Бессмертный (ЛП), стр. 344

В бездонных зрачках Ангела синхронно заблестела извилистая, переливающаяся незримым светом река. Ее воды неумолимо сомкнулись кольцом вокруг понтифика-«Тирана», взяв в непроницаемые клещи весь внешний периметр Кальдерона.

И тут, в абсолютной, звенящей тишине, те самые прямоугольные руины и мертвенно-бледные колонны, стертые в порошок недавним штормом молний, начали стремительно восставать из пепла. Исполинский кузнец, от которого остались лишь два обугленных пальца, вновь обрел монолитную плоть. Возникнув в недрах усыпальницы, монстр как ни в чем не бывало принялся с оглушительным лязгом лупить молотом по наковальне.

Время обернулось вспять, отмотав реальность к тому самому моменту, когда «Тиран» только-только переступил порог этого проклятого места.

Вот только самого Клейна, облаченного в рясу понтифика, и след простыл. Бесследно испарились и обе его куклы, и та самая призрачная пена с останками Хищника.

Лишенная главного действующего лица, эта насильно воскрешенная сцена с хрустом разлетелась вдребезги. Мир вновь вернулся к своему истинному, изувеченному кровавой баней состоянию.

«Пожиратель хвоста» Уроборос застыл изваянием, долго, в абсолютном безмолвии созерцая пустоту. А бушующая в недрах Кальдерона «серо-белая волна» тем временем начала дюйм за дюймом отступать обратно во мрак.

…………

Высоко над серой мглой Клейн обессиленно, словно сломанная кукла, рухнул в почетное кресло «Шута». У юноши не осталось сил даже на то, чтобы дернуть за ниточки Энзо и Людвилла, приказав им размять его гудящие плечи и ноги.

«Скипетр Морского бога» уже благополучно отправился обратно в кучу оккультного хлама. Аркан «Тирана», покинув его эфирную оболочку, лег рубашкой вверх прямо подле карты «Темного Императора». А парящая прямо перед ним пена с ошметками Хищника продолжала неутомимо выкристаллизовывать Потустороннюю характеристику, сплавляя ее со светящимися искрами.

Немного переведя дух, Клейн увидел, как на изъеденную патиной бронзовую столешницу осыпается серо-белая пыль, а в самом ее центре покоится нечто кристально прозрачное и абсолютно невесомое.

Эта диковинка, размером не больше ладони, представляла собой гротескный клубок из сплетенных воедино червеподобных отростков, отдаленно напоминая человеческий силуэт. Её нутро до краев полнилось бесцветной жижей, из которой то и дело лопались пузыри, источая во все стороны тончайшие, черные как смоль иглы света.

Клейн благоразумно не отважился вглядываться в нее напрямую. Юноша нутром чуял: в мельчайших, незримых для простого глаза деталях этой прозрачной субстанции скрывается поистине хтоническая структура. Она была соткана из мириад неописуемых, сводящих с ума узоров и сакральных рун, словно сами первобытные концепции — знания, власть, метаморфозы, тайна, гротеск и чистое безумие — обрели здесь осязаемую, материальную плоть.

От одного лишь мимолетного взора Клейна накрыло волной тошнотворного головокружения. Ему показалось, будто его рассудок вот-вот разорвет в клочья, а душа сорвется в бездну потери контроля.

«Должно быть, это и есть подлинное духовное тело Хищника из мира духов… Да и нужного праха набралось с лихвой — граммов эдак семьдесят. Куда больше, чем требует рецепт, и уж точно больше, чем я смел надеяться…» Едва заметно кивнув, сыщик сноровисто смел пепел в заготовленную шкатулку и, прихватив сам призрачный сгусток, зашвырнул всё это добро к остальному хламу, надежно укрыв трофеи пеленой серого тумана.

Покончив с этими хлопотами, он устало помассировал ноющие виски и беззвучно, с едкой самоиронией пробормотал:

'Не окажись в моих руках «Скипетр Морского бога», я бы после первой же стычки с Хищником благоразумно дал деру из Кальдерона. Отсиделся бы, дождался надежной подмоги и лишь затем устроил бы выверенную, тихую охоту. Без лишнего шума и пыли, дабы не перебудить ту хтоническую жуть, что дремлет в самом сердце полиса…

Эх… ввязался в эту слепую, отбитую мясорубку. И пусть финал оказался триумфальным, подобное безрассудство в корне противоречит моей натуре и наглухо ломает все каноны «отыгрыша» для «Провидца». Впредь придется держать ухо востро и поменьше размахивать «Скипетром Морского бога» во внешнем мире.

