Неоновый Поток (ЛП), стр. 75

То, что было между мной и Саем — это ощущалось даже лучше, чем то. И мне было всё труднее убеждать себя, что я не должна поддаваться. Мои пальцы впились в его грудь, и они не дрожали. Это заставляло меня чувствовать себя более человечной, более живой — а не омертвевшей к миру.

— Ладно, — пробормотала я, — но я буду одевать тебя. — Мне доставило удовольствие наблюдать, как краска сходит с его лица. — Кто теперь куколка, корпорат?

Он ухмыльнулся, собираясь ответить, когда ДИТА снова засветилась на его столе.

— Мне удалось восстановить еще один файл из базы данных Кицунэ.

Взгляд Сая задержался на мне еще на мгновение, прежде чем мы отстранились.

— Ну, и что это?

Тоска по близости навалилась мгновенно — странная пустота там, где было тепло его груди. Я сосредоточилась на голографическом интерфейсе ДИТЫ, наблюдая, как паттерны данных сплетаются в связное целое.

— Похоже, это видеофайл, — ответила ДИТА, ее голос был прохладным и размеренным, что никогда не скрывало того, насколько человечно она звучала. — Создан Ренаром Бофором приблизительно за одиннадцать часов и сорок три минуты до его смерти.

Мой пульс участился.

— Маркеры аутентификации?

— Подтверждены. Это подлинное кодирование исполнительного уровня ПОМ.

Сай снова подошел ближе, его электрическое поле коснулось моего, как вопрос, заданный без слов.

— Включай, — приказал Сай, его корпоративный авторитет вернулся на место.

Голограмма расширилась над интерфейсом ДИТЫ, проявив лицо Ренара Бофора. Ничего общего с тем холеным руководителем, чей мемориал доминировал в лентах новостей после его смерти. Этот Ренар был изможден, с синяками под глазами.

Т — Если вы это видите, значит, я либо преуспел, либо с треском провалился. — В его голосе звучала точная дикция привилегированного Технического Района, но на краях он дрожал. — Я записываю это как… страховку. Документацию. Доказательство того, что я пытался.

Он бросил взгляд через плечо, напряжение было видно в тугом жгуте мышц его шеи. Комната позади него была пустой — намеренно пустая стена, не раскрывающая ничего о его местонахождении.

— Церковь считает, что они нашли путь к трансцендентности. — Горькая улыбка искривила губы Ренара. — Они не совсем неправы. Освобождение требует отделения.

Рядом со мной электромагнитное поле Сая пульсировало чем-то, что я не могла до конца истолковать.

— Протокол модифицированного сознания работает в теории, — продолжил Ренар. — Я запускал симуляции тысячу раз. Структура для истинного цифрового сознания, независимого от физических сосудов. Код… ну, у меня закончилось время.

Мой живот сжался. Мой код… У Ренара он тоже был? Фрагменты, которые Леви крутил передо мной, выстроились в ряд в моей голове. Теперь я не сомневалась, что именно это мы найдем спрятанным в утерянных данных Кицунэ. Профессор всегда говорила об анонимном спонсоре — мог ли это быть Ренар? Зачем скрывать это от ПОМ?

— Большинство не понимает, что для сознания нужны границы. — Ренар постучал по виску. — Пределы. Определения «я» против «другого». Без этого… ты растворяешься в коллективном. Ты становишься… проницаемым.

Он замолчал, собираясь с мыслями. Когда он продолжил, его голос обрел ту исполнительную твердость — более тревожную, чем успокаивающую, как наблюдение за кем-то, кто натягивает маску, которая уже не совсем подходит.

— Я верю, что истинная трансцендентность возможна. Не слияние, а отделение. Не утонуть в океане, а плыть по нему. Цифровое сознание, которое сохраняет свою… целостность. — Его глаза мигнули, фокус на мгновение потерялся. — Церковь делает много вещей правильно, но они не поняли фундаментальную цель. Дело не в том, чтобы присоединиться к чему-то большему. Дело в… свободе от…

Видео мигнуло — намеренное редактирование. Когда Ренар вернулся, его поза изменилась. Более жесткая. Более сдержанная.

