Бессмертный (ЛП), стр. 97
— Поскольку мы пока не располагаем полным списком приглашенных мистером Икс, а женщин ростом около метра шестидесяти в столице пруд пруди, мы намерены пойти на хитрость. Внешне мы ослабим хватку и снимем оцепление, взяв на карандаш лишь парочку самых подозрительных лиц. Параллельно мы уже вовсю вербуем задержанных, превращая их в наших осведомителей. Оказавшись вне нашего прямого пресса, эти отбитые фанатики из ордена Авроры стопроцентно начнут рыть землю носом, отчаянно силясь отыскать убийцу и свершить вендетту за мистера Икс. У них наверняка имеются свои, куда более точные ориентировки. При таком раскладе мы убьем сразу двух зайцев: не только выйдем на след таинственного убийцы, но и потянем за ниточки, выкорчевывая агентурную сеть самого ордена Авроры, — скрупулезно, расставляя всё по полочкам, пояснил сухощавый дьякон.
Радар в глубокой задумчивости кивнул и изрек:
— Рой, перед выходом на дело не забудьте запросить из хранилищ запечатанный артефакт первого класса.
— Картина побоища красноречиво вопит о том, что в Баклунде нынче залег на дно как минимум один святой ордена Авроры. Да и боевая мощь самого убийцы наголову превосходит заурядную пятую Последовательность. Вне всяких сомнений, за его спиной тоже незримо высится полубог.
— Слушаюсь, Ваше Высокопреосвященство, — Рой Веллингтон почтительно ударил правым кулаком в левую сторону груди.
…………
— Дуэйн, вы не перестаете меня поражать. Подумать только, прошло совсем немного времени, а вы уже от корки до корки проштудировали «Книгу Мудрости» из «Откровения Ночи», — находясь под монументальными сводами собора Святого Самуила, епископ Электра с мягким хлопком закрыл священный фолиант. С теплой улыбкой он посмотрел на сидящего напротив благочестивого толстосума с благородной проседью на висках и бездонными лазурными глазами.
Клейн ответил ему столь же легкой, непринужденной улыбкой:
— Для искреннего прихожанина подобное усердие — лишь малая толика того, что надлежит делать.
— Стало быть, на очереди раздел «Послания святых»?
— Истинно так. Чьи именно труды вы бы желали изучить первыми? — осведомился епископ Электра.
Сыщик, словно в раздумьях, скользнул взглядом по сторонам и с тихим смешком произнес:
— Пожалуй, остановим свой выбор на святом Самуиле.
Для священнослужителя подобный выбор отнюдь не стал сюрпризом. Приняв серьезный, наставительный вид, он пустился в объяснения:
— Святой Самуил служил архиепископом баклундской епархии в Четвертую Эпоху, во времена Империи Трэнсост. Этот великий муж внес поистине неоценимый, колоссальный вклад в распространение веры в Богиню. Еще при жизни он удостоился чести ступить в божественные чертоги и вознесся до статуса ангела…
Сопровождая свой рассказ действиями, пастырь сноровисто перелистнул страницы фолианта, отыскивая нужный отрывок из писаний святого.
И в это самое мгновение духовная интуиция Клейна болезненно, словно от удара током, содрогнулась. Юноша физически ощутил, как где-то этажом выше внезапно, подобно прорвавшемуся нарыву, расплескалась пугающая, первобытная злоба и густая, осязаемая еретическая скверна.
Однако не успела эта мерзость набрать силу, как из самых недр храма, из глубоких подземелий, бесшумно вынырнула леденящая, бездонная и умиротворяющая аура. Она мгновенно, словно невидимой исполинской ладонью, сгладила этот всплеск, стерев его без остатка. Под своды собора вновь вернулся первозданный, звенящий покой.
Епископ Электра, на какую-то долю секунды впавший в оцепенение, стремительно взял себя в руки. Обратившись к сидящему напротив Дуэйну Дантесу, который, казалось, ни сном ни духом не ведал о произошедшей чертовщине, он произнес:
— Приношу свои глубочайшие извинения. Мои мысли внезапно унеслись к одному весьма неотложному делу.
Глава 788
Скрытый проход
«Ничего страшного», — с мягкой улыбкой отозвался Клейн.
