Удачное Время (СИ), стр. 14

Оказывается, в этой клинике такие процедуры не редкость. Сегодня уже вторая. Во время первой зашивали коллегу. Буквально, целительницу из команды. Женщина тридцати с небольшим лет при этом ругалась, как сапожник, понося криворуких сокомандников. Отказалась от обезболивания (оказывается, тут есть такие препараты), вместо этого она тупо бухала. А потом начала недвусмысленно совращать Артура… Пока Ханнарен ей кое-что на ушко не пояснила. И это не помогло. Со словами: «это не навсегда», госпожа Кайрен начала агитировать за советскую власть. В смысле, вступить в её команду, которая входит в отряд «Ледяной Клинок». Активно намекая, что она лично и со всем возможным тщанием подготовит юного коллегу.

Сейчас Артур готовился ко второй операции. И она предполагается более серьёзной. Принесли бойца, которому натурально выпустили кишки. Ну, а Артур, войдя в образ хирурга, начал тщательно каждый палец мыть. Кстати, за полотенца именно он тут отвечает. После того, как вытрешь руки, полотенце нужно кинуть в корзину. А потом полотенца не только стираются, но и пропариваются.

Ханнарен встала рядом. И тоже стала мыть руки.

— Этот боец, Артур, практически мёртв, — произнесла она. — И его принесли к нам от третьего целителя.

— Спросить, — парень стряхнул воду с рук и потянулся к полотенцу. — Вчера мальчика лечить. Сколько это стоило?

Ханнарен ответила не сразу.

— Это стоило золотых пять, — произнесла она, наконец.

— Но парень не платить?

— Нет, — спокойно ответила целительница.

— Так правильно делать целителю? — уточнил Артур. — Лечить тех, у кого нет денег?

— Не всегда, — ответила женщина. — Но у парня был, на самом деле, сложный перелом. Его рука бы точно нормально не срослась. Кость разлетелась на несколько осколков. Сначала пришлось сложить. Если бы я этого не сделала, это парень уже бы не смог… полноценно жить.

— Я правильно понимать, — произнёс Артур. — Иногда нужно лечить без денег? Как это… Чтобы перед судьба иметь заслуга?

Ханнарен хмыкнула.

— Это хорошее понимание вопроса, ученик, — произнесла она. — Да. Мы, целители, всё время рядом со смертью. Я много раз видела, как умирают от, казалось бы, лёгких травм. И выживают те, которые никак не должны были. А иногда наши пациенты… Это очень близкие люди. И доля благосклонности судьбы сильно не помешает. С этим парнем… У меня не было важных дел. Я могла это сделать. Поэтому сделала. Лень — это худший враг целителя. Лень — это я бы сказала, грех. Можешь исцелить — исцели. Когда-нибудь потом тебе это зачтётся.

Артур вытер руки, кинул полотенце в корзину.

— Но и впадать в исступление не нужно, — добавила Ханнарен. — Не надо лечить всех подряд просто так. Иногда людям нужна их боль, нужно что-то через неё понять. А некоторым нужно и умереть. Вот сейчас. Если этому бойцу суждено… Но мы должны сделать всё, что от нас зависит. Почему, думаешь, за него другие не взялись? У отряда «Холодный Ветер» собственные неплохие целители. Но когда пациент умирает на твоём столе — виноват ты.

Женщина тоже взяла полотенце. Они, кстати, висят не на крючках, а на таких металлических спицах. Чтобы стены не касались.

— А теперь пойдём и сделаем то, для чего мы тут есть, — произнесла Ханнарен.

Артур вышел из задней двери клиники. Спустился на ступеньку. И прямо тут сел. На улице был уже вечер.

Спина гудела. Столько стоять в наклоне. Руки, такое ощущение, будто он снова колодку поносил. А ничего же тяжёлого физически он не делал. Держал, подавал, приносил, уносил. Держал иной раз долго. А как вы иначе промоете кишки? Их надо прям держать, на весу. Нужно было полностью убрать из брюшной полости всю грязь, кровь, содержимое порванных кишок. А ещё Артура применили, как найтрум. Цитата: «Тебе всё равно нужно расходовать». То есть он ещё и источником праны послужил.

Стукнула дверь. Рядом с Артуром остановилась наставница.

— Сиди, — остановила дёрнувшегося парня целительница. — Лавия там справится.

