Бесплодная истинная для распутного дракона (СИ), стр. 28

- Газеты?

Она побледнела.

- Миледи…

- Газеты, Мила.

Она сжала губы, потом кивнула. Подошла к столу и взяла сложенный лист плотной бумаги. Руки у нее дрожали. Я села. Мила хотела помочь, но я подняла ладонь.

- Я сама.

Она передала мне газету. Эйрская печать. Черные изящные буквы. Герб королевского дома. Я не знала их языка идеально, но понимала достаточно.

Строки расплывались перед глазами.

«Королевский двор Эйры с радостью сообщает о скором заключении брачного союза наследного принца Эрика Ривенфолла и леди Аделины Морвейн, дочери герцога Восточных земель…»

Дальше я не читала. Леди Аделина Морвейн. Дочь герцога. Политический союз. Конечно. Принцы женятся не по любви.

Как я могла забыть?

Как могла поверить?

Я сжала газету так, что бумага смялась. Кольцо на пальце оставалось холодным. Сар сидел на краю кровати и смотрел на меня непривычно серьезно.

- Это не похоже на него.

Я медленно повернула голову.

- А на что похоже?

- На королевский двор.

- Очень утешительно.

- Лиараэль…

- Не надо.

Он замолчал. Мила опустилась рядом на край кровати.

- Миледи, возможно, его заставили.

Я тихо рассмеялась. Смех вышел сухим, чужим.

- Эрик не Дрейк.

Я резко посмотрела на нее.

- Я знаю.

Голос сорвался. В этом и была проблема. Если бы он был как Дрейк, было бы проще. Я бы подняла стены внутри себя, закрылась, пережила, выжгла память.

Но Эрик не был Дрейком. Он смотрел так, будто я была величайшим чудом на земле. Говорил, что любит. И теперь женится.

Я сжала кольцо. Камень не откликнулся. В груди снова поднялась боль, но теперь я не позволила ей победить. Я медленно сняла кольцо.

Мила ахнула.

- Миледи…

Я положила его на столик у кровати. Темное серебро тихо стукнуло о дерево. Дом вокруг вздрогнул.

- Нет, - прошептала Мила. - Не делайте поспешных выводов.

- Я не делаю выводов. Я читаю официальное объявление королевского двора.

- Но…

- Мила.

Она замолчала. Я глубоко вдохнула. Потом еще раз.

- Позови Роэна.

Через минуту он вошел. Лицо суровое. Глаза темные от тревоги. Он поклонился, но не стал делать вид, что все в порядке.

- Миледи.

- Ты знал?

Он напрягся.

- Нет.

- Ты получал письма из Эйры?

- Нет. Ни одного ответа на мои донесения.

- Почему?

- Не знаю.

- Предположи.

Роэн молчал несколько секунд.

- Если двор перехватил сообщения, значит, принц мог не получить ни одного. Если вокруг него поставили магическую блокаду, фамильярная связь могла ослабнуть. Если объявлена политическая помолвка, возможно, король или совет действуют быстро, пока он не успел возразить.

Я слушала спокойно. Слишком спокойно.

- А возможно?

Роэн сжал челюсть.

- Возможно, он согласился.

Мила резко втянула воздух. Сар зашипел. Я кивнула.

- Спасибо за честность.

Роэн опустил взгляд.

- Я служу принцу, но сейчас нахожусь под вашим приказом. И не стану лгать вам ради его чести.

- Хорошо. Тогда слушай новый приказ. Ни один слух о моем обмороке не должен выйти за пределы дома.

- Уже выполнено.

- Купцам сказать, что мне стало дурно из-за переутомления.

- Сказано.

- Гонца наградить за скорость, но предупредить, чтобы не разносил подробности.

- Сделаю.

Я посмотрела на газету в своей руке.

- И подготовь людей. Завтра я выйду к жителям как обычно. Прием состоится.

Мила вскочила.

- Миледи, вам нужен отдых!

- Я упала в обморок. Не умерла.

Сар тихо пробормотал:

- Спорное поведение для разумного существа.

Я посмотрела на него.

- А ты найдешь способ узнать, что происходит в Эйре.

Он прижал уши.

- Я уже пытался.

- Попробуешь снова.

- Если связь закрыта, я не пробью ее без ответного импульса.

- Тогда жди импульс.

