Вечные Пески. Том 8 (СИ), стр. 13

— А если семью не заинтересует предложение? — спросил молодой регой.

— Тогда будем обсуждать долю семьи, — ответил я. — Вообще-то, если сделать почву плодородной, то и третья часть — не так уж много. Жаль, в первое время придётся впроголодь жить.

— Знаешь, а я даже готов попробовать и продвинуть твоё предложение… — заметил Мариатидис. — Но сопровождать-то ты меня ведь будешь сейчас. Как мы это всё оформим?

— А вот так и оформим, отдельным договором, — ответил я. — И вообще, если мы тебя поведём, то, может, получится ещё как-то с контрактом на Губун решить.

Долго нам поговорить не дали. Перспектива заполучить под своё командование огромный отряд настолько увлекла Скатара, что «важный» вернулся всего через пару чаш. Я, кстати, думал, он в этот раз не возьмёт с собой ополченцев, но — нет, притащил сотню человек. Непонятно было, чем он вообще думает. Сотня ополченцев против моих — это ни о чём. Но я никого и не собирался убивать.

Договор я, конечно, прочитал. Внимательно, от корки до корки. И это был типовой договор, образец которого всегда можно взять в Гильдии наёмников. В графе оплаты стояло ранее оговорённое «безвозмездно». Я поставил подпись и приложил печать наёмника, подтверждая согласие.

И еле успел выдернуть договор из-под пера, с которым к нему кинулся Скатар. Оказывается, этот упитанный мужчина умел быть быстрым. Особенно, когда чувствовал манящий запах денег.

— Полегче, Скатар! — засмеялся я, убирая договор в тубус.

Ко мне тут же сделал пару шагов регой Нагва, однако на его пути встали мои люди. Никто, само собой, за оружие не хватался, но щиты выставили, окружив меня плотным кольцом. Даже ополченцы, выстроившиеся напротив, ничего поделать в такой ситуации не смогли.

— Что же вы резкие-то такие? — снова засмеялся я. — А главное, такие предсказуемые…

— Дай сюда договор! — потребовал Скатар, властно вытянув руку.

— Нет уж, я тебе сейчас кое-что скажу, змей, а ты послушай… — я сузил глаза.

И принялся обстоятельно, со знанием дела, объяснять, что сделаю в случае, если он нарушит нашу устную договорённость. Этот зарвавшийся человек, конечно, мне не поверил. Я же был «всего лишь наёмником». Что я мог в таких вопросах понимать? А вот «помойный иух» Фошог оказался поумнее. Быстро осознал, какими бедами грозит нарушение соглашения, и, отведя начальника и регоя в сторону, сумел им объяснить.

Пока мы этих троих ждали, мои люди успели огородить грязное пятно обломками стрел, воткнутыми в землю. И даже какую-то красивую ленточку по границе натянули. Все, кто мог на ногах стоять, пришли глянуть на это представление.

Скатар, Фошог и Нагва, закончив общаться, нехотя пошли к грязному пятну. Они зло косились на своих ополченцев, не сумевших скрыть любопытства, но что поделаешь? Сами их сюда, на место действия, притащили.

— Как танцевать-то? — буркнул Скатар, остановившись на краю пятна.

Было видно, что он боится идти дальше и придумывает отговорки.

— Эй, кто помнит, как фукот танцевать? — крикнул я. — Покажите нашим гостям!

Конечно же, нашлись доброхоты. Один из приозёрцев принялся лихо отплясывать, демонстрируя движения. Ничего сложного, и вправду. Два притопа, три прихлопа, пара поворотов и пара коленец. Обычный народный танец.

Беда была в том, что Скатар, Фошог и Нагва чувствовали подвох. Они боялись войти в грязь, не понимая, что именно мы такого коварного задумали. Я успел, кстати, уточнить у Мариатидиса, чем эти трое занимались ночью. Оказалось, они даже не вылезали из подвала дома Скатара.

А значит, не знали, что именно происходило внизу под утро. И понятия не имели, откуда взялось именно это пятно, выделявшееся на фоне остальной грязи.

Может, кто-то из ополченцев Мерхана и рассказал бы им, что там демоны зарылись в землю. Но я прекрасно знал, как чувствуешь себя после первых таких сражений. Скорее всего, никто из защитников города толком и не смотрел вниз, когда рассвело. Просто радовался первым лучам солнца и тому, что пережил ночь.

