Попала! Ошибка истинного (СИ), стр. 11
Я натянула на лицо как можно более грустное выражение, и вздохнула.
– Господин Феликс, вы хотите узнать побольше о ректоре Алдериане или вам важно, чтобы я сидела или стояла около вашего кресла?
– И как это связано? – прошипел Феликс, и я вздрогнула – на этот раз, правда, чуть послабее.
– Самым прямым образом, – возмутилась я, – видите ли, когда я рассказываю что-то важное, я обязана ходить! Не могу оставаться на месте, иначе мысль сразу теряется.
Баттори недоверчиво уставился на меня. Я в ответ только захлопала ресницами с совершенно невинным видом.
– Рассказывай, – мрачно пробурчал Феликс.
– Спасибо! – обрадовалась я, – итак, дело было так…
Рассказ полился из меня непрерывным потоком. Я принялась вышагивать по комнате, бурно жестикулируя.
– …а потом мы прибыли в Академию! – слегка зардевшись от воспоминаний, выпалила я, краем глаза отслеживая собственные перемещения.
Именно в этот момент я добралась до заветного стола. Сделав вид, что очень увлечена рассказом, я принялась максимально подробно и дотошно разглядывать стол.
На счастье, я стояла спиной к Феликсу, так что, надеюсь, несколько дополнительных минут у меня есть, пока он не чухнулся и не озадачился вопросом, а чего это я около его стола застряла?
– Мне пришлось пройти вступительный экзамен, – громче, чем хотелось бы, выпалила я, – это был такой кошмар…
“Добралась?” – прорезался в ушах голос Тивадая. Сердце тревожно стукнуло, я ощутила прилив паники, однако она, как ни странно, помогла мне собраться.
“Ага,” – подумала я в ответ, – “Следи внимательно, время у нас с тобой ограничено!”
Тивадай пробурчал в ответ что-то невнятное. Я же жадно впилась глазами в стол.
Первой же эмоцией, которую я испытала при взгляде на него, было разочарование.
Рабочий стол колдуна я представляла себе совершенно по-другому!
Где ворох древних гримуаров? Связки самых разных трав? Сушеные лапки лягушек, в конце концов!
“Хватит отвлекаться!” – прошипел Тивадай, и я рывком вернулась в реальный мир.
В рассказе для Феликса дело как раз подобралось к моей стычке с близнецами. Наяву же передо мной маячил стол…
…На котором было не то, чтобы богатое разнообразие всего.
Какие-то обрывки пергаментов, несколько длинных белых перьев, чернильница, высокая банка, доверху наполненная какими-то разноцветными стеклянными шарами… стоп, а это что?
Стекло у банки было запылённым, поэтому как следует разглядеть её содержимое было непросто. Однако мне всё же удалось увидеть очертания чего-то чёрного и прямоугольного среди шариков.
Сначала я, было, подумала, что это небольшая коробчка, но, вглядевшись, поняла, что это тоненькая чёрная книжечка. На её корешке тускло поблёскивало что-то, похожее на… изображение ползущей змеи!
Неужели это оно?!
Дыхание у меня перехватило, и я опять закашлялась – на этот раз, неподдельно.
Как раз на том самом моменте, когда вдохновенно описывала лекцию у профессора-вампира ди Грегуара.
Видимо, мой кашель стал последней каплей, переполнившей чашу терпения Феликса.
– Так, хватит! – рявкнул он, саданув кулаком по креслу, – Моё терпение лопнуло! Ты просто заговариваешь мне зубы! Думаешь, мне интересна твоя жалкая жизнь в академии? Меня интересует только Алдериан!
– Так я вам и рассказываю всё, что связано с ним! – возмутилась я, – Академия всё-таки ему принадлежит, так что…
“Блин!” – меж тем, пронеслось в голове, – “Почему молчит Тивадай?! Надо мне еще что-нибудь осматривать, или нет?”
От напряжения голова пошла кругом, пол под ногами опасно зашатался, и я схватилась за краешек стола, не на шутку перепугавшись, что сейчас рухну на пол.
– Всё ясно, – процедил Феликс, и в его голосе проскрежетала самая настоящая ярость, – Алдериану досталась на редкость безмозглая ученица!
– Эй! – возмутилась я, обиженная до глубины души, – Знаете, что…
Но Баттори меня не слушал. Мимо меня опять промелькнуло рыжее пятно, и Феликс возник из воздуха прямо передо мной, загородив собой собственный стол.
