Вечные Пески. Том 8 (СИ), стр. 52

— Ишер, — ответил я. — Воевода. Со мной регой Ситранис из семьи Транаис и хан Тадар из саламанов. Мы сборный отряд наёмников.

Драшт оценивающе приподнял бровь:

— Это твои всадники только что снесли гухулов?

— Они самые, — кивнул я с достоинством.

— Неплохо! — скупо похвалил Имин. — Мы думали, придётся пехотой давить.

Прямо там, на месте, мы и обменялись новостями. Как оказалось, три тысячи были авангардом объединённого войска Приречья и Междуречья. Все основные силы одновременно отступали из Ферунда, Туармита и Эпара.

О том, что демоны ворвались в Пустой город, никто не знал. И приказ у войск был довольно чёткий: держать стены города. Как люди военные, тысячники не могли нарушить приказ, поэтому собрались Пустой город зачищать.

Ситранис и Тадар переглянулись, однако спорить не стали. Мы согласились помочь. Тысячники с заметным облегчением выдохнули. Даже если подкрепления будут приходить регулярно, Пустой город надо было очистить до темноты. И мои люди могли сильно в этом помочь.

Я лично не очень хотел оставаться и отражать штурм. Но пока всё шло к тому, что придётся. Иначе, как я подозревал, нас не пустят в Междуречье. Даже по выданным Иритисом пропускам.

Зачистку начали, не откладывая в долгий ящик. Войска, разбившись на сотни, вошли в город через проломы в стенах. Штаб назначили прямо на верхней площадке ворот. От них как раз начиналась широкая мощёная улица, рассекавшая город до самого моста. Идеальное место для координации.

Я, Ситранис, Тадар и три тысячника встали там, принимая доклады от связных и регулируя через посыльных действия отрядов.

Бой в городе шёл тяжело. Демоны прятались в подвалах, на верхних этажах гостиниц и складов. Выкуривать их оттуда приходилось, расплачиваясь кровью солдат. Каждую сотню шагов люди вырывали с боем.

Зато человеческие силы постоянно прибывали. К Пустому городу подтягивались всё новые тысячи объединённого войска. Пехота, верховые, обозы с припасами. Оставляя за воротами телеги, они вливались внутрь и сразу, не мешкая с дороги, шли в бой. Свежие бойцы сменяли уставших, и зачистка ускорялась. Центральная магистраль чаша за чашей переходила под контроль людей. И вскоре дома вдоль неё были очищены, а трупы демонов и бойцов стянуты в кучи для сожжения.

Ну а у нас в штабе только прибавлялось командиров. С каждой тысячей в город приходил очередной тысячник, и каждый из них старался затесаться в штаб. Причём ладно бы один, так нет. Каждый второй приходил вместе с амбициями и ценным мнением. В результате, количество бардака росло прямо на глазах. В какой-то момент меня, Ситраниса и Тадара и вовсе оттеснили в сторону. Не буквально, конечно, зато довольно прозрачно.

Перестали замечать, перестали слышать. Даже смотрели, кажется, куда-то сквозь нас. Я, конечно, и сам не стремился с головой лезть в эту историю. И всё же такое отношение неприятно меня укололо. Вначале-то с нами, как со своими, разговаривали.

Ближе к полудню из крепости на острове прибыл Иритис. Он появился на мосту в сопровождении отряда воинов в полном вооружении и длинной колонны рабов. Центральная улица уже была зачищена от демонов, а бой сместился к окраинам. Так что высокопоставленный регой без проблем добрался к нам.

— Ишер! Тень тебе в полдень! — он остановился в нескольких шагах. — Рад видеть тебя живым, воевода.

— И тебе воду в песках. Взаимно, — я ответил кивком. — Что случилось с городом?

— Этой ночью навалились демоны. Мы ждали подкреплений. Гарнизон был небольшим. В результате, удержать стены не получилось, — прояснил ситуацию Иритис. — Потерь было немного, но из города пришлось отойти.

— Я бы их и сегодня держать не стал, — честно признался я. — Не те укрепления, которые хороши против орды.

— Понимаю… Ишер, послушай, знаю, тебе уже хочется переправиться. И я помню про твоих людей. К слову, мне удалось их всех найти с помощью своих… — Иритис покосился на тысячников. — Но… Скажи, ты не задержишься здесь со своим отрядом на пару дней? Я готов даже доплатить тебе за это.

