всем своим существом я чувствую его тотальную боеспособность. Готовность действовать в любой момент. Отреагировать на мельчайшую угрозу в мой адрес.

Ни на секунду не перестаю чувствовать его. Это волнует, но и придает невероятное чувство защищенности.

Я вдруг понимаю, что никогда еще не чувствовала себя настолько уверенно и защищенно. Интуиция моя тоже молчит. Мне хорошо, спокойно и легко.

Пожалуй, именно это чувство и сыграло со мной злую шутку.

Именно в тот момент, когда я расслабилась, позволяя себе увлечься яркими событиями вокруг меня, я и перешла точку невозврата.

Кто знает, как бы всё случилось дальше, если бы я не потеряла бдительность. Если бы я не допустила того, что произошло.

Глава 14. Вдох

Это произошло в детском центре для юных псиоников.

Я расслабилась, потерялась в этой весёлой суматохе.

Шум детских голосов. Восторженные глазёнки. Широкие улыбки и заливистый смех…

Как бы я хотела, чтобы и у меня когда-нибудь, свои… Как же мне хочется свою семью, чтобы много детей. Трое или даже четверо.

Жаль, что для меня это пока невозможно. Очень и очень жаль.

Ну и пусть, что пока нельзя. Зато сейчас я почти счастлива, окружённая многочисленными маленькими сгустками концентрата радости и чистых эмоций.

Забылась я… Потеряла бдительность.

Да и командора отвлекли сообщением лишь на миг. До этого он бдительно следил, чтобы ко мне никто не подходил, даже детвора.

У меня было особое распоряжение от командора Хэлтора, чтобы я ничего не брала ни у кого, не ела и не пила, кроме того, что приготовлено для меня у его помощников.

И чтобы ко мне никто не прикасался.

Командор лишь на миг опустил взгляд на пискнувший коммуникатор на его широком предплечье.

Именно в этот момент белокурая малышка, мирно игравшая рядом, вдруг выпустила в меня из неизвестно откуда взявшейся хлопушки облако блёсток, с неожиданной скоростью рванувшего ко мне.

Серебристое облако тут же подхватил, отбросил от меня пси-поток командора, а кокон его пси сгустился, окутывая меня защитным экраном.

Мне бы задержать дыхание, как требовала инструкция, но я, глядя в огромные глаза девочки забыла об этом… Забыла.

Лишь вдохнув, и только после этого задержав дыхание, я похолодела… осознала, что именно произошло.

Почувствовав изменения в моём пси, я тут же активировала прибор очищения воздуха на поясе, рядом с охладителем.

Только вот дело уже сделано.

Моё пси меняется.

Становится другим. Вязким.

Командор подхватывает меня на руки и стремительно уносит меня прочь.

А я… съёживаюсь в его больших и сильных руках. Боюсь даже глаза на него поднять. Меня начинает трясти. Неужели это тот самый компонент, от которого я тогда защитила принцессу, но теперь враги нашли способ дотянуться?..

Командор уже заносит меня в просторный флаер со специально оборудованной капсулой. Укладывает меня внутрь, и накрывает крышкой.

Успеваю заметить его тёмный взгляд, в котором легко читаю его спрессованное бешенство.

Кажется, эти долгие минуты в капсуле — худшими в моей жизни.

Мне доверили такое ответственное поручение. А я не справилась… Подвела всех, и командора, и майора Лейс… И мою Рину подвела…

Тем временем с моим телом начинает твориться что-то совсем уж странное. Становится очень жарко. Жар концентрируется внизу живота. Растекается по венам.

Даже сквозь стенки капсулы я отчётливо чувствую командора… сейчас он вмешивается в моё — своим пси. Он пытается остановить лавинообразные изменения, обернуть вспять, но всё бесполезно.

Возможно, от его вмешательства наоборот, всё становится намного хуже. Слишком плотно сплетаются его пси-потоки с моими. Как будто вплавляются…

Капсула пищит, очищая мой организм всеми возможными способами, заодно диагностируя, собирая тысячи данных.

