Влюбить дракона! С гарантией… (СИ), стр. 20
— Да неужели? — саркастически уточнил я и любезно объяснил: — Комнаты на этом этаже всегда открыты. Все! Мне не от кого запирать их, в замке нет живых сущностей, кроме меня и моего помощника.
— Я говорю правду. А вы… принц Эдвард Лагосский? Или нет? — промямлила она, опуская бархатные ореховые глаза на свои сжатые кулачки. Тоже чумазые донельзя. Предложить ей умыться, что ли, а потом разговаривать?
Ладно, успеется. Сначала дело…
— Я Эдвард Лагосский, и ты в моём замке. Сейчас коротко и чётко объясняешь мне, как ты пролезла сюда, обойдя все защиты замка?
Ожидая ответа, я выпустил немного драконьей магии — нужно понять, соврёт девчонка снова или скажет правду? Надо же, комнаты были закрыты! Да я по всем прошелся, пока ее искал, и все были нараспашку, как обычно.
Приготовился ментально считывать её мысли и, оп, наткнулся на непроницаемый защитный барьер. Толкнулся сквозь него раз, другой — и ничего. Словно мощнейший менталист поставил блок. Интересно, интересно… Это сама Роксана, скромная бытовичка, так умеет, или…
Перевёл взгляд на стоя́щую у её ног клетку с фафликом — или он помогает хозяйке? Но зверь лежал, свернувшись клубком, и, кажется, спал. Да и не смог бы он сквозь прутья из долменита свою магию выпустить.
Значит, сама девочка так умеет… Всё интереснее и интереснее ты становишься, баронесса Валейская…
— Я жду ответа, Роксана. И говори правду — всё равно почувствую, если солжёшь, — предупредил суровым голосом, покривив душой.
Но Роксана моё враньё не распознала и вскинула на меня возмущённые глаза.
— Я всегда говорю правду, Ваше Высочество!
— Можешь звать меня просто по имени, — поморщился я от этого «высочества» в её исполнении.
— Что вы! Я не позволю себе! — ахнула она, и даже сквозь сажу было видно, как вспыхнули её щёки.
— Тогда зови меня просто «хозяин», — пошутил я, но Роксана шутки, кажется, не поняла. Поджала губы и негодующе вскинула подбородок:
— Простите, Ваше Высочество, никаких фамильярностей или панибратства я себе не позволю. И я не слуга, чтобы звать вас хозяином! — она ещё сильнее выпрямила спину, просто как спица стала.
Ах-ах, аристократочка Роксана Валейская. Где тебя научили так нос перед принцами задирать? Явно ведь не в твоём захудалом баронстве?
— Ладно, называй как хочешь. И давай, начинай каяться, как вскрыла защиты замка? — отмахнулся я от её заявлений и решив оставить на потом вопрос с якобы закрытыми дверями.
— Я ничего не вскрывала. На воротах защиты не было, я проверила. И они сами открылись передо мной. Правда, не сразу, а когда я… — она смущённо замолкла.
— Когда ты что…? Роксана, лучше выкладывай правду! — рявкнул я. Она вздрогнула и подарив мне очередной возмущённый взгляд, нехотя ответила:
— Когда я перелезала через них. Добралась почти до верха и в этот момент створка начала сама по себе открываться.
— Что⁈ — переспросил я обалдело.
Не знаю, что меня потрясло больше: нарисованная воображением картинка, как баронесса в обтягивающих бедра мужских штанах лезет по пятиметровым вертикальным воротам, или, что они сами перед ней открылись?
Эти ворота без моего разрешения не открываются ни перед кем. И тем более, не снимают с себя защиту…
«Сняли… Сняли… Пропустили… Дом тоже принял…» — тут же зашелестели шейды, успевшие просочиться в мою спальню.
Удивительно, но едва теневые сущности заговорили, Роксана вздрогнула и подняла глаза к потолку… Она что, тоже их слышит⁈
Та-а-ак, баронесса Валейская, количество вопросов к тебе уже переходит все разумные границы. Поэтому имей в виду, пока я не найду ответы на всё, из замка ты не выйдешь…
Так что я поднялся на ноги и велел:
— Давай, Роксана, вставай и выбирай себе комнату, в которой будешь жить. После приведи себя в порядок и можешь приступать к работе — уже утро, пора отрабатывать долг. Приготовь завтрак, и после еды я озвучу тебе твои обязанности.