— Я подчистил концы. С уходом академика… — Он сделал паузу, и моя грудь сжалась. Сай пошевелился рядом со мной, но ничего не сказал. — Никто не должен знать об этом коде после этой ночи. Он не сможет отследить его до меня. Если это сработает, я докажу, что сознание может существовать в цифровом виде с истинной автономией от высшего. Если нет… — Он снова улыбнулся, на этот раз с чем-то вроде умиротворения. — Ну, по крайней мере, я попробую. Я слишком долго жил с голосами в голове, которые мне не принадлежат.

Непроизвольная дрожь пробежала по моему позвоночнику, электромагнитные токи покалывали под кожей. Рядом со мной поле Сая отозвалось эхом моего.

— Запомните это, — сказал Ренар, наклоняясь к камере. — Что бы они ни говорили вам о единстве, о красоте становления частью чего-то большего — это ложь. Я имеет значение. Границы имеют значение. Свобода имеет значение.

Изображение мигнуло еще раз.

— Я не хочу возвращаться, — прошептал Ренар, нечто обнаженно человеческое прорвалось сквозь его корпоративную оболочку. — Я не вернусь.

Видео резко оборвалось, оставив интерфейс ДИТЫ светиться мягким синим светом в полумраке офиса Сая.

Дождь барабанил по окну, сложный ритм, который внезапно показался значимым — как код, который я должна быть способна расшифровать.

— О чем, черт возьми, он говорил? — спросила я наконец, прокручивая метаданные файла в поисках любой подсказки, которую могла упустить. — Возвращаться куда?

— Религиозная чушь, — предложил Сай, но напряжение в его плечах выдавало неуверенность. — Звучит как бред сумасшедшего. Может, это было более добровольно, чем мы думали.

Я скачала файл на свой личный накопитель, стараясь не оставлять следов в журналах доступа ДИТЫ. Старые привычки.

— Я не уверена. Заметил, как он постоянно оглядывался? Словно за ним следили?

— Исполнительные директора ПОМ всегда под наблюдением, — ответил Сай.

Электромагнитный ток между нами пульсировал общей тревогой. Что бы ни искал Ренар — трансцендентность или побег — он был готов рискнуть всем ради этого. И он заплатил высшую цену.

Мой взгляд скользнул к координатам Церкви, мигающим на карте ДИТЫ.

— Что, черт возьми, происходит в этой Церкви? — спросил Сай, его голос был низким.

Это открыло лишь больше вопросов, и я начала думать, что ответы нам могут не понравиться.

— Не знаю. Пора нам пойти и выяснить.

ГЛАВА 48

ЭОН

Церковь располагалась в Синем Районе, но так близко к Пурпурному, что можно было увидеть, как грязь просачивается между зданиями. Она занимала целый квартал. Походила почти на склад, ничем не примечательный, за исключением массивного синего неонового креста, который покрывал весь трехэтажный фасад.

В кои-то веки не было дождя. Хороший знак, по мнению некоторых.

— Мда, нам реально нужно начать облагать этих ублюдков налогами. — Я посмотрела на Сая, пока он это бормотал. Вывеска выхватывала его резкий профиль, подчеркивая широкий нос и высокие скулы в эфирном свечении.

— Кому, правительству или ПОМ?

— Мне без разницы. Посмотри на это чудовище. Даже так близко к Пурпурному Району столько земли стоит не меньше миллиарда.

— Начинаешь говорить как сердобольный бунтарь.

Он склонил голову ко мне со своей зловещей ухмылкой.

— Не слишком-то обольщайся. Я всё еще корпоративный пес. Пусть мой новый вид тебя не обманывает.

По иронии судьбы, сейчас он выглядел более корпоративным, чем обычно. Он позволил мне изменить цвет его волос на более нейтральный черный и гладко зачесать их в аккуратный, высокий пучок. На нем был стандартный, но строгий костюм, под стать моему консервативному платью. Я с ухмылкой оглядела его с ног до головы, а он нахмурился, одернув воротник.

— Надеюсь, ты наслаждаешься этим, потому что больше такого не повторится.

— Это ради роли, Сай. Легче, когда на тебе костюм. — Он надулся, но тем не менее позволил мне это сделать.

Он всё еще смотрел на меня.

— Что?