Бессмертный (ЛП), стр. 110
Воздух на первом этаже многоквартирного дома был насквозь пропитан бьющим в нос запахом мочи, гнилостной сыростью, амбре неубранных нечистот и едкой гарью от дешевого угля. К этому тошнотворному букету примешивались застарелый пот тех, кто неделями не видел мыла, специфические, густые миазмы самих жильцов и целая россыпь кислых, мерзких ароматов. Слившись воедино, этот концентрированный яд безжалостно разъедал утонченные чувства вампира.
Впервые в жизни Эмлину до смерти захотелось отрезать собственный нос. Казалось, будто он уже низвергся в Бездну и корчится в самых адских котлах преисподней.
«Терпение… Выжидание… Покой…» — юноша механически, словно заведенный, бубнил эти заповеди. Каждая проведенная в этом смраде секунда казалась вечностью.
Наконец дверь каморки Гариса Кевина приотворилась. В проеме вырос тощий силуэт со смугло-коричневой кожей. Резко очерченные скулы, высокая переносица с легкой горбинкой на конце — сомнений быть не могло: перед ним стоял тот самый сектант «Первозданной Луны», Аргос.
Прямо сейчас его лицо «украшали» несколько вздувшихся, сочащихся гноем язв, придавая облику откровенно мерзкий вид.
«Так и знал. Этот малолетний старикашка Иэн оказался прав: одежда на ублюдке целая и выстиранная, он совершенно не вписывается в пейзаж Ист-Энда…» — Эмлин мгновенно взбодрился. Беззвучно ворча себе под нос, он не сводил глаз с Аргоса, пока тот не покинул обшарпанное здание.
Выждав для верности еще минут пять, вампир выпрямился, решив, что пора переходить в наступление.
Поскольку Гарис Кевин являлся искусственным кровососом, Эмлин кристально ясно понимал, какими талантами и уязвимостями тот обладает. Это позволяло выстроить безупречный, бьющий точно в цель план подготовки.
«Обоняние у него ничуть не хуже, чем у меня в дни совершеннолетия… Хм, впрочем, тут можно и поспорить. Раз он умудряется жить в такой зловонной клоаке, то наверняка давно лишился и носа, и рассудка… Однако духовность у него будь здоров, звериное чутье на угрозу никуда не делось. Да и слух со зрением не подкачали…» — клеймя врага жгучим презрением, Эмлин сноровисто осушил флакон зелья и щедро окатил себя спреем, вновь наглухо вытравливая собственный запах.
Следом он провернул уже знакомый фокус: сочетая выпитый эликсир и наружное покрытие, вампир полностью растворил очертания своего тела и одежды. Его силуэт исчез, словно стертый ластиком с бумаги.
В пустом, глухом углу коридора из пустоты внезапно вынырнул блокнот размером с ладонь, обтянутый медно-зеленой обложкой. Фолиант словно просочился сквозь невидимую, стеклянную преграду.
Страницы книги абсолютно бесшумно перелистнулись сами собой, застыв на белоснежном листе, испещренном сложной вязью астрологических символов.
Руны мгновенно растаяли, а полумрак вокруг едва уловимо посветлел.
Это был не что иное, как талант «Астролога», вносящий помехи в духовное восприятие!
Выполнив свою задачу, медно-зеленый «Дневник путешествий Леймано» медленно попятился назад. Дюйм за дюймом он испарился, вновь укрывшись за пеленой невидимости.
Завершив подготовку, Эмлин прокрутил в уме план атаки. Ступая легко, словно пушинка, он абсолютно бесшумно приблизился к каморке Гариса Кевина, однако к самой двери подходить благоразумно не стал.
Медно-зеленый фолиант вновь соткался из пустоты, распахнувшись на странице с заклинанием «Открытие врат».
В разуме вампира тотчас же эхом раскатился призрачный голос, незримо «подталкивая» его вытянуть руку и прижать ладонь к глухой стене.
Синхронно с этим маневром Эмлин с предельной осторожностью упрятал «Дневник путешествий Леймано» за пазуху, надежно скрыв артефакт под невидимой курткой.
Едва его пальцы коснулись обшарпанной кладки, как перед глазами из ниоткуда выросла призрачная, лишенная плотности тускло-лазурная дверь. Она словно вросла в стену, сквозь её марево всё еще просвечивали контуры грязных кирпичей.
