Авангард. Четвертый всадник (СИ), стр. 11

Сбить получилось не меньше десятка черных контейнеров, а благополучно их приземлилось не меньше половины от общего числа. Рухнули двери-люки и в ангаре начали появляться группы черной пехоты — отдаленно напоминающие немецких солдат-мотоциклистов времен Второй мировой. Все в кожаных плащах и шлемах с забралами, похожих на противогазы. Нелишняя деталь — в ангаре уже вспухали очаги черного дыма с ядовито-зелеными прожилками, попав в которые местные военные умирали в конвульсиях, выплевывая легкие. Те, у кого не было противогазов — у большинства они все-таки в наличии и группы синих фигур занимали оборону, активно отстреливаясь.

Приземлившиеся и оставшиеся целыми контейнеры между тем ожили — со скрипом, скрежетом и черным дымом распрямились клешни-ноги, застучали выстрелами выдвинувшиеся пулеметы, выкашивая отряды в синих мундирах и разваливая стоянки самолетов. Поливая все вокруг огнем, изрыгая дым и пламя, грубые черные шагоходы перемещались со скрежетом железа и с перестуком острых лап.

Ошарашенный Здравомыслов наблюдал за всем происходящим с открытым ртом, а я уже давно тащил его в сторону локомотивного депо — сейчас, когда бомбы падать перестали, оно казалось неплохим укрытием.

За нашими спинами разворачивалось сражение, постепенно набирая обороты. Местные, явно обескураженные ударом, частично разбегались, но сопротивление в целом не бросали — только что в ангар влетело несколько звеньев синих истребителей, ярко-голубые трассеры мелькнули дорожкой по черным машинам. Одну сбило на бок, второй пули хлестнули в бронеколпак кабины и машина вдруг взорвалась фонтаном искр и расплавленного металла.

Появились и синие шагоходы — более изящные в отличие от черных, и работающие на эфире, так что совершенно бесшумные, а стрельба с их стороны шла энергетическими разрядами. Место битвы затянуло дымом, в котором мелькали синие и голубые лучи, красные трассеры, клубы пара и взрывы — очень теперь заметна разница между местным стимпанком и атакующим дизельпанком.

В ангаре появились еще несколько звеньев синих истребителей, последние две машины красной эскадрильи тоже наконец взлетели, а мы с приходящим в себя на бегу Здравомысловым уже были совсем рядом с железнодорожным депо. Пусть и не находились сейчас в центре сражения, но посвистывали вокруг пули, над головой прошла очередь красных трассеров.

Почувствовав спиной приближение опасности, я рванул влево, утягивая Здравомыслова за собой и мы завалились под забором депо. Нас сразу же обсыпало бетонной крошкой — прошедший сверху с громким воем черный истребитель оставил в бетоне глубокие борозды огнем четырех авиационных пушек. Снаряды с искрами стеганули по ближайшему к нам массивному локомотиву — видимых повреждений он не получил, зато в клочья разорвало двух машинистов в синих мундирах, бегущих вдоль состава.

Подняв Здравомыслова, я затащил его за бетонный забор, где нас встретило человек пять. Впервые я увидел местных так близко — напоминают кирасир Наполеоновской армии. Золотые панцири, фигурные шлемы с конскими хвостами, синие мундиры и массивные винтовки-штуцеры. Нас подхватили под руки, затаскивая за собой — из-за мундира Здравомыслова приняли за своих.

«Что происходит? Что происходит?» — на разные голоса и разными фразами орали на английском люди, манерой общения и видом похожие на ряженых в исторические костюмы среднестатистических американцев, среди которых выделялся один боец с колоритно закрученными пышными усами.

Здравомыслов не успел определиться с ответом — крышу депо снесло, часть бронепоезда накрыло обломками. Крышу и рваное небо над нами заслонила бронированная туша — издалека черные шагоходы не казались такими охренительно огромными. Из динамиков вдруг хлынула рваная английская речь, но разобрать слова оказалось невозможно. На нас уставилось сразу несколько пушек и пулеметов, а я уже активировал оружие на управляющем браслете.

