Великий диктатор. Книга пятая (СИ), стр. 76

Король залпом выпил свой бифитер и направился к бару, а я подошёл к карте и увидел россыпь непонятных флажков.

— Ты хотел себе Восточную Пруссию? Ты её получишь. Я тут уже всё прикинул. Правда, не знаю что делать с королевством Галиции и Лодомерии (Königreich Galizien und Lodomerien). Это, вроде бы коронные земли Австрии. — Георг V потыкал пальцем в сторону карты. — Но, с другой стороны, я не хочу оставлять эти земли Карлу.

— Отдайте эти земле евреям.

— Кому? Евреям? Почему? Зачем? — удивился король.

— Тут такое дело, ваше величество. Правительство России пообещало создать еврейскую автономию в двух губерниях бывшего Царства Польского. Но, поскольку вы настаиваете на независимости Польши, то и автономию евреи получить не смогут. Вот я и подумал, что Галиция будет идеальным местом для еврейского государства.

— Слушай, Мэтью, а в этом что-то есть. Интересная идея. Надо будет запомнить. Так о чем ты со мной хотел поговорить? Что-то серьёзное? Помогу чем смогу.

— Ваше величество, я собираюсь вторгнуться в Норвегию…

Глава 28

10 июля 1917 года. Лондон. Букингемский дворец.

— В Норвегию? — вновь удивился Георг. — Норвегия чем тебе не угодила? Или ты хочешь развязать маленькую победоносную войну, пока твой сосед испытывает некоторые трудности?

— У меня сразу несколько целей. Первая и самая важная — взять под контроль железорудные месторождения в Тромсё и Киркенесе. И тем самым прекратить поставки железной руды в Германию и возобновить их в Финляндию и Англию. То есть, сделать слабее нашего общего врага.

— Хм. И где это? Покажи, — король стаканом с джином указал на карту Европы.

— Меня интересует вот эта провинция. Финмарк, — обойдя стол, поставил я свой бокал на север Норвегии на карте. — К тому же, в этой провинции, как можно догадаться из названия, живут финны и родственные нам племена северных народностей. А ситуация там складывается не очень хорошая. Банды из распавшихся норвежских дивизий терроризируют местное население. И оно бежит к нам и просит помощи.

— Норвежские дивизии? В этом, забытом богом месте? Мэтью, что ты несёшь? — неожиданно повысил на меня голос Георг V, но я был готов к подобному повороту событий в разговоре.

— Помимо трёх дивизий там базировался и почти весь норвежский флот. Норвегия готовилась напасть на Финляндию. Это нападение было согласованно с Германией. Вот показания германского генерала Йоханнеса фон Секта, взятого в плен во время вооружённого мятежа в моей столице, — я выудил из внутреннего кармана пухлый конверт и, достав пачку сложенных листов, протянул их английскому королю. — Надеюсь, ваш кузен Николай поведал вам про бои в столице нашего княжества. Ведь он лично посещал Гельсингфорс в это время.

— Да, да, он рассказывал про это, — отмахнулся Георг, начав читать переданные ему бумаги. — Интересно. Очень интересно. Мэнсфилд Камминг мне про это не докладывал.

Пока король читал, я скромно сидел на диванчике и время от времени потягивал джин. Мэнсфилд Смит-Камминг, которого упомянул король, возглавлял Имперскую службу разведки и безопасности, созданную в 1909 году — то, что в моём первом мире знали как «Сикрет интеллидженс сервис» (СИС). Сам я с ним ещё не сталкивался, но с его подчинённым, полковником Верноном Келлом познакомился ещё до войны, когда он пытался заставить меня принимать на службу в авиакомпанию сотрудников «МО-5».

— Герберт Сэмюэл опять жидко обделался, — дочитав бумаги, сделал вывод Георг V. — Такой министр внутренних дел мне точно во время войны ненужен. Пусть лучше финансами занимается. Это у него получается лучше. Он не видит даже того, что творится у него под носом. А вместо этого со своими родственниками создаёт прожекты об организации еврейского государства в Палестине. Ты, Мэтью, в курсе, про кого я говорю? — неожиданно поинтересовался хозяин кабинета у меня.

— Так точно, ваше величество, — подскочил я с диванчика. — Герберт Льюис Сэмюэл. Глава финансового холдинга «Samuel and Montegu» и ваш министр внутренних дел. Кроме этого, он приходиться троюродным братом Эдуарду Ротшильду. Я с господином Ротшильдом, сталкивался на Олимпийских играх в 1908 году. Он, как бронзовый призёр олимпиады 1900 года по поло, был старшим судьёй на соревнованиях по хоккею на траве. А я тогда помогал ему.

