На границе Великого леса. Тетралогия (СИ), стр. 66

– Больше возражений у меня нет, – кивнул я и протянул лист бумаги. – Вот мои реквизиты. Я пойду в лес не раньше, чем увижу пятьдесят тысяч. Что скажем жандармам?

– Что скажем жанда‑армам… – задумалась она, а потом подошла к письменному столу и вытащила из ящика какой‑то бланк. – Скажи, что ты приглашен на стажировку в королевский университет Авалона. Сейчас я впишу твое имя…

– А я на самом деле смогу туда поехать? – заинтересовался я, глядя, как она зачерпывает немного моей ауры и растворяет ее в листе. Вот ведь какие недоверчивые ребята эти авалонцы!

– Нет, – отрезала она. – Если бы ты был моим слугой, то да, конечно. А так… Совершенно исключено.

– Но я же ваш вольнонаемный сотрудник, – наивно посмотрел я на нее.

– Нет, – отрезала она. – Потом скажешь, что у тебя здесь аптека, и ты не можешь ее бросить. Поэтому твое приглашение через пару недель будет аннулировано. Вот, бери! Покажешь ему, если понадобится. Оно выдержит любую проверку.

– Меня домой отвезут? – спросил я, уже стоя в двери.

– Нет, – услышал я ледяной ответ. – Машина сейчас понадобится мне самой.

Вот ты сука все‑таки, – думал я, трясясь в разбитом рыдване, который поймал на улице. – Ну, ничего! Я уже знаю, как поквитаться с тобой за сегодняшний вечер. Только бы в процессе не заржать, иначе лианы на шее покажутся мне невинной детской шалостью.

А кто вообще сказал, что я вернусь из этого похода? – осенила меня блестящая догадка. Игривое настроение тут же испарилось.

– Тут останови! – сказал я водителю. – Приехали.

Это не мой дом, это то самое волшебное место, где точно знают, сколько коньяка мне требуется для снятия стресса. Зачем мне сюда? Затем, что у меня стресс. Чем дальше, тем мне становится понятней, что эта стерва меня попросту грохнет. Ингредиенты из тела Хозяина – это магия такой мощи, что вопрос о моем выживании даже не стоит на повестке. Никто не оставит свидетелей в таком серьезном деле.

– Тебе коньяка на четыре пальца, – оценил мое состояние Петрович, и я безропотно с ним согласился. Ему лучше знать.

Глава 7

Следующее утро я встретил в Хтони, на той же самой поляне, где виделся в последний раз с Лилит. Белка‑костегрыз игриво смотрела на меня с ветки, даже не думая атаковать. Лес все еще любит меня, иначе я бы уже отбивался от этой мелкой твари, которая дробит кости не хуже орехов. Впрочем, орехи она любит тоже. И даже очень. Я насыпал ей горстку, и она начала таскать их по одному, что‑то озабоченно стрекоча.

– Хозяин, – обнял я знакомый дуб. – К тебе взываю. Я пришел, не имея зла в сердце… А, блин, забыл, как там дальше. Короче, информация есть про эльфийку. Эту тему обкашлять надо. Приходи скорее, пока меня жандармерия с собаками искать не начала.

Цапля грузно приземлилась на поляне минут через пять. Она посмотрела на меня, склонив голову набок, а потом впилась прямо в душу пристальным взглядом не по‑птичьему разумных глаз. Это точно не Лилит, я бы почувствовал. Огромная затаенная сила ласково коснулась моего сознания и отступила в недоумении. Ментальный блок все еще работал. На морде цапли появилось вопросительное выражение.

– С ней вчера встречался, – пояснил я. – Впервые это зелье пью, не знаю, сколько оно еще будет активно. В книге написано, до восемнадцати часов действует. Без него я бы уже ее рабом был. Если не веришь, завтра приду, когда оно действовать перестанет.

– Понятно, – ответил Хозяин и вышел из своего звериного облика. – Я верю тебе, Вольт. Скажи, что ей здесь нужно?

– Ты нужен, – ответил я. – Мертвый, но целый. Видно, хочет на органы разобрать.

– Я ждал чего‑то подобного, – Хозяин сморщил лоб, на котором появились складки, похожие на кору старого дуба. – Я надеялся, что она удовлетворится травами и здешней живностью. Я дал бы все, что она хочет, но ей нужно больше. Плохо.

– Она не знает про Хозяйку, – пояснил я.

– А вот это уже хорошо, – оскалился он в недоброй улыбке. – Приведи ее сюда. Прямо на эту поляну. Мы приготовим ей достойную встречу.