В руках оказался массивный штуцер — тяжелый, килограмм пятнадцать, богато украшенный и судя по конструкции однозарядный. Против огромного шагохода не вариант, но курок взведен, так что я выстрелил — намереваясь сразу после доставать Эгиду, чтобы защититься от пальбы со всех стволов. Но результат выстрела превзошел все ожидания — кабину-будку просто сломало, вминая внутрь, а после корпус шагающей машины полыхнул синим пламенем, полетели по сторонам выбитые люки. Мгновением позже взорвался боекомплект и шагоход рухнул, объятый уже обычным огнем.

Падая, машина завалила дальнюю стену и сквозь языки пламени стало видно надвигающуюся на нас цепь солдат — черные плащи, огнеметы в руках, закрытые лица. Стрелять по ним я не стал — лишнее внимание не нужно, если вся черная орда на меня наведется как на очаг сопротивления, никакой щит Элуны не спасет. Черная цепь пока далеко, так что я обернулся к засыпающей меня вопросами суетящейся локомотивной бригаде. «Джентльмены, ваша страна ждет от своих сынов, что каждый выполнит свой долг», — на английском сказал я, показывая паровозно-кавалерийской команде на локомотив. На удивление прекрасно поняли и побежали туда, куда изначально бежали.

Поблизости послышался скрежет гусениц — мимо депо катились синие самоходы, похожие на сараи. Угловатые, ощерившиеся стволами оружия. Их пушки забухали сразу и громко — как настоящий гром, потому что метали самоходы молнии, превращавшие в яркие вспышки штурмовиков в черной броне. Один из сараев вдруг превратился в груду обломков — над ним прошел черный истребитель хищных очертаний, тут же нарвавшийся на линию синих трассеров и превратившийся в огненный шар.

Я за всем этим наблюдал краем глаза, уже активировав командирский браслет, открывая меню транспортных средств Посланника.

«Призвать» и «Призвать», две опции безо всякого описания.

Темное или белое отражение? — заметалась мысль. У напавших черных солдат дизельпанка в инициативе пока явный перевес перед сине-золотыми воинами стимпанка, но нам ведь нужно в самое сердце парящего города. Кроме того, на Черном урагане сейчас может быть Екатерина, а Скаут на Пандоре должен в гараже стоять меня ждать — прикинув аргументы, быстро сделал я выбор и навел метку цели на свободное пространство рядом.

Воздух вокруг уплотнился, превращаясь в очертание похожего на летающую лодку двухдвигательного турбовинтового самолета, а в меню проявилось описание:

Грузопассажирский курьер «Королевский Стриж»

Многоцелевой самолет-амфибия, созданный на базе летающей лодки Американского Королевского Воздухоплавательного флота. Два турбовинтовых двигателя «Прометей-V» на поворотных пилонах для вертикального взлета и горизонтального полета в маршевом положении питаются за счет бесшумного каталитического котла на эссенции эфира, вооружение — рельсовая энергопушка и четыре пулемета.

«Королевский Стриж» — это крылатый дипломат, способный быстро и безопасно доставить джентльменов в самое сердце бури с королевской точностью.

— Давай-давай! — подтолкнул я в спину Здравомыслова и перепрыгивая через обломки, мы добежали до Стрижа.

Вблизи напоминает модифицированный до состояния боевой машины гидросамолет, я на таких на Мальдивах летал. Крыло с двумя винтовыми двигателями поверху фюзеляжа — пропеллеры сейчас вверх смотрят, широкие колеса, утопленные в поплавковые шасси. Дверца в салон прямо перед нами, открылась едва за ручку дернул. Внутри дорого и богато, все в викторианском стиле — красное дерево, бархатная обивка, золотые вензеля, на пассажирском столике ведерко со льдом и бутылкой шампанского. Проход из салона в кабину не закрыт, и я сразу направился туда.

— Да чтоб тебя! — выругался я, увидев Лизу за штурвалом.

В своем привычном кожаном наряде, красные волосы распущены, щеки румянятся. В ответ на мою реакцию лицо вытянулось, приветливая улыбка исчезла.

— Милорд, я тоже рада вас видеть.

Обиделась и расстроилась. Ну а какую реакцию она ожидала, решив присоединиться ко мне без предупреждения, просто сбежав с Пандоры?