Имперский Хранитель. Тетралогия (СИ), стр. 86

– Петров. Наши клиенты – не профессора математики. Я – не профессор математики. Гром – тем более. Давай попробуем проще. На такие‑то работы – столько‑то денег. Пункт первый, пункт второй, итоговая сумма. Все.

– Но это… примитивно!

– Это эффективно. Твоя система – отличный инструмент. Для тебя. Используй ее, чтобы генерировать те самые простые сметы. Ты становишься незаменимым руководителем нашей тыловой службы. Ты – мозг, который считает. Мы – руки, которые работают. И рот, который выставляет счета. Вопросы?

Петров замирает. В его глазах происходит сложная внутренняя борьба. Наконец он медленно кивает.

– Понял. Я подготовлю упрощенные формы. С цветовым кодированием.

– Без цветового кодирования. Черно‑белые. И шрифтом, который можно прочитать без лупы.

Он вздыхает, но делает пометку на планшете.

– Отлично. Теперь к текущей ситуации. Лена, что по следам?

Лена включает свой планшет. На экране фотографии и схемы.

– Нападавшие в форме Лебедевых – профессиональные наемники низкого уровня. Биометрия не совпадает ни с одной известной базой. Оружие – серийное, куплено через подставные фирмы. Классика.

– А те, кто были без опознавательных знаков?

– Профессионалы повыше. Следы ведут в сторону частных военных компаний, но это тупик. Все замыто.

После совещания отправляюсь в учебный корпус. Анна, та, что наша одна из успешных новобранцев, проводит занятие с новичками.

– … Поэтому никогда не подключайте голубой провод к красному, если не хотите, чтобы ваши брови отросли заново через полгода, – говорит она группе из шести стажеров.

– У тебя хорошо получается, – замечаю я, подходя, а про себя отмечаю, что и выглядит она весьма и весьма. – Объясняешь понятнее, чем Петров свои таблицы.

Анна оборачивается, слегка краснея.

– Артем! Мы как раз разбираем основы безопасности при работе с эфирными контурами.

– Для тех, у кого нет магии, это особенно актуально, – киваю я. – Руками все можно испортить, даже если ты не маг. А исправлять потом нам.

– Именно. Эфирные контуры сейчас в каждом втором устройстве Новиковых. Генераторы, фильтры, стабилизаторы – все это работает на одной базе. Если неправильно подключить, можно не только брови спалить, но и полдома разнести.

– Вижу. И наглядно. – Указываю на слегка обугленную стенку учебного макета. – Это и есть последствие соединения голубого с красным?

– Э‑э… нет. Это последствие того, что Марк попробовал сделать это, несмотря на мое предупреждение.

Бывший военный Марк стоит по стойке «смирно», его лицо выражает неподдельное раскаяние.

– Я думал, у меня получится быстрее…

– Следующий раз получится еще быстрее. Прямо до медблока. Продолжайте, Анна. Только попроси Петрова не проводить здесь лекций по экономии на изоляции. После его идей мы рискуем остаться без стен вообще.

Следующая остановка – тир. Гром проводит стрелковую подготовку с новой сменой охраны. Грохот выстрелов оглушает. Один из новичков промахивается по всей мишени. Гром подходит к нему, его массивная тень накрывает стажера.

– Ты куда стрелял?

– В… в мишень…

– Мишень там. Твои пули – в соседнем районе. Дыши. Не дергай. Целься.

Подхожу.

– Проблема?

– Нет. Пока все как обычно. Кто‑то стреляет, кто‑то рисует узоры на стене. Главное, чтобы Петров не подсчитал стоимость покраски. – Он бросает взгляд на стажера. – Три часа дополнительных тренировок. Без права на ошибку.

– И без права на превышение бюджета на патроны. Иначе будем тренироваться с пращей. Экономично и экологично.

Возвращаюсь в кабинет. На столе уже лежит новая папка с документами от Лены. Отчеты по безопасности, обновленные списки контрактов, запросы от клиентов. Среди них – письмо от дома Новиковых. Борис в восторге от кристаллов эфириума и просит о новой встрече. Прилагает предварительный коммерческий запрос. Цифры выглядят привлекательно.

Вечером традиционно собираемся в столовой на ужин. Вера приготовила что‑то мясное и сытное. Запахом специй и свежего хлеба можно уже питаться и напитаться. Сегодня мы тут все: Лена, Гром, Ирина, Петров, Анна, несколько старших инструкторов. Шум голосов, смех.