— Как я и сказал, я бы этот город держать не стал. Не стоит оно того. Легче каждое утро зачищать центральную улицу, заново освобождая проход, — покачал я головой. — Стоит ли класть здесь людей?

— Наверно, нет, — признался регой. — Но командующий Вирмин вбил себе в голову, что надо поступить так, как сделали на востоке. Держать берег до последнего ушедшего.

— Там ведь и ситуация могла быть другой! — справедливо заметил Ситранис.

— Я знаю… Я и сам каждый раз пытаюсь его отговорить от защиты Пустого города, — поморщился Иритис. — Но… Там ревность, понимаете? Командующего восточным объединённым войском Приречья и Междуречья уже называют надеждой человечества. Он сумел вывести почти всё население в Междуречье, в железном кулаке удерживая орду. Люди ведь не понимают, что тут орды было целых три, а там — всего одна. Вирмина критикуют, вот он и мечется.

— Доводы бессильны, да? — усмехнулся я.

— Уже как только ни пытался давить… — кивнул Иритис, и между его бровей пролегла глубокая складка. — Осталось разве что его снять, а самому командовать. Но мне такого не простят, знаете ли. Политика…

— Если мои люди полягут тут в последние два дня, уже я себя не прощу, — хмуро ответил я регою, посмотрев ему в глаза.

Хотел было добавить, что не очень доверяю Вирмину. Однако покосился на тысячников, которые подошли ближе, и передумал. Ещё донесут, а мне только командующего всеми западными силами Междуречья в недругах не хватало.

— Надеюсь, вы знаете, что делаете… — я понимал, что Иритис мне сделал предложение, от которого не позволит отказаться. — Здесь ведь стены проломлены в нескольких местах.

— О! Я как раз привёл рабов! — оживился Иритис, и складка между бровей расправилась.

А дальше он уже не через меня действовал. Познакомился с тысячниками, узнал последние новости о ходе зачистки, уточнил диспозицию. Рабов, что пришли с ним, Иритис передал в распоряжение сил, занявших Пустой город. До конца дня им предстояло чинить проломы в стенах.

Меня со спутниками снова стали привлекать к решениям. Видимо, личное знакомство с Иритисом сказывалось. Но я прекрасно понимал, это ненадолго. Один раз оттёрли, во второй раз ещё быстрее получится.

Чтобы не раздражаться попусту, я отправился глянуть, как проходит ремонт стены. Чинили, конечно, на скорую руку, но вполне толково. Рабы разбирали каменные здания внутри города — те, что пострадали при обстреле и всё равно подлежали сносу, — и таскали камень к проломам. Укладывали насухо, без раствора, подгоняя глыбы одну к другой. Получалось крепко, хоть и на первый взгляд грубо.

Я подошёл к одному из таких заделанных проломов. Осмотрел, пощупал пальцами и надавил плечом, проверяя кладку. Камень сидел плотно, не шатался. Чтобы пробить эту стену, демонам придётся тратить время. Правда, никто не мешает им залезть наверх, но… Тут, видимо, уже ничего не поделаешь.

Хаос вокруг, между тем, лишь нарастал. Войска прибывали и прибывали. Сотни, тысячи, десятки тысяч людей заполняли улицы Пустого города. Командиры спорили о том, кто и где встанет. Тысячники бегали друг к другу с картами. Взмыленные связные и вовсе сбивались с ног.

Штаб у ворот был переполнен. Крики, топот, звон оружия, недовольный рёв переханов из-под стены. Я стоял в стороне, глядя на это и понимая, что мы с Ситранисом и Тадаром здесь точно лишние. Слишком много командиров, слишком много приказов. А главное, слишком много суеты. Тысячники вновь смотрели сквозь нас, будто не замечая. И разве что плечами не оттирали в сторону.

А ведь мне в этом городе предстояло ещё два дня торчать. И такое отношение военных раздражало, честно говоря. Плевать этим тысячникам, что у меня людей в подчинении в пятнадцать раз больше. Я не регой, не аристократ, а просто наёмник. Причём последнее слово надо произносить с презрением и, желательно, через губу.

В общем, если бы я умел обижаться, сейчас бы меня грызла обида. Однако я давно в людях не разочаровывался. Потому что не очаровывался и не питал иллюзий. Мне было самую малость досадно, и на этом, пожалуй, всё.