Имперский Хранитель. Тетралогия (СИ), стр. 75
Так, ну теперь можно попробовать и мне, в рамках утренней тренировки. Встаю в трех метрах от трещины. «Чтение связей» – наше все: включаю, осматриваюсь. Прочные, золотистые нити, идущие ко мне от Лены, Петрова, Ирины, даже от Крага вот он толстый, грубый канат уважения.
Пробую создать локальный барьер перед трещиной, между ней и нами. Воля отзывается тяжело, будто давит какое‑то ментальное сопротивление извне. Но барьер встает – невидимая, плотная стена в воздухе. Трещина тут же как будто начинает пульсировать чуть ярче, и ее писк будто на секунду меняет тональность. Забавно, но как будто она заметила мои действия. Отпускаю барьер. Жаль, нет пояснительной бригады для моих наблюдений.
– Оставляем под круглосуточным наблюдением, – говорю всем, вытирая пот со лба. – Лена, установи дежурство. Петров, ищи в этих цветах, звуках любые паттерны, закономерности, что угодно. Ирина, пытайся понять, если за этим кто‑то стоит, то кто они и чего они хотят, но не углубляйся – акцентируйся только на поверхностных эхо. Краг… стой рядом. Если из этой щели полезет что‑то, что не должно, – рви на месте.
Краг стучит кулаком в грудь – понял.
Завтракаем здесь же, естественно в столовой, только теперь в десяти метрах от трещины. Вера ставит на стол яичницу с колбасой, кофе. Но еда идет вяло. Все кроме Крага смотрят на угол. Краг методично опустошает свою миску с гречкой и тушенкой, хоть и его желтые глаза не отрываются от мерцающей линии.
– Итак, – начинаю я, отодвигая тарелку. – У нас на повестке встреча с потусторонним разумом, нужно найти место. И пригласить инженеров. Борис Новиков. Он должен быть на этой встрече.
Все смотрят на меня.
– Он? Зачем? – спрашивает Лена. – При чем тут Новиковы?
– При том, что… Они маги воды. А нам нужна сделка. Поток. Сразу застолбить рынок сбыта. Нужна сторона, которая наиболее технологична и которая эти кристаллы будет потреблять. Отдавая взамен то, в чем они сильны: воду, для наших новых друзей. Новиковы – лучший вариант. Они – инженеры‑элементалисты. Они как раз ломают голову над источниками энергии для своих гибридных систем. Если мы сейчас налаживаем канал, глупо не показать потенциальному крупнейшему покупателю товар в действии. И главное – показать поставщикам, что у их товара есть готовый, технологически подкованный рынок сбыта. Вот и будет для всех презентация, не отходя от кассы.
Петров замирает, его лицо озаряется.
– Артем… Это… Да мы же тогда теперь интеграторы! Мы находим поставщика, находим покупателя, обеспечиваем безопасную площадку для первой сделки и берем комиссию за организацию всего процесса!
– Именно. Но для этого Новиковы должны увидеть процесс: как мы принимаем образец, как обеспечиваем его безопасность и так далее. И главное – они должны лично услышать, что поставщики заинтересованы в регулярных поставках сырья для исследований. Лена, свяжись с Борисом.
– Что ему сказать?
– Скажи правду. Часть правды. Что у нас есть эксклюзивный доступ к новому типу сырья неземного происхождения. Что намечается первая передача образца, и мы проводим открытые полевые испытания. И что, если его инженеры хотят первыми в империи получить данные о принципиально новом источнике магически активных материалов, пусть будут на месте.
– Он спросит, почему мы зовем именно его.
– Потому что его цех уже пострадал от… другой фракции. Он уже более в теме, чем любой другой дом.
Лена уходит на связь. Через пятнадцать минут возвращается.
– Он согласился. Будет на месте с двумя своими ведущими инженерами. И со своей охраной.
– Отлично. Значит, ищем площадку. За работу!
Возвращаюсь в кабинет. Звоню теперь лично сам Борису Новикову. Он берет трубку после второго гудка.
– Серпов? Лена уже все рассказала. Вы либо гений, либо идиот. Какой процент?
Меня такой тон даже слегка радует. Прямота – хороший знак.
– Процентов пока нет. Сначала – сделка.
На фоне слышен шепот Петрова, который, оказывается, зашел в кабинет и теперь суфлирует:
– Восемнадцать! Не меньше восемнадцати!