Но я уже понимаю, что всё бесполезно. Изменения во мне уже необратимы.

Хорошо, хоть мой проблесковый дар молчит. Это очень странно. Ведь сейчас мне угрожает явная опасность, а значит, дар должен развернуться во всю ширь.

Но нет. Всё тихо. Ни малейших признаков пробуждающегося дара.

И даже моя интуиция не предупредила об опасности. Я совершенно не чувствовала угрозы от той малышки…

Командор поднимает крышку капсулы и подаёт мне руку.

Мне страшно смотреть в его лицо. Я выбираюсь из капсулы, опираясь на его крепкую ладонь, не поднимая на него глаз.

Почему-то он не отпускает мою руку, когда я вышла, так и держит... Возвышается рядом. И молчит.

Его близость ощущается так пронзительно… Кожа покрывается мурашками, когда он вдруг медленно проводит большим пальцем по моей коже на тыльной стороне руки.

— Мы возвращаемся, — хрипло говорит командор, приближая предплечье к своим губам.

Заворожённо смотрю, как при этом двигаются его губы. И он смотрит на мои… И руку мою продолжает сжимать, поглаживая.

Он вдруг обнимает меня. Просто грабастает обеими руками, сминает в жёстких объятиях и глубоко-глубоко вдыхает воздух в моих волосах. А во мне от этого внезапного объятия будто сверхновая взрывается, совершенно теряюсь в пространстве и во времени от вспыхнувших нераспознаваемых ощущений.

— Прости, девочка, не досмотрел, — выдыхает он, прижимаясь щекой к моим волосам, — придётся теперь разгребать последствия. Мы летим на эсминец. Не забывай про свою роль. Мы должны успеть добраться до моей каюты.

С этими словами он отпускает меня, напрочь ошеломлённую его внезапным объятием, признанием, тем, что прощения попросил, и вообще…

Почему мы должны успеть? Роль?.. Да, я постараюсь помнить про мою роль…

Командор сам усаживает меня в кресло и притягивает жгутами. Сам прыгает за пульт управления флаером.

Мы взлетаем с немыслимой скоростью. Командору даже приходится включить компенсатор перегрузок.

Я изо всех сил пытаюсь сохранять спокойствие. Цепляюсь за фразу командора: “роль, я должна помнить про свою роль”.

Навороченная модель флаера, отмечаю я, глядя в окно… С поверхности планеты сразу на орбиту. Это же новейшие разработки, пока экспериментальные модели. Впрочем, в имперской гвардии ведь всё самое лучшее?

Между тем в моём теле происходит что-то совсем уж странное. Хочется потягиваться, выгибаться в пояснице. Щёки горят, дыхание участилось. Я стискиваю бёдра, чувствуя, как пульсирует низ живота, а в промежности намокает.

Краснею от пяток до корней волос, когда до меня доходит, что именно я чувствую.

У меня физическое возбуждение. Самое настоящее. Половое влечение. И направлено оно не просто в пустоту, а на конкретный объект.

Чувствуя, что паника вот-вот захлестнёт меня с головой, я вынуждена быть с собой честной.

Мне конец. Совсем. Ведь я, прямо сейчас, всё сильнее и сильнее хочу совокупиться с командором Хэлтором…

А потом мне совсем уж плохеет, когда прокручиваю в голове его слова. “Мы должны успеть добраться до моей каюты”. Так он сказал. Это что, он точно знает, что именно происходит?!

Глава 15. Объяснение

Командор выводит флаер на орбиту, вдалеке виден его эсминец.

Повинуясь его отрывистым резким жестом, в салоне вспыхивают голубоватые огоньки. Я ощущаю знакомое давление разгоняющейся на полную мощность установки от прослушки, в пси-диапазоне в том числе.

Когда защитное поле разворачивается на максимум, я слышу хриплый голос командора.

— Через десять минут будем на борту. Тебе нужно будет продержаться полчаса. Доберёмся до лаборатории. Должен быть способ это снять.

— Снять это… это что? — спрашиваю я, не надеясь на ответ.

Впрочем, командор почему-то отвечает на мой вопрос.