— Что-о-о? Какую комнату выбирать? — она изумилась так, что даже рот приоткрыла.
— Комнату, в которой будешь жить. И учти, рабочий день у тебя нелимитированный, потому что мне в любой момент может потребоваться твоя помощь.
— Жить… В-вы п-предлагаете мне жить у вас⁈ — рот баронессы распахнулся ещё шире, а размер изумленно распахнутых глаз стал вообще запредельным. Заикаясь пролепетала: — Я п-полагала, что буду приезжать в ваш замок утром. И-исполнять свои с-служебные обязанности, а вечером возвращаться д-домой.
— Ты ошиблась, Роксана, — ответил я с непонятным самому удовольствием. — Жить ты будешь здесь, со мной рядом и домой вернёшься… — я замолчал, потому что едва не ляпнул «никогда». Одёрнул себя и закончил мысль правильно:
— Вернёшься домой, когда я найду на твоё место другого помощника.
Глава 31
— Ты ошиблась, Роксана. Вернешься домой, когда я найду на твое место другого помощника, не раньше. До этого момента будешь жить здесь, чтобы всегда быть у меня под рукой, — голос принца звучал ровно и холодно.
— Но я не могу, Ваше Высочество! Моя репутация будет уничтожена!
— Сомневаюсь, что ты думала о своей репутации, когда лезла в чужой дом и собиралась украсть дорогую вещь.
— Вы правы, не думала, — сникла я. — Но мой жених… Что я скажу ему?
— У тебя есть жених? — небрежно переспросил принц. — Надо же…
— Представьте себе! Вот… — я подняла руку, собираясь продемонстрировать помолвочное кольцо, и вспомнила, что оставила его у модистки с деревянной ногой.
— Что «вот»?
— Ничего, — расстроенно ответила я, пряча руку за спину. — Ничего… Но я помолвлена. Моего жениха зовут Филипп Бардольский. Он из…
— Я знаю Бардольских, — перебил принц. — Мелкие, жадные, завистливые аристократы, главное достоинство которых — непомерная спесь и талант клянчить подачки у вашего короля. Интересно, чем ты могла заинтересовать это семейство, Роксана? Или никто больше не согласился на брачные предложения их сынка, поэтому они обратили взор в твою сторону?
— Вы не имеете права оскорблять меня! И Филиппа! И, между прочим, жених любит меня, но вам этого не понять! — ответила я задрожавшим от возмущения голосом.
Да что он себе позволяет, этот принц⁈ До ужаса захотелось выкрикнуть в это смуглое лицо что-нибудь злое, ругательное и обидное. Высказать всё самое ужасное, что думаю о нём и его поведении! Гордо заявить, то отказываюсь от унизительной сделки и пусть отправляет меня в тюрьму, если хочет!
Но, конечно, ничего такого я не сделала… Опустила глаза на свои стиснутые кулаки и молча сидела, пока принц продолжал ухмыляться и рассматривать меня чёрными, словно Бездна, глазами. Он первым нарушил молчание:
— Ладно, хочешь замуж за своего… жениха — иди. Мне нет до этого дела. Но жить будешь в моём замке: как я сказал, ты можешь понадобиться мне в любой момент, хоть в полночь, хоть в полдень, хоть на рассвете.
«Понадобится… Понадобится… Жить вместе…» — радстно зашелестели голоса у меня в голове. Я прижала ладони к вискам, пытаясь заставить их замолчать — да что творится со мной⁈
— Другие ваши помощники тоже жили в вашем замке? — спросила, в надежде, что услышу отрицательный ответ. Тогда у меня будет право требовать того же для себя.
— Естественно. Все жили здесь, — уничтожил мою надежду принц.
«Все жили… Все плохие… Роксана хорошая…» — еще громче зашуршали голоса.
— И много их было? Ваших помощников? — спросила расстроенно.
— Ты… хм… сорок девятая, Роксана. Моё любимое число, между прочим. Уверен, мы отлично сработаемся, — на лице мужчины появилась ядовитая усмешка.
Я облизнула пересохшие губы. Не надеясь ни на что, жалобно попросила:
— Ваше Высочество, могу я хотя бы ненадолго съездить домой? Пожалуйста! Просто попрощаться с сестрой и взять что-то из одежды? Не ходить же мне в этом, — показала на свои грязные штаны.
— Про одежду не волнуйся. Дам тебе денег и свожу в столицу: купишь там всё, что нужно.