Я зажимаю трубку рукой:
– Алексей, я тебя убью. Выйди.
Он выходит, но дверь остается приоткрытой, и оттуда торчит его ухо.
– Итак, Борис, – продолжаю я. – Мы обсуждаем не проценты, а возможность. Если сделка состоится, «Кодекс» получит эксклюзивное право на посредничество. Стандартные восемнадцать процентов.
Из‑за двери доносится сдавленный радостный писк.
– Что там у вас? – подозрительно спрашивает Борис.
– Крыса завелась, – отвечаю я. – Скоро выведем. Итак. Есть покупатель. У него проблемы с водой. Там у них… немирное время, уничтожена большая часть гидротехники, восстановить не могут. Он готов платить за пресную воду. Эфирными кристаллами.
Новиков молчит дольше обычного. Слышно, как он закуривает, – щелчок зажигалки, долгий выдох.
– И вы хотите, чтобы я выступил поставщиком воды? Я – Новиков, маг воды, а не водоканал.
– Я хочу, чтобы вы выступили лицом, которое эти кристаллы получит. Эксклюзивно. В обмен на демонстрацию ваших технологий и, если договоримся, регулярные поставки воды. Вам это нужно для ваших гибридных установок. Сейчас вы его покупаете у перекупщиков по бешеным ценам или добываете хрен знамо где. А тут – прямой канал, бесплатный образец для начала и фиксированная цена на будущее. Цена – вода.
Долгая пауза.
– Сколько воды?
– Пока не знаю. Начнем с малого. Первая встреча – демонстрация. Вы показываете, как работаете с водной стихией, как очищаете, как направляете потоки. Они смотрят, записывают, восторгаются. В благодарность оставляют партию кристаллов. Бесплатно. Дальше – переговоры о регулярных поставках.
– Им нужны мои технологии?
– Им нужно видеть, как работает маг воды. Они поучатся может. Вы ничего не теряете – секретов мастерства никто не отменял, показательное выступление без раскрытия ноу‑хау. А взамен получаете доступ к ресурсу, который через год будет стоить бешеных денег – если мы не застолбим его сейчас.
Новиков выдыхает дым. Слышно, как он барабанит пальцами по столу.
– И ваша доля?
– Как я уже сказал, моя – восемнадцать процентов от стоимости реализованной продукции, произведенной из этих кристаллов. Вашей продукции. И девять процентов с каждой последующей партии сырья, которую вы будете получать по этому каналу.
– Восемнадцать – грабеж. Пятнадцать. И семь.
– Восемнадцать и девять. Потому что без меня вы об этом канале даже не узнаете. И потому что я беру на себя все риски – безопасность, переговоры, юридическое прикрытие, работу с порталами. Ваше дело – блеснуть мастерством и забрать кристаллы.
Снова пауза. Потом короткий смешок.
– Черт вас побери, Серпов. Ладно. Когда и куда приезжать?
– Послезавтра. Место сброшу. Оборудование – свое, лучшее. И без охраны не приезжайте – мало ли что.
– Договорились.
– И, Борис. Это не разовая акция. Если все пойдет как надо, у вас будет эксклюзивный контракт с межмировым поставщиком. Ни у кого в империи такого нет.
– … Я понял. До связи.
Вешаю трубку.
Восемнадцать процентов с каждой батареи, собранной из этих кристаллов. И девять с каждой тонны сырья. Через год это будут миллионы. Через три – монополия на энергоносители нового поколения.
А все, что нужно, – чтобы Новиков включил насос и пустил фонтан.
Вешаю трубку. Что ж. Если все пройдет гладко, «Кодекс» получит не только данные от скитальцев, но и эксклюзивный контракт с Новиковыми на посредничество в закупках принципиально нового ресурса. А это уже выход на новый уровень. О таком контракте узнают все великие дома. И тогда уже они будут звонить нам.
Утром Вера накрывает завтрак, как всегда, на всех, но еда почти нетронута. Петров нервно перебирает свои планшеты, – у него их уже сколько там, пять или шесть, зачем столько, – сидит, раскладывая их веером по столу. Ирина пьет чай маленькими глотками, ее лицо сосредоточено. Краг сидит на полу, тоже не ест – смотрит на трещину в углу. Та пульсирует все двойным ритмом: высокий писк – низкий гул. Словно проверяет, здесь ли мы еще.