- А если его не будет?

Я посмотрела на кольцо на столе. Серый камень казался мертвым.

Глава 41

Ночью я не спала. Дом тоже. Он тревожился, как живое существо. Иногда в коридоре сами загорались светильники. Дверь на балкон открывалась и закрывалась от ветра. Где-то в саду тихо звенели цветы.

Я сидела за столом в халате, передо мной лежали три вещи.

Газета. Кольцо Эрика. Письмо моей настоящей матери.

Три жизни. Прошлая. Возможная. Настоящая.

Я взяла письмо матери и перечитала последние строки.

«Возвращайся в Ольцег. Там ты найдешь не только дом, но и себя».

Я нашла. А теперь должна была не потерять. Из-за мужчины. Из-за принца.

Я встала. Подошла к зеркалу. В отражении на меня смотрела женщина с бледным лицом и серебристыми искрами в глазах. Волосы распущены, губы сжаты, плечи прямые.

Не Элира Ашфорд.

Не сломанная жена ублюдка дракона.

Не девочка, которую отец называл пустышкой.

Лиараэль Веларис.

Хозяйка Ольцега.

Последняя леди Лунного Двора.

- Я больше не сломаюсь, - сказала я отражению.

Зеркало дрогнуло. На секунду в нем появилось другое лицо. Мальчик лет пяти. Серебристые пряди. Глаза как ночное небо. Эл. Он смотрел на меня серьезно, почти печально.

«Не бойся, Лиара. Я здесь».

Я резко вдохнула. Видение исчезло. Но в груди стало теплее.

- Где ты? - прошептала я. - Дай мне знак.

Ответа не было. Только далеко внизу, в глубине дома, что-то тихо ударило - будто забилось сердце.

Утром я вышла к людям. Мила молча помогла мне одеться в платье цвета темного серебра. Не траурное. Не праздничное. Строгое. С высокой талией, длинными рукавами и вышивкой из лунных фаз на груди.

- Вы уверены? - спросила она.

- Нет.

Она подняла глаза. Я слабо улыбнулась.

- Но это не имеет значения.

В главном зале уже ждали жители. Кто-то пришел просить о ремонте дома. Кто-то - о работе на новом складе. Дорн принес отчет о шахте. Лина - список вещей необходимых для школы.

Они смотрели на меня чуть тревожнее обычного. Слухи все равно просочились.

Я поднялась на возвышение у окна и оглядела зал.

- Вчера мне принесли новости из Эйры, - сказала я.

Тишина стала осязаемой. Мила побледнела. Роэн напрягся у двери. Я продолжила:

- Новости личного характера. Неприятные. Но они не касаются будущего Ольцега.

Люди слушали, не двигаясь.

- Наш остров оживает не потому, что рядом со мной стоит мужчина. Не потому, что меня поддерживает принц, король или герцог. Ольцег оживает потому, что здесь есть вы. Потому что вы чините дома, учите детей, ловите рыбу, печете хлеб, строите дороги, сажаете цветы и верите, что земля, которую все считали мертвой, может снова стать домом.

У старушки в первом ряду задрожали губы.

Я вдохнула глубже.

- Поэтому работа продолжается. Школа будет расширена. Дорога к северной ферме будет восстановлена. Порт получит новые склады. Сад у площади мы засадим к весеннему празднику.

Кто-то тихо сказал:

- Принцесса…

Впервые я не поправила. Сил не было. И, может быть, впервые это слово не показалось мне чужим.

- Мы не остановимся, - сказала я. - Ни из-за слухов. Ни из-за чужих решений. Ни из-за боли. Ольцег слишком долго ждал, чтобы снова заснуть.

Несколько секунд стояла тишина. А потом Марен опустился на одно колено. За ним - Дорн. Потом Лина. Потом все остальные. Я застыла.

- Что вы делаете?

Марен поднял голову.

- Клянемся дому. И вам. Не как королеве. Не как госпоже из старых легенд. А как той, кто вернула нам свет.

Горло сжалось. Я не могла говорить. Только кивнула.

Дом вспыхнул. Серебряный свет прошел по стенам, по полу, по лицам людей. Цветы в вазах раскрылись. Где-то далеко зазвенел фонтан.

Сар, сидевший на перилах лестницы, тихо сказал:

- Ну вот. Теперь точно принцесса.