Дед в режиме охотника (СИ), стр. 28
Время-то поджимало, а мне ещё надо угнать какой-нибудь летательный аппарат и добраться до входа в Лабиринт.
— Договор! — жарко проронила демоница и обернулась ко мне, протянув узкую ладонь, подрагивающую от гнева, распирающего её грудь.
Нет, Лара не играла. Она и вправду ненавидела папашку. Чудесно, клянусь своим баронским замком!
Однако я всё же не расслаблялся и с некой опаской сжал её горячую ладонью.
— Ох-х! — в ужасе ахнула демоница, округлив глаза.
Зрачки расширились, а губы приняли форму буквы «О». Она отшатнулась от меня как от прокажённого, вырвав ладонь. Прижалась задницей к подоконнику и мелко задрожала, выставив перед собой ладони, будто ожидала удара.
— Кто… кто ты такой? — пролепетала Лара, быстро-быстро моргая.
— А что тебя смутило? — хрипло спросил я, подавшись к ней.
Под ложечкой неприятно засосало, а во рту всё пересохло в ожидании неприятного известия.
— Кто ты? Ты не демон, хоть и владеешь «Вампиром», — пробормотала она, снизу вверх испуганно глядя на меня. — Что ты за существо?
— Да что со мной не так⁈ Ты можешь сказать⁈ — выпалил я, схватив её за плечи и притянув к себе.
Полная грудь расплющилась об мой торс, украшенный хлопьями высохшей крови.
— У тебя нет души. Совсем… Ты пустой. Лишь мыслящая оболочка! — горячо выдохнула она мне в подбородок.
Холодные когти сжали моё сердце, а в висках набатом загрохотал пульс.
Как это нет души⁈ Этого не может быть! Ни одно живое существо не способно обойтись без души! Оно просто умирает без неё. Если только… оно не бессмертно.
Страшная догадка пронзила меня с ног до головы, как разряд молнии.
Я отпустил демоницу и сделал два шага назад, изобразив кривую, жёсткую усмешку, чтобы сгладить впечатление от своей вспышки. Лара должна бояться меня.
— А-а-а, ты об этом мелочи, — протянул я, скаля зубы. — Разве этот пустяк что-то меняет?
Магичка облизала пересохшие губы и отчеканила, беря себя в руки:
— Нет. Мне плевать кто ты: демон, человек или проклятый дух из самых чёрных глубин Лабиринта. Мы заключили сделку. И оба выполним её условия. Так ведь?
Она вцепилась в меня требовательным взглядом, черпая смелость в жажде убить отца.
— Так, — кивнул я, пытаясь унять скачущее галопом сердце. Ему будто стало тесно в клетке из рёбер и бренной плоти.
Владлене, видимо, тоже стало тесно, а может, что-то другое заставило её распахнуть дверцы шкафа. К примеру, слова о том, что у меня нет души. По крайней мере, когда она выскочила из шкафа, то потрясённо посмотрела на меня, слегка разомкнув губы.
Казалось, магичка даже не дышала, пока её рука нервно тискала ткань мешковатого платья. Оно заставило Лару презрительно скривиться и поправить густые волосы, едва не заискрившиеся от напряжения, возникшего в палате. Ещё бы, встретились две альфа-самки, мигом скрестившие взгляды. На самой грани слышимости раздался стальной звон. И все сразу забыли, что у меня нет души.
Женщины молча изучали друг друга, скользя придирчивыми взглядами по восхитительным телам, выискивая недостатки и несовершенства.
Взор Лары остановился на измазанном кровью и грязью лице Владлены. Та надменно подняла подбородок, королевским движением расправив плечи. Демоница же приняла вызывающую позу, выпятив грудь и втянув и так плоский живот.
А я тихонько ахнул, когда из шкафа со скучающей усатой мордой вышел Черныш! Мать его за ногу и об пол!
Он прошёл по ковру мимо Владлены, задев её ногу задранным трубой пушистым хвостом, а потом запрыгнул на кровать, уселся на задницу и без всякого стеснения принялся вылизывать яйца, не обращая внимания на удивлённый взгляд Лары.
Та вдруг ухмыльнулась и насмешливо проговорила, посмотрев на меня:
— И вправду чудовище, как ты и говорил, а вот кот красивый.
— Ах ты сука толстожопая! — прошипела Владлена, стиснув пальцы в кулаки.
Клянусь, казалось, что её ногти сейчас трансформируются в когти, пронзая ладони. Глаза же полыхнули так, что даже Черныш испуганно дёрнул ушами и впился в магичку подозрительным взглядом, бросив заниматься важным делом.
Черныш не был дураком, потому он резво метнулся к приоткрытой двери и выскользнул в щель, оставив пару шерстинок на косяке.
