Наследник Мудрецов. Том 10 (СИ), стр. 6

— Почему сделал вид? Я думал, мы давно его зарыли, — усмехнулся Мирослав.

Да-да. Я тоже усмехнулся. Из-за всех этих событий дело Световых отошло в сторону, но никто не отменял приказа для Бюро осторожно ими заняться. Изучить их связи с эльдарами, что по нынешним временам тянет на серьёзную провинность, мягко говоря. А ведь эту тему можно и раскатать в сторону того, что Световы способствовали проникновению эльдаров во дворец. Почему нет? Ещё одна причина, почему мог прибежать Мирослав. Причём это может быть причиной, даже если они непричастны. Обвинить-то всё равно можно.

— Как скажешь, — легко ответил я. — А дело у меня простое. Нужно опросить всех участников событий.

— И всё? — дёрнул он щекой.

— Нервничаешь? — спросил я любезно.

Мирослав закатил глаза и ничего не сказал. Я же задумался, не разыграл ли эту карту впустую. Опросить-то опрошу, но как выстроить разговор, чтобы правильное воздействие оказать, и что здесь правильным будет?

Не стоило ведь исключать и того, что они реально помогли эльдарам пройти. Или как минимум предоставили информацию.

— С чего бы? — прищурился он. — Просто ожидал от тебя большего.

— Зачем сразу к сладкому переходить? Лучше начнём с малого, — улыбнулся я широко.

В конце концов, почему нет? В смысле, почему бы действительно не начать с малого? С Мирославом я уже не раз пересекался, но пока не задавался целью изучить его реакции, просчитать как человека. Да и контакт развить не помешает. Разборкам со Световыми это никак не препятствует. Скорее наоборот — помогает.

— Итак, — повторил я, доставая я из внутреннего кармана костюма маленький блокнот. — Вмешаться в бой было чьим решением? Твоим личным или ты действовал согласно приказу главы Световых?

— Это был исключительно душевный порыв, — улыбнулся Мирослав.

— Значит, глава твоего клана не хотел встать на защиту государства, дворца и мирных людей?

— А ты так беседу поведёшь, да? — спросил он, показав раздражение.

— Нет, что-то. Это я так, примериваюсь, — обозначил я свои намерения.

Мирослав хмыкнул. Ну что ж, посмотрим, насколько хорошо он в эти игры умеет играть.

Спустя полтора часа, когда уже попрощались, пришёл к выводу, что играть-то умеет, явно хорошо обучен, но не является маньяком в этой теме. У меня же куда более высокие стандарты были. Что не особо упрощало ситуацию, но конкретно сегодня это было не так уж важно.

Оставшуюся часть рабочего дня провёл… за работой. Ну а за чем ещё?

Вернулся в Бюро. Закончил свою часть доклада. Прошёлся по нашим людям. Собрал их доклады. Сделал копии всего этого. Сам внимательно изучил. Обсудил с Кощеем. Дальше выехал во дворец, опрашивать всех причастных. Так и промотался до девяти вечера. После чего не иначе как где-то на небесах за меня словечко было замолвлено, отпустили домой.

Да и то. Не потому, что работа кончилась, а потому, что я начал откровенно тупить. Всё же ранения сказались, и оказанная медицинская помощь не могла убрать последовавшее за этим истощение.

Так что — домой. Показывать родным, что жив-здоров, слушать свежие сплетни, которые гуляли по городу не хуже лесных пожаров, да отсыпаться.

С утра пораньше, перед тем как заступить на службу, наведался к отцу. Настолько рано, что застал того спящим. Надо же, какой хороший сон. Олег Васильевич беззаботно дрых, когда я его разбудил.

— Есть важная тема, — сообщил я ему. — А времени нет.

— Который час? — спросил мужчина.

Он бы наверняка и глаза потёр, но руки-то не слушались, а Властью такое делать чревато. Нет, технически можно, но ощущения не те.

— Ранний, — ответил я. — Сколько минут тебе выделить, чтобы в себя прийти?

— Да ты издеваешься, — проворчал он. — Дай мне десять минут.

— Впритык, — покачал я головой.

Но всё же подождал. А там огорошил отца новой порцией своих тайн.

— Ты… Что? — спросил он.