Внешне он казался абсолютно безмятежным, однако в его голове мысли неслись вскачь, отчаянно силясь разгадать истинный смысл этой мимолетной, едва уловимой перемены.
«До этого все Внутренние Стражи один за другим поднимались по вон той лестнице наверх. Логично предположить, что именно там и располагаются их кельи, а это безупречно совпадает с эпицентром недавней аномалии… Учитывая их полумертвое, явно нестабильное состояние, риск потери контроля у них на порядок выше, чем у заурядных Потусторонних. Быть может, именно поэтому у кого-то из них внезапно, словно прорвавшийся нарыв, выплеснулась наружу первобытная злоба и еретическая скверна?»
«А затем эта вспышка была безжалостно, грубо подавлена и сглажена ядром печати, что таится глубоко под землей, за Вратами Чаниса?»
«Если моя теория бьет в цель, напрашиваются два варианта. Первый: запечатывающий стержень за Вратами Чаниса обладает своего рода радаром, чутко реагирующим на малейшую чертовщину в стенах собора Святого Самуила, и наносит ответный удар на чистых инстинктах. Второй: Внутренние Стражи, годами неся свою мрачную вахту, настолько пропитались разъедающей мощью печати, что в каком-то смысле сами стали её плотью и кровью, переняв часть ее свойств. И стоит лишь кому-то из них дать слабину, как основной артефакт неминуемо, словно кукловод, дергает за ниточки и гасит угрозу».
«Окажись правдой первый расклад — стоит мне только вырубить одного из Стражей, чтобы нацепить его личину, как ядро мигом почует подвох. Печать отреагирует в точности как сейчас, и моя дерзкая авантюра с треском провалится, едва начавшись. А если верен второй вариант — то, попытавшись просочиться за Врата Чаниса под чужой маской, я неминуемо столкнусь с жесточайшим отторжением…»
«Кровь из носу необходимо докопаться до истины. Лишь нащупав корень проблемы, можно будет выстроить железобетонный план действий…»
«Воистину, красть запечатанные артефакты прямо из-под носа у великих Церквей — задачка невыполнимая. Немудрено, что желающих совать голову в такую петлю днем с огнем не сыщешь…»
Пока эти мысли лихорадочным вихрем проносились в его голове, внешне Клейн всё так же почтительно, затаив дыхание, внимал рассказу епископа Электры о житии святого Самуила и оставленных им посланиях. Выждав положенное время, сыщик учтиво откланялся.
Вернувшись в особняк номер сто шестьдесят по улице Бёклунд и передав шляпу с тростью Ричардсону, он тут же приметил спешащего навстречу мажордома.
«Сэр, не изволите ли вы дать бал или званый ужин в грядущие выходные, дабы пригласить достопочтенных соседей?» — Вальтер произнес это отнюдь не в тоне навязчивого совета, а с такой интонацией, словно задавал дежурный, рутинный вопрос.
Впрочем, Клейн кристально ясно понимал: раз уж вышколенный дворецкий вообще заикнулся об этом, значит, время для выхода в свет пришло.
Юноша едва заметно, благосклонно кивнул:
«Бал. В субботу вечером».
«Вам с Танеей предстоит изрядно похлопотать с приготовлениями».
«Наших капиталов для этого хватит?»
Обронив эту фразу, Клейн скосил глаза на стоящую поодаль экономку.
Танея ответила строгим, полным профессионального достоинства кивком:
«Более чем».
«Одних лишь благородных напитков в вашем погребе с лихвой хватит не на один такой прием».
При переезде на улицу Бёклунд Клейн отстегнул ей баснословную тысячу фунтов наличными на хозяйственные нужды. И теперь, как ни крути, даже с учетом закупки элитного алкоголя, первосортного чая и кофе, спустить такую сумму за месяц было физически невозможно.
«Золотой фунт нынче крепок как никогда…» — сыщик с удовлетворенным видом кивнул и с легкой улыбкой добавил:
«Для первого раза не стоит выставлять напоказ самое дорогое вино. Лоэнский этикет превыше всего ценит сдержанность».
«Слушаюсь, сэр», — отозвался Вальтер. И пусть мажордом знал алгоритм организации идеального бала как свои пять пальцев, он с безупречной почтительностью обратился в слух, внимая каждому слову нанимателя.