— Да-да, помню, — грустно улыбнулся Георг. — И тебя помню, мой мальчик. Моя матушка вручала тебе кубок, как самому молодому участнику игр. Как время-то летит… Ладно, не об этом сейчас. Твоя информация внезапно пересеклась с проблемой взаимоотношения моего королевства и Швеции. У меня на шестнадцать часов запланирована встреча с премьер-министром и первым лордом адмиралтейства. И тебе предстоит присоединиться к нам. Так как один из вопросов, который мы планировали обсуждать, касается Швеции и её торговли с Германией. А твоя акция против Норвегии может стать хорошим уроком для несговорчивого Густава. А если к твоей операции присоединится ещё и «Гранд-Флит», то Густав точно всё поймет.

— Как скажете, ваше величество, — поклонился я.

— И вот что ещё. Этого генерала. Фон Секта, — король вновь заглянул в переданные мной документы. — Тебе придётся передать нам.

……

12 июля 1917 года. Улеаборг — Яали.

Из Лондона мы вернулись в компании с Гербертом Сэмюэлом и полковником Келлом. Первого очень заинтересовала возможность создания еврейского государства в Галиции. А так как часть этой австрийской провинции уже находилась под контролем русских войск, то он загорелся идеей создания автономии на её территории, с администрацией и даже собственной армией. Для этого он и намеревался встретиться с Родзянко и главами Бунда. Вернон Келл летел для того, чтобы допросить взятых нами в плен германских офицеров и привезти в Англию генерала фон Секта.

И почти весь перелёт мне пришлось общаться с полковником, которого очень поразили возможности нашего «Т-Фона». Он быстро понял, что при помощи этого устройства можно дистанционно записывать различные разговоры, и не умолкал ни на минуту, строя планы по применению аппарата для борьбы с германскими агентами. Хорошо хоть Сэмюэл составлял нам компанию всего пять минут, после чего нашёл среди катушек с записями «Вариации на оригинальную тему» Эдуарда Элгара и, надев наушники, предался очарованию музыки.

В Улеаборге наши пути разошлись. Гости пересели на поезд и отправились кто в Гельсингфорс, а кто и в Петроград. Мы же с Татьяной поспешили в Яали, чтобы забрать у родителей Матти-младшего. За год моего отсутствия в родных местах почти ничего не изменилось, за исключением дороги. Если раньше это была щебёночное шоссе, то теперь оно обзавелось отличным асфальтовым покрытием. Так что от столицы губернии до Яали мы домчали минут за двадцать, чтобы обнаружить, что дома кроме моего тонтту и сестры Анью — никого нет.

— Ой, Матти приехал! — воскликнула сестрёнка и полезла обниматься. — А наши все в кинотеатр ушли. Там сегодня фильм про тебя показывают.

— В смысле, про меня? — удивился я и даже проигнорировал спикировавшего на меня Хиири.

— А где наш сын? — следом за мной поинтересовалась и супруга.

— Так мама его с собой взяла. А фильм про тебя. Как ты депутатов спасал. Господин Фростерус снял за три дня, и сейчас это самая популярная синема в княжестве. Вот, почитай, — сунула она мне в руки стопку газет. — Ой, Матти, а ведь если ты теперь князь, то выходит, что и я тоже княжна?

— Нет, сестрёнка. Это так не работает. Ты, как была мещанкой, так ею и осталась, — разочаровал я родственницу. — Новый титул дарован мне личным пожалованием. Вот Татьяна теперь княгиня, а Матти-младший так и остался бароном.

— Ну и ладно, — ничуть не расстроилась Анью. — Пойду, наших предупрежу. А то с них станется в парк пойти гулять. Там сейчас пионерский оркестр по вечерам играет. А вы пока чайку испейте, чайник только закипел.

Как выяснилось из прессы, мой бывший классный наставник Теодор Фростерус приступил к съёмкам фильма «Освободитель» на следующий же день, как вышла статья Акселя Лиллье. И представил своё творение на суд публике аккурат тогда, когда мы были на похоронах принца Эдварда. Судя по отзывам журналистов из разных изданий, картина публике понравилась. И раз по вопросам съёмки и проката фильма со мной не связался Артур Усениус, то, значит, ничего криминального в этом не усмотрел. Надо будет и мне посмотреть фильм про себя.