— Могу отнимать чужие Дары. Вот, недавно ещё сына Смородинского вылечил, от проклятия избавил.

— О-о, — протянул мужчина. — А мне ты это сейчас говоришь… Понятно. И кто тебя спалил?

— Церера Милгард первая. Думаю, герцог… Тьфу ты. Государь наш тоже скоро догадается. Не факт, что конкретно до этого додумается, но ты понял. Что-то он уже знает, о чём-то будет догадываться, что-то… — махнул я рукой и не стал заканчивать мысль.

— Иначе говоря, ты снова обгадился и прибежал ко мне за помощью. Мы прямо настоящие сын и отец.

— Мы и есть настоящие сын и отец, — хмыкнул я.

— Не подозревал, что дети такая морока.

— Очень смешно, — закатил я глаза. — Ты думай давай. Как время выкрою, загляну, обсудим риски.

— Да тебе хана. И мне. И вообще всем причастным.

— Но-но, — погрозил я пальцем. — Не плачь. Ты теперь даже отказаться от меня не сможешь.

— Иди уже, — поморщился мужчина. — Пойду лягу и сделаю вид, что мне это приснилось.

— Как мелочно.

Попрощавшись, я помчал на работу. Отцу можно было слить урезанную версию, но это было бы оскорблением его интеллекта. Раз Церера вычислила, значит, скрывать от отца дальше смысла нет. Наоборот, его выгодно припахать, чтобы поработал сдерживающим фактором для меня. А то я что-то заимел привычку сначала делать, а потом думать.

Только вот не учёл, что события будут развиваться куда быстрее.

В обед меня вызвали во дворец.

Глава 3

Влип, или Когда точно влип

Отказаться от поездки во дворец возможности я не имел. Прибыл, отсидел в приёмной, получил дозволение проследовать в кабинет самого государя.

Теперь это звучит куда круче. Не к герцогу какому-то на разборки пришёл, а к государю. Расту.

Шутки шутками, а я немного нервничал. Вызвать могли по какой угодно причине. Вот совсем по любой. Вилка последствий соответствующей была. От виселицы до награждения. Но последнее почему-то сомнительно.

Наконец, после всех промедлений, я оказался в кабинете.

— Проходи, Сергей, — нейтральным тоном сказал Смородинский. — Садись, разговор непростой выйдет.

Я бы с удовольствием постоял, но и такой возможности у меня не было. Отец рассказывал, что по тому, как встречают, многое сказать можно. Мне сейчас приготовили вполне себе удобный, мягкий стул. На который я и уселся перед рабочим столом Смородинского.

Бить вроде не будут. За стенами я тоже никого постороннего не видел. Никакого тебе отряда зачистки, что обнадёживает.

— Что же с тобой делать? — спросил император.

— Ваше величество? — позволил я себе показать растерянность.

— Ты вроде бы полезный, но проблемный. Вроде бы проблемный, но полезный.

О, как поэтично завернул. Как реагировать-то на это? Что ни скажи — всё обернёт так, как ему надо. Буду молчать, значит.

— Глеб пошёл на поправку. Его силы немного ослабли, но учитывая ситуацию, это не такая уж большая цена, — поделился император.

— Рад слышать, что с вашим наследником всё в порядке. Крепкого здоровья ему, — пожелал я.

Надеюсь, это не прозвучало как издёвка.

— Передам, — кивнул мужчина медленно. — Ты ведь в курсе, что помимо Цереры и её рода — хватает других сильных целителей?

— Не изучал вопрос, но догадываюсь.

— Заверяю тебя, специалистов хватает. Тем более госпожа Церера, при всех её заслугах, в первую очередь является генетиком. Так как же так вышло, что другие специалисты ничего сделать не смогли, а она, прихватив тебя, быстро решила вопрос?

Как и ожидалось.

— Так этот вопрос ей задать, наверное, стоит, — слегка удивился я. — Я в целительских делах мало что понимаю.

— Сергей, ты правда хочешь играть в эти игры? — подался вперёд Смородинский, положив руки на стол и сцепив пальцы в замок. — Может, просто признаешься?

— В чём?

— Какое именно участие принял в лечении моего сына.

— Он же вроде бы выздоровел, — позволил я себе на этот раз недоумение.