И всё же наших будущих танцоров грызли сомнения. Это могло стать проблемой… Если бы не недавнее убийство вождей. Судя по тому, как низшие теперь себя берегут, они далеко не сразу среагируют на колебания почвы. А значит, даже если все трое сразу начнут танцевать, в первые мгновения их никто убивать не кинется. Демоны для начала выждут.

А на случай, если кто-то из троих успеет выбраться, мы тоже не образец добродетели. Ферт лёгким порывом ветерка поможет танцору вернуться в грязь. Падение счастливчика спишем на то, что грязь ещё скользкая после ночного ливня.

Кто-то, может, и осудил бы нас за жестокость. Я ведь не аристократ, не судья и не один из девяти. Да, так и есть. Но разве мной руководила обида? Или желание мести? Нет. В первую очередь, я хотел получить землю в Междуречье. И не для себя даже, а для других людей.

Ну а во вторую очередь, мне было жалко жителей Мерхана. И Мариатидиса, который был слишком юн и слишком честен, чтобы их бросить и уйти.

А между всеми этими людьми и их спасением стояли лишь три трусливых и спесивых ублюдка. Так что… Скажу честно, я никогда не жалел о содеянном в то утро.

Итак, Скатар, Нагва и Фошог, стоя у грязевого пятна, никак не могли решить, кто вступит в него первым. Их сомнения были видны невооружённым глазом, и в какой-то момент все трое начали друг друга как бы случайно теснить, подталкивая к грязевому пятну. Само собой, в этой малозаметной борьбе победил тот, у кого вес больше, а тощий «помойный иух» проиграл с разгромным счётом.

В грязи он оказался первым, упав на четвереньки.

— Давай! Танцуй! — велел ему Скатар, уперев руки в пухлые бока.

И бедняга принялся за танец, постоянно путаясь в движениях и дрожа от страха. Однако чем дальше, тем увереннее он становился. И это окончательно успокоило градоначальника с регоем. Выйдя на грязь, они стали неумело дёргаться в самой середине пятна.

— Притопывать не забывай!

— Да кто так танцует! Давай бодрее!

— Пусть грязь летит!

Люди кричали, улюлюкали, подзадоривали танцоров. Я тоже не удержался и крикнул, что танцевать надо хорошо, иначе условие не посчитаю выполненным. Они и начали лучше стараться…. Сильнее топали, задорней хлопали…

Я же говорил, что низшие — тупые создания? Не могут они долго сдерживаться, даже днём, когда рядом сосуд с жизненной энергией. Вечный голод толкает их разорвать врага, уничтожить, присвоить чужую силу…

Первыми из земли полезли Кровавые Персты. Вернее, их быстрые когтистые руки. Ополченцы из Мерхана принялись в ужасе орать, а мои люди — наоборот, замолчали. Кто-то из троих танцоров, пока ещё мог, даже позвал на помощь:

— Помогите!.. Демоны!.. — и захлебнулся криком, когда его голова исчезла под землёй.

— Да нет тут демонов… — ответил я громко. — Знающие люди сказали.

И вправду, никаких демонов рядом не было, когда последнее тело, истекая кровью, упало в грязь. Совершенно таинственная и необъяснимая смерть… Однако тела, на всякий случай, из круга грязи вытащили при помощи крюков и верёвки, после чего отправили с другими в погребальный костёр.

Чёрный столб дыма ещё долго виднелся за спиной у нашего каравана, уходящего прочь.

Глава 178

Мы уходили не на север, каким путём нас вёл Рехт, а на северо-восток. Я хотел выбраться к основному тракту между Ферундом и Губуном, по которому шёл на юг изначально. Если повезёт, возможно, там будут проходить другие отряды. Если повезёт ещё больше, сможем узнать новости о Губуне. Да и о том, что в целом творится на юге.

Поля вокруг дороги, шедшей к нужному тракту, тянулись до горизонта. А вот урожай на них был собран лишь частично. Кое-где ещё стояли всходы, кое-где виднелись следы работ. А кое-где чернели проплешины — значит, там уже всё убрали. На многих полях заметны были следы демонов. Орда здесь ночью проходила.

В стороне темнели перелески: густые, из низкорослых деревьев и кустарника. Я приказал дозорным держаться от них подальше. Лучше сушёным дерьмом греться, чем людей терять, сунувшись в леса.