— За ним! — выпалил я, схватил пыхтящую Владлену за талию и потащил за собой.
— Пусти! Я покажу этой корове, кто здесь чудовище! — прошипела магичка, брызжа слюной.
— Не до того сейчас!
— Убью! — взвыла она и укусила меня за плечо.
— М-м-м, — простонал я и, кривя физиономию, бросил довольно скалящейся Ларе: — Помни о нашей сделке.
Та кивнула, элегантным движением поправив волосы, спадающие на грудь.
А когда я вытащил брыкающуюся Владлену за дверь, демоница ядовито расхохоталась. У Велимировны чуть капилляры в глазах не полопались от бешенства.
— Предатель! — выплюнула она мне в лицо. — Почему ты не дал мне вскрыть её дряблое пузо?
Справедливости ради стоило заметить, что живот Лары совсем не был дряблым, но вслух я ничего не сказал. Не самоубийца же.
— Потом вскроешь ей брюхо, — раздражённо отмахнулся я, заметив, как мелькнул чёрный хвост, скрывшись за дверью соседней палаты.
— Клянёшься⁈
— Ну, если будет такая возможность, — уклончиво ответил я, миролюбиво улыбнувшись.
— Ф-ф, — презрительно фыркнула рассерженная Владлена, но брыкаться перестала.
Всё-таки холодный разум и расчёт взяли верх над чувствами, взыгравшими точно вулкан. Да, давненько она не сталкивалась с такими дамами. В столице все её боялись как чумы. А тут — на тебе. Вот у неё крышу и сорвало. Хорошо хоть магией не воспользовалась. Удивительно даже.
— Где этот грёбаный кот? — прорычала Владлена, тяжело дыша. — Это из-за него шкаф скрипнул. Стою, никому зла не делаю, подслушиваю, а тут вдруг что-то шерстяное касается моей ноги.
— Да, повезло, что ты не выскочила из шкафа с диким визгом «мышь», — ухмыльнулся я и быстро подошёл к двери, за которой скрылся кот.
В этот же миг начала открывать другая дверь, та, что вела в коридор из приёмной. Крики Владлены разбудили девицу, спавшуюся на стуле. А может, и стражники уже мчатся сюда с копьями наперевес. Надо поторапливаться.
Цапнув магичку за влажную ладонь, затащил её в палату и плавно прикрыл дверь, прижавшись к ней спиной.
Мой острый взгляд пробежался по узкой, как пенал безлюдной комнатушке, похожей на келью. Из единственного окна струился алый свет, падая на грубо сколоченную кровать с матрацем, вытертый половик и полки с потрёпанными книгами.
— Ну и где кот? — прошептала Владлена, раздувая крылья носа. — Где этот треклятый агент хаоса, превращающий всё в бурю?
— Ты его напугала своими воплями. Он подумал, что из тебя бесы рвутся.
— А из тебя душа куда-то вырвалась, — огрызнулась она, полоснув меня странным взглядом. Даже отстранилась, будто вспомнила, что я уголовник, насильник и душитель, а ещё переносчик неизлечимой болезни.
Её слова снова вызвали у меня озноб. Но я чудовищным усилием воли прогнал его, отогнав все мысли о пропавшей душе. Не до этого сейчас! Надо поскорее выбираться из этого мира!
— Черныш, кис-кис-кис, — принялся сюсюкать я, заглянув в скособоченный шкаф.
В нём висел лишь серый толстый халат с наполовину оторванным карманом, свисающим как высунутый язык.
— Черныш, прости, что напугала, — присоединилась ко мне магичка, тревожно прислушиваясь к многочисленным тяжёлым шагам, оглашающим коридор. — Стражники объявились.
— Да ты что? — язвительно скривился я и встал на колени, чтобы заглянуть под кровать. — Точно не твои фанаты прибежали, дабы расцеловать тебя в зад за невероятное выступление в палате демоницы? Такие вопли, просто закачаешься! Причём на ровном месте. На кой хрен ты стала так вопить? Нельзя было проигнорировать эту стерву?
— Нельзя, — буркнула она, отвела взгляд и добавила, словно оправдываясь: — Она взбесила меня. Мало того что сиськами перед тобой трясла, так ещё и оскорбила меня. Да и вообще… не забывай, что я страстная женщина, а значит, эмоциональность у меня в крови. К тому же я не напрашивалась в этот мир, а попала сюда нежданно-негаданно прямо со светского приёма. В чужом вонючем платье бегала по мрачному замку, сражалась, чуть не умерла… Поэтому совсем неудивительно, что я немного вспылила. Прорвало, так сказать, плотину.