Петров что‑то горячо объясняет Анне, рисуя схемы прямо на салфетке. Гром методично уничтожает порцию жаркого, но кивает в такт его речи. Ирина сидит чуть в стороне, медленно ест фруктовый салат.

– Прогресс, – говорю я Лене, которая сидит рядом. – Петров учится доносить мысли без многоэтажных формул. Анна вливается в коллектив. Даже Ирина выглядит спокойнее.

Лена кивает.

– Да. Но это затишье. Они снова нанесут удар. Вопрос – когда и где.

Утро встречает запахом свежего кофе и яичницы. В столовой уже шумно – новобранцы завтракают перед утренней тренировкой. Анна сидит с планшетом, что‑то объясняет Марку. Тот кивает, но по лицу видно – не понимает ни черта. Краг осваивает кашу, и, судя по ворчанию Веры про «каменный аппетит», это уже третья порция.

Сажусь за свой стол. Лена подходит с планшетом.

– Новый всплеск. Пять минут назад. Торговый центр «Южный». – Она разворачивает экран. – Сигнатура нестабильная, пульсирует.

– Вызова, как обычно, опять не было?

– Нет. Городские молчат. Но наши люди рядом – двое из новых, закрепляли материал по прошлой лекции.

Встаю. Кофе отставляю.

– Группу. Быстро.

Через десять минут мы в машине. Гром за рулем, рядом Лена с приборами. Сзади я, Ирина и двое новобранцев – Анна и Марк. Краг остался в «Воронке» – его присутствие в торговом центре вызовет панику быстрее, чем любой разлом.

– Что известно? – спрашиваю у Лены.

– Датчики фиксируют искажение на цокольном этаже. Рядом с продуктовым гипермаркетом. – Она смотрит на экран. – Эфирный фон скачет. Сейчас… резкий подъем.

Гром жмет на газ.

Подъезжаем к «Южному», я в очередной раз жалею, что у нас все еще нет мигалок для скоростного проезда светофоров. Прямо как у охотников за привидениями. Хотя чем мы в самом деле отличаемся?

Торговый центр уже оцеплен – местная охрана вывела людей, но МЧС и полиции пока нет. Успели первыми.

Выходим. Вокруг суета – продавцы, охранники, зеваки. Кто‑то кричит, кто‑то снимает на телефон. Подбегает начальник охраны – мужик лет сорока в помятом костюме.

– Вы сто процентов из «Кодекса». Значит, специалисты по… ну, по этому. – Он машет рукой в сторону входа. – Там внизу… разлом. Настоящий. И из него лезет что‑то. Мы троих своих отправили проверить – не вернулись. Связь есть, но они молчат. Дышат тяжело, и больше ничего.

– Давно?

– Минут десять.

– Лена, глушилки готовь. Гром – прикрываешь. Ирина, со мной. – Поворачиваюсь к новобранцам. – Анна, Марк – держитесь за нами. Смотрите, слушайте, но без команды ни шагу. Это не учебная тревога.

Входим в здание.

Внутри тихо. Эскалаторы замерли, свет кое‑где мигает. Спускаемся на минус первый этаж. Там, где должен быть вход в гипермаркет, воздух рвется.

Разлом.

Не такой, как раньше. Края дергаются, пульсируют грязно‑белым светом с красными прожилками. Изнутри доносится звук – низкий, вибрирующий, как работа огромного трансформатора. Перед разломом стоят трое охранников. Они не двигаются. Просто стоят, уставившись в пустоту. Глаза открыты, но взгляд отсутствует.

Включаю «Чтение» для полной картины. А картина ясная: серые нити – нити контроля – тянутся от разлома прямо в сознание людей. Кто‑то или что‑то держит их как на поводке.

– Ирина?

– Они живы. Но их сознание… там. Внутри. Им показывают что‑то. Что‑то, от чего они не хотят возвращаться.

Охранники делают шаг к разлому. Синхронно. Как по команде.

Работаю «Разрывом». Бью по серым нитям, связывающим их с разломом. Нити лопаются с сухим треском, похожим на звук ломающихся пластиковых трубок. Охранники вздрагивают, двое падают на колени, третий хватается за голову и оседает на пол.