Дед в режиме охотника (СИ), стр. 29

— Ладно, бывает, — проронил я, вдыхая пыльный воздух, стелящийся над полом. — Забыли. Теперь у нас одна задача — найти кота, пока переполошившиеся стражи не отыскали нашу сладкую парочку, которая великолепно будет смотреться на их пиках.

Глава 15

Быстрые шаги за дверью, скрип ножен и бряцание металла раздавались чуть ли не в унисон с коротким, прерывистым дыханием Владлены, замершей возле шкафа с открытой дверцей, покрытой сеткой трещин.

Почти такие же трещины украшали булыжники пола. Они холодили мою щеку, ведь я чуть ли не распластался возле кровати, дабы заглянуть под неё.

— Он там? — с надеждой прошептала магичка, прижав руки к груди.

— Только паутина, оплавленная свеча и дохлая, мумифицированная мышь, — просипел я и встал на колени, отряхивая с груди пыль. — Черныш, твою мать, где ты?

— Мяу, — прозвучал мявк со стороны подоконника.

Я резко поднял голову и с радостью увидел кота, выглядывающего из оконного проёма.

Черныш стоял на карнизе, идущем снаружи замка вдоль окон, смотрящих на чудовищную пропасть, где клубился мрак.

— Черныш, дружище, иди сюда, мне очень нужна твоя помощь, — засюсюкал я, медленно вставая с колен.

Эх, лишь бы не спугнуть его.

— Чё… — раскрыла рот Владлена и тут же со стуком зубов захлопнула его, обрезавшись об мой острый взгляд, молча орущий ей, чтобы она прикинулась ветошью, а то опять что-нибудь учудит.

— Мяу, — мякнул кот и полностью забрался на подоконник.

— Вот умничка, а теперь перенеси нас обоих в наш мир. Куда угодно, только побыстрее, — мягко улыбнулся я, мысленно дублируя свои слова.

Черныш уселся на самом краю подоконника, подёргивая хвостом. Его недобрый взгляд остановился на Владлене. А та медленно пошла ко мне, изображая светлую, дружелюбную улыбку. Она ей категорически не шла, как белое подвенечное платье Сатане.

— Владлена, лучше не смотри на него, — прошептал я ей краешком рта.

Та поспешно перевела взгляд на полки, где пылились потрёпанные книги. Три из них выделялись потрескавшимися кожаными переплётами и золотистыми буквами, складывающимися в название «Генеалогия высших демонов». Три части.

— Черныш, давай, пора, — проговорил я, взяв Велимировну за слегка подрагивающую ладонь.

Женщина резко обернулась, тревожно глянув на дёрнувшуюся дверь. Её попытались открыть со стороны коридора, но небольшой засов не дал этого сделать.

Неизвестный снова дёрнул дверь, да так, что она захрустела.

— Черныш, — подпустил я в голос металла, нахмурившись.

Тот зевнул во всю розовую пасть и без всякой спешки лениво спрыгнул на пол. Прошёл мимо нас с Владленой и уставился на дверь, громко треснувшую от удара то ли плечом, то ли настойчивой башкой.

— Если выживем, я сошью из него шапку, — еле слышно прошипела Велимировна, крепко стиснув мои пальцы. Они аж хрустнули.

Кот дёрнул ушами и повернул к нам морду.

Магичка тут же расплылась в улыбке, едва не сделав реверанс.

Черныш же прищурился и внезапно резко ломанулся к нам. По чёрной шерсти пробежали голубые искорки, а горящие огнём преисподней глаза стали быстро темнеть, словно изнутри их заполнял мрак.

Ну, либо перенос, либо мы его окончательно разозлили.

В любом случае я схватил с полки все три тома генеалогии и уставился кота. А тот проскочил мимо нас с Владленой, задев боками обоих.

В тот же миг тьма обрушилась на нас, смыв и кособокий шкаф, и комнату, и летящую на нас дверь, с хрустом выбитую «порывом бури».

Благо переход между мирами, как обычно, не занял много времени. Миг — и мы уже в другом месте.

Увидев его, я сокрушённо ахнул, прижимая одной рукой к груди книги, а другой держа ладонь Владлены:

— Из огня да в полымя. Из одного ужасного места в другое!

— Зверев, это моя спальня.