Навострив уши и втянув воздух, чтобы оценить обстановку внутри, Эмлин шагнул вперед. Он плавно, словно сквозь водопад, просочился сквозь эти иллюзорные лазурные створки.
Декорации перед его взором мгновенно преобразились. Теперь он видел заляпанные грязью стены, приткнувшуюся в углу деревянную койку, ветхий шкаф да груды всякого хлама, распиханные по трем сторонам.
Он очутился прямо в недрах каморки Гариса Кевина!
А та самая лазурная дверь за спиной Эмлина бесследно испарилась, будто её отродясь там не стояло.
С параноидальной осторожностью окинув комнату взглядом, вампир безошибочно выхватил фигуру мишени.
Этот сектант «Первозданной Луны» оказался весьма смазливым метисом. Длинные, спадающие на плечи волосы обрамляли лицо, а в карих глазах мерцали едва заметные багровые искры — верный признак того, что чистокровный цвет глаз рода Крови ему так и не достался.
Парень сидел на краю кровати и неотрывно сверлил взглядом входную дверь, с головой уйдя в какие-то свои думы.
Не издав ни единого шороха, Эмлин по дуге зашел с фланга. Оказавшись в слепой зоне врага, он выудил «Дневник путешествий Леймано» и открыл ту самую страницу, от которой подушечки пальцев начинало едва заметно покалывать.
Выжженный желтизной лист, смахивающий на грубый пергамент, был сплошь усеян древними, искореженными символами и орнаментами. Сплетаясь воедино, эта вязь образовывала диковинный узор, походящий на одинокое, чахлое деревце, отчаянно тянущее голые ветви к небесам.
Выверив идеальный ракурс, Эмлин плавно провел пальцем по бумаге.
В ту же долю секунды ослепительно-серебристая вспышка молнии разорвала полумрак, залив каморку светом, подобным яркому полудню.
Искрящий треск еще не успел ударить по ушам, а разряд уже с сокрушительной силой впечатался прямиком в макушку Гариса Кевина. Удар мгновенно обуглил кожу фанатика, его тело забилось в дикой конвульсии, а взгляд на мгновение расфокусировался, подернувшись мутной пеленой.
Пока серебристые электрические змеи всё еще хаотично плясали по одежде жертвы, силуэт Эмлина Уайта хищной тенью вынырнул за спиной парализованного врага. Выбросив правую руку, вампир мертвой хваткой сомкнул пальцы на шее сектанта.
Хрясь!
Он с ледяным хладнокровием свернул Гарису Кевину шейные позвонки, а затем мощным, безжалостным рывком оторвал ему голову. Отбросив тело в сторону, Эмлин на корню зарубил любые попытки искусственного кровососа пустить в ход свою феноменальную регенерацию.
Шмяк!
Обезглавленный труп грузно рухнул на грязный пол, щедро орошая округу фонтанами свежей крови.
Искусственный кровосос расстался с жизнью в мгновение ока.
Ледяная невозмутимость на лице Эмлина тут же сменилась искренним ошеломлением. Не веря собственным глазам, юноша уставился на зажатую в пальцах голову. Гарис Кевин испустил дух так стремительно, что даже не успел осознать происходящего: в его остекленевших глазах навеки застыла дикая смесь агонии и полнейшего непонимания.
«Так просто? И это всё?» Эмлин, при всей своей нескромной гордости, даже помыслить не мог, что расправиться с искусственным вампиром окажется настолько плевым делом. Однако суровая реальность доказывала обратное.
«Парализующий разряд молнии в связке с моей феноменальной скоростью выковал идеальный, мгновенный смертоносный удар… Хех, конечно, сработает это лишь в том случае, если враг до одури боится электричества и легко впадает в ступор… Плюс предварительное глушение духовной интуиции, отказ от лобовой атаки и этот изящный фокус с прохождением сквозь стену. Всё это сложилось в безупречную цепочку триумфа…» Отойдя от шока через пару секунд, Эмлин скрупулезно, дюйм за дюймом, разобрал в уме всю схему боя, пополнив свою копилку поистине бесценным опытом.
Лишь теперь он кристально ясно осознал всю ту сокрушительную мощь, что таится в грамотной комбинации Потусторонних талантов, и подлинную, баснословную ценность «Дневника путешествий Леймано».
«Немудрено, что господин Повешенный так рьяно желал его арендовать…» — Эмлин вынырнул из раздумий. Его взгляд упал на бурлящую лужу густой крови, и кадык вампира предательски дернулся.