Артур покосился на Ханнарен. А у той в руках была трубка с длинным мундштуком и маленькой чашкой. Наставница чиркнула металлической палочкой по железной пластинке. На конце палочки зашаял огонёк. У Танатрии было такое же приспособление. В палочку вставлен трут. Ханнарен подула на огонёк. А потом сунула палочку в трубку.

— Ты молодец, — произнесла целительница, раскурив трубку. — Это было по-настоящему тяжело. Я на такое попала тогда, когда уже немало поучилась.

— И как? — Артур мотнул головой в сторону двери.

— Кризис мы преодолели, — ответила Ханнарен. — Этому бойцу повезло, что рядом ты оказался. Вовремя вкинули прану, именно твою. А моя осталась. Поэтому, я смогла вытащить его.

— А если бы не моя прана?

— Я бы сейчас лежала, — криво усмехнулась Ханнарен.

— Тогда почему… ну, нельзя взять большой найтрум? Это же примерно бы так же быть?

Целительница с иронией посмотрела на собеседника.

— А где его взять, большой найтрум? И на что купить, клинику продавать?

— Их же немало добывается, — озадаченно произнёс Артур.

— Так они и нужны постоянно, — ответила Ханнарен. — Найтрумы — это расходник. Очень дорогой, чудовищно дорогой, но расходник.

— Но найтрумы же, истощаясь, становятся сайгерами. Так? Это же лучше, насколько я знать.

Ханнарен покачала головой.

— Один из десяти, — ответила она. — В лучшем случае. Обычно, истощаясь, найтрумы превращаются в хрупкое стекло. Это происходит из-за неправильной огранки.

— И что, не могут разобраться, как правильно гранить? — недоумённо спросил Артур.

— Поэтому ювелиры, которые умеют это делать — очень богатые люди, — ответила целительница. — Но чтобы стать мастером нужно загубить множество кристаллов. Как это… Нужно понять душу камня.

— А вы не знать, мастер Морахар уметь? — спросил Артур.

— Вайлент? — Ханнарен хмыкнула. — Да. Он умеет. Он даже может поправить огранку. Но и берёт поэтому очень дорого. Поэтому и я, Артур, беру дорого. Потому что умею делать то, что другие не умеют. Большинство целителей останавливаются на том, что могут убирать усталость и лечить максимум средние раны. То есть, ногу, руку. А вот так, в брюшную полость лезть… Чтобы разбираться серьёзно… Нужно убить немало людей.

— Но вы же не убиваете целенаправленно… — начал было Артур.

— Если целитель ошибся, — твёрдо произнесла Ханнарен. — То есть, он что-то не узнал, что-то не учёл — он этим убил. Именно он. А если ещё и за это деньги взял… Как это обычно и бывает, то из просто убийцы становится ещё и подлецом. Вот ты спрашивал про Вайлента. Когда у него, по его мнению, не получалось, он возвращал деньги. Не раз при этом покупал другой кристалл. Из-за этого жил в нищете. Поэтому же и пошёл с нами в андоны. Чтобы самому добыть кристаллы и на них пробовать. И теперь ему приходят заказы даже из Астерии.

— А вы, наставница? Зачем вы пойти в андоны?

Ханнарен слегка улыбнулась. Грустно.

— Я приехала сюда из Астерии совсем юной, — ответила она. — Моя наставница… Она говорила мне ровно то же, что я сейчас говорю тебе. И, также, как и Вайлент, я была упёртая… В общем, я бралась за то, от чего отказывались остальные. И пришла ровно к тому же, нищете. Нам надо было выжить. Никаких озарений. Мы просто выживали, как могли. А здесь, в Гардериане, с блуждающими порталами, можно выхватить свой шанс.

Женщина посуровела лицом.

— Но чаще всего погибают, — добавила она. — Мы… Можно сказать, ошибки статистики.

— Или результат непростого пути, — заметил Артур.

— Но всем же удобнее думать, что нам повезло, — скривилась Ханнарен. — Кому интересно, какие там у нас убеждения? Повезло и точка. Так проще.

— Само собой, — хмыкнул Артур. — Так не надо мозг напрягать. Учить. Работать.

— Смотрю, твоя наставница своё дело знает туго, — хмыкнула целительница.

— Да. Мия… хороший учитель, — кивнул парень. — Особенно любить примеры.