Что ж… Охота на Хищника благополучно завершена, так что втягивать мисс Шарон больше нет резона. Выжду пару деньков и черкну ей весточку, пусть выкинет эту затею из головы.

Впрочем, чутье настойчиво шепчет: мои пути с Кальдероном еще не разошлись. Рано или поздно придется наведаться туда вновь, и вот тогда-то ее поддержка окажется как нельзя кстати.

Ко всему прочему, нужно срочно рыть землю носом в поисках разведданных по демоническим трикстерам. Вешать все надежды исключительно на Город Серебра — чистой воды самоубийство…'

В вихре этих мыслей Клейн, оставив марионеток в таинственном измерении, вернулся в собственную физическую оболочку. Сноровисто зачистив остатки ритуала, он доплелся до кровати и, едва коснувшись подушки, провалился в мертвый, беспробудный сон.

…………

— Сбежал? — Соэст смерил взглядом сидящего напротив мужчину и обратился к Дейли Симон, которая как раз проводила спиритический сеанс.

Отряд только что благополучно завершил операцию, повязав еще парочку сектантов из Спиритического культа. Увы, главная мишень из агентурных сводок — «Бледная Рука» Паленке Тасиб — в тайном логове так и не объявилась.

Поскольку речь шла о полубоге четвертой Последовательности, «Красные перчатки» не только расчехлили запечатанный артефакт первого класса, но и заручились поддержкой самой «Око Богини» Илии. И вот теперь весь этот грандиозный капкан захлопнулся впустую.

Дейли Симон коротко кивнула:

— Именно так.

Следом она перевела пронзительный взгляд на пленника и, понизив голос до текучего, эфирного шепота, спросила:

— Куда направился Паленке Тасиб?

— Он обмолвился, что идет на встречу, — с пугающей, деревянной медлительностью отозвался сектант.

— С кем именно? — тут же надавила Дейли. Леонард Митчелл вкупе с остальными оперативниками тоже синхронно устремили на допрашиваемого напряженные взоры.

Мужчина, чьим рассудком сейчас безраздельно владел медиум, ответил абсолютно монотонно, лишенным малейших эмоций тоном:

— С Инсом Зангвиллом.

Глава 930

Организация из прошлого

— Инс Зангвилл.

Едва это имя прозвучало, как все присутствующие «Красные перчатки» погрузились в глухое, свинцовое молчание. На какое-то время в комнате не раздалось ни единого звука.

С того самого дня, как этот бывший архиепископ подался в бега, Церковь Богини Вечной Ночи ни на секунду не ослабляла хватку в его травле. Высшие иерархи и старшие дьяконы, сменяя друг друга и действуя плечом к плечу, денно и нощно мотались по миру с запечатанными артефактами наперевес, отчаянно выискивая малейшие зацепки. Однако взять след Инса Зангвилла так и не удавалось: роковое стечение самых немыслимых обстоятельств раз за разом уводило его из-под удара. Ищейки не только не могли настичь беглеца, но и регулярно получали от него звонкие оплеухи в виде кровавых диверсий, унесших жизни множества Ночных Ястребов.

Для всей Церкви, а уж тем более для рядов Ночных Ястребов, это стало не просто кровной вендеттой, но и несмываемым, жгучим позором!

Опущенные руки Леонарда Митчелла бессознательно сжались в кулаки, а дыхание налилось свинцовой тяжестью.

Впрочем, юноша титаническим усилием воли вынырнул из омута захлестнувших эмоций, заставив себя переключить внимание на иное:

Немудрено, что Дуэйн Дантес наткнулся на Инса Зангвилла на Срединном острове в Бушующем море! Этот ублюдок тоже держал курс на Южный континент, прямиком в Восточный Балам!

Пока отряд переваривал услышанное в звенящей тишине, Дейли Симон вновь подала голос. Её текучий, бесплотный тон, словно исходящий от самого духа, остался почти неизменным, разве что покрылся коркой льда, а темп слегка ускорился:

— Где именно им назначено рандеву?