— Вот именно, — иронично обвёл я взглядом укрытую сумраком комнату с бордовыми обоями, парой резных шкафов из красного дерева и туалетным столиком с большим зеркалом. Перед ним среди флаконов с тяжёлыми крышками лежали кожаные перчатки и небольшой перочинный ножик. А у кровати с балдахином и резным изголовьем стояла грязная тарелка с засохшими остатками шоколадного торта.

Тарелка мелко звенела каждый раз, как за мутным от дождя окном грохотал гром. Его сопровождали зигзаги молний, сверкающие над ночной Северной Пальмирой. Пахло озоном.

— Опять твои шуточки, Игнатий! — фыркнула Владлена и вырвала ладонь из моих пальцев. — Больше никогда, слышишь, никогда не позволяй своему коту приближаться ко мне!

— Тише, — прижал я палец к губам. — Вдруг он где-то здесь прячется?

Магичка тут же замолчала и пугливо огляделась, а затем внезапно топнула ногой, словно рассердилась на себя за миг слабости, и выпалила:

— Где твоя душа, Зверев⁈

— По бабам пошла, — мрачно выдал я, положив книги на парчовое кресло с изогнутыми ножками. Они попирали пушистый ковёр, приятно ласкающий босые ноги.

— Не пытайся отшутиться. Вопрос серьёзный!

— Сперва возьми себя в руки. Хватит уже орать и брызгать слюной.

Красотка бросила на меня сердитый взгляд, пыхтя, как паровоз, а затем порывисто отвернулась к окну и провела ладонью по лбу, покрытому мелкими бисеринками пота. Сделала несколько глубоких вдохов, сложив пальцы щепоткой и разведя руки в стороны.

Декан постояла так пару секунд, что-то мыча под нос, после чего мощно выдохнула и через голову с наслаждением стянула опостылевшее драное грязное платье, пропахшее потом и кровью.

Оно полетело к входной двери, оставив Владлену лишь в красных кружевных трусиках, чуть-чуть порвавшихся на боку.

— Даже не смей сравнивать нас, — буркнула обернувшаяся магичка, наставив на меня палец.

Обнажённая грудь покачнулась, а соски угрожающе уставились на меня, мол, одно лишнее слово — и тебе конец.

— А что тут сравнивать? — пожал я плечами. — Ты во всём превосходишь Лару: и фигурой, и красотой лица, и злобностью…

— Лара, значит, эту суку зовут Лара, — медленно протянула она, будто пробовала имя на вкус.

В её глазах загорелся мстительный огонёк, который быстро исчез, уступив место обеспокоенности, смешанной с толикой страха.

Голос же её прозвучал спокойно, даже мягко:

— Где твоя душа, Зверев? И не надо шутить. Будь со мной честен. Прошу тебя.

Я открыл рот, готовый выпустить очередную остроту. Тема-то была благодатной. Но закрыл его, поморщился и уселся в свободное кресло, наблюдая за тем, как Владлена надевает халат, извлечённый из шкафа.

— Помнишь те годы, когда я был не в себе? — тяжело начал я, уперев локти в колени и положив подбородок на кулаки. — Вот именно из-за потери души мне и довелось стать таким.

— И как ты её потерял? — уточнила женщина, усевшись напротив меня в другое кресло.

— В Лабиринте набрёл на храм. Там стояло изваяние какого-то хтонического монстра. Один взгляд в его глаза — и всё, тьма. Долгая тьма. Ровно до того момента, как меня едва не похоронили заживо.

— Будь на твоём месте кто-то другой, я бы ни за что не поверила. Однако после того, что мне довелось увидеть, я… я верю тебе, — заявила Владлена, медленно кивнув.

Ну и зря. Правда звучала совсем иначе. Чую, моя душа находится в «Вампире», как смерть Кощея Бессмертного в игле. И вот если с артефактом что-то случится, то меня наверняка ждёт погибель. Однако я тешу себя надеждой, что смогу как-то извлечь из кинжала душу и вернуть её на место.

Пока же я печально дёрнул губами и сказал, откинувшись на спинку кресла:

— Благодарю.

— Но почему же ты не умираешь из-за потери души? Всё дело в том, что ты обладаешь невероятной регенерацией? Такой, что даже может победить смерть? — задумчиво наклонила голову Владлена, проведя большим пальцем по нижней губе.

— Скорее всего, — уже честно сказал я, придя к этому же выводу.

— А как ты себя чувствуешь без души-то?

— Превосходно. Мои моральные ценности не изменились, как ты сама видела. Ту пьянчужку из приёмной лазарета я пощадил. И со стороны кажется, что именно у тебя нет души.