– На сегодня ты мне больше не нужна! – прошипел он, – Сейчас Абрахам отведёт тебя обратно, и ты будешь дожидаться новолуния!
При упоминании новолуния меня передёрнуло от отвращения.
А Тивадай по-прежнему молчит!
“Да тут я, тут!” – прошелестел на задворках сознания голос Тивадая, – “Просто задумался. Можешь возвращаться обратно! Теперь всё зависит только от меня.”
Я украдкой перевела дух, но расслабиться не получилось.
Всё испортил Феликс.
Когда на пороге хижины вновь возник старик Абрахам, Баттори буквально подтащил меня к нему, больно впившись пальцами в локоть. Толкнул вперёд и сказал на прощание фразу, от которой меня мороз продрал по коже:
– И всё же я тебе благодарен, девчонка! Как бы ты ни старалась это скрыть, кое-что важное об Алдериане мне удалось из тебя вытащить…
Глава 15
– Что вы имеете в виду? – тут же вскинулась я, но Феликс только зловеще улыбнулся и захлопнул дверь.
– Ты и так отняла у меня слишком много времени! – донёсся изнутри его глухой голос.
Вот ведь скотина какая!
Я кинулась к двери с твёрдым намерением прорваться обратно, но тут же на моё предплечье легла сухощавая рука.
– Господин Баттори велел отвести вас обратно в вашу хижину! – просипел Абрахам, – Если его ослушаться, то будет плохо.
“Кому?” – едва не спросила я, но тут же всё поняла. Слишком уж яркие были воспоминания.
Слишком громкий стоял в ушах хрип того же Абрахама, который упал на землю и корчился, хотя Феликс не коснулся его и пальцем!
“Лучше уходи, Василиса,” – проскрипел в ушах Тивадай, явно уловив мои воспоминания, – “не надо нарываться.”
Я с сожалением бросила взгляд на закрытую дверь. Похоже, Тивадай прав, не стоит лишний раз провоцировать Феликса… неизвестно, что ему взбредет в голову в этот раз.
К тому же, не хочется подвергать опасности Тивадая, которому сейчас предстоит самое сложное.
Понурившись, я поплелась за Абрахамом, попутно кидая жадные взгляды по сторонам. Может, что-то изменилось, и я сейчас увижу что-то полезное? Что-то, что позволило бы нам с Тивадаем сбежать отсюда?
Но всё было по-прежнему. Огромные деревья, лестницы, люди, ползающие по ним… от однообразия пейзажа меня замутило.
Я пыталась заговорить с моим провожатым, но на все попытки он реагировал либо невнятным бурчанием, либо вообще никак. В конце концов я махнула рукой на то, что разговорить его и выведать что-то полезное не получится, и замолчала.
Абрахам довёл меня до хижины, вполне обыденным движением впихнул в неё и захлопнул дверь.
– Не высовывайся, – сухо напутствовал он меня, – жди, когда за тобой придут.
И поведут приносить в жертву своему божку, ага. Бегу и падаю… в смысле, смиренно сижу и жду!
Оставшись одна, первым делом я позвала Тивадая.
“Тивадай! Тивада-а-ай! Как ты? Есть новости?”
Молчание. Потом до меня донеслось едва слышное шуршание, и наконец раздался недовольный голос:
“Какие там новости! Я спрятался в укромном месте, жду, когда он куда-нибудь уйдет! А он не уходит…”
Вот блин.
“И что делать?”
“А что тут поделаешь?” – уныло спросил Тивадай, – “Только ждать подходящего момента… так, погоди-ка…”
Он умолк, и я осталась наедине с неизвестностью. Тут же стало не по себе, словно я резко потеряла связь с внешним миром. Попутно навалилось беспокойство за Тивадая, а в голову полезли дурные мысли, одна другой хуже.
Очень ярко нарисовалась картинка: Феликс обнаруживает Тивадая и торжествующе поднимает его над головой за плюшевый хвост.
“Говори, что вы задумали?!” – отчётливо прогремел в воображении его низкий голос, – “Иначе вам обоим не жить!”
“Иначе не жить и твоему Алдериану!”
Нет!
От последней фразы захолонуло и бешено заколотилось сердце, а разум охватила паника.