– Она абсолютно уверена, что убьет тебя, когда увидит, – заявил я. – У нее даже сомнений в этом нет.

– Что же, – просто сказал Хозяин, – она права. Эта эльфийка и в самом деле способна меня убить, но она не все знает об этом месте. Эта Хтонь сама по себе может стать одной из сторон конфликта. Для этого я и прошу тебя привести ее именно на эту поляну.

– Я не знаю, когда это случится, – виновато развел я руками. – Извини.

– Это уже неважно, Вольт, – ответил он. – Мы будем готовы. Это будет очень тяжелый бой. Ты даже не представляешь, сколько времени она готовилась к нему. Точнее, ее готовили. Сейчас она, пожалуй, один из самых сильных магов на всей Тверди. Пост атташе – это прикрытие. Ее цель вовсе не дипломатия.

– И какая у нее цель? – спросил я, сгорая от любопытства.

– Точно не знаю, – отрицательно покачал он головой. – Я же не всеведущ. Ей нужны ингредиенты огромной силы, но куда именно пойдет это зелье, мне неизвестно. Что‑то очень и очень важное. Иначе такому сильному магу просто незачем крутиться в провинциальном городе, вдалеке от столичного блеска.

– Хорошо, – сказал я. – Приведу ее прямо сюда. Но будь добр, сделай так, чтобы меня к этому не притянули. За нее мне голову оторвут и фамилии не спросят. Хотя у меня ее вообще нет. Я же снага.

– Я все сделаю как надо. Приходи, мы будем ждать, – прошелестел Хозяин, уже исчезая в вышедшей из кустов пантере. Цапля каркнула обиженно, вмиг потеряв разумность взгляда, тяжело взмахнула крыльями и взмыла в небо. Теперь это была самая обычная птица.

Племянница тети Вали уродилась непонятно в кого. Звали ее Люба, а ростом она была чуть выше Маруси, моей соседки‑гоблинши. Впрочем, это совершенно не мешало ей тягать тяжеленные ящики с товаром, которые везли к нам поставщики. Тетка поклялась, что всему научит ее лично, а особенно обращению с дробовиком. Люба приехала из земщины, и оружие до этого видела только в кино про бравого майора Хрома. Девкой она оказалась работящей, а потому пыль, раньше невозбранно оседавшая на полке, исчезала с нее без следа еще на подлете. В общем, о новом сотруднике я не пожалел, и впервые за очень долгое время почувствовал некоторую свободу. Так люди переходят от мелкого бизнеса к среднему, когда ты можешь уже не стоять сам за прилавком, и появляется время, чтобы подумать.

– Люб, – спросил я у нее прямо. – Ты замуж хочешь?

– Грешно так издеваться над девушкой! – с обидой посмотрела она на меня, а потом ожидаемо произнесла. – Хочу, конечно! Ну а кто не хочет‑то? Только я абы за кого не пойду!

Хоть и была она девчонкой хорошей, но красотой ее природа самую малость обделила. Прыщавая кожа, кривоватые зубы и мышиный хвостик, в который она собирала соломенные волосишки, оставляли немного шансов на мужской интерес. Тут‑то я и вспомнил про настой женьшеня, без толку пылившийся в шкафу. Пробовать же надо на ком‑то, а тут такая роскошная фактура пропадает.

– Иди сюда, – с таинственным видом поманил ее я. – Видишь эту бутыль? Это настоящее эльфийское зелье. Называется «Безупречность». Будешь пить два месяца по пятьдесят миллилитров. Потом полгода перерыв.

– А что будет через полгода? – девчонка завороженно смотрела на радужные протуберанцы, вспыхивающие в жемчужном настое.

– А потом увидишь, – еще более таинственно изрек я. – Но результат тебе точно понравится.

– Тетя сказала, вы настоящий колдун, Вольт… а как вас по отчеству?

– Петрович, – ляпнул я первое, что пришло в голову. Бармен в этот момент вспомнился почему‑то. Отца моего звали Ржавый. Но Вольт Ржавович как‑то не комильфо звучит.

– Она сказала, что вы все можете!

Люба посмотрела на меня тем наивным и чистым взглядом, какой только бывает у малых детей и некрасивых женщин. У тех самых, поверивших, что если отдать все до копейки незнакомой бабе в Инсте, то можно сразу стать осознанной и проработанной, а прынц на белом Мерседесе начнет знакомство с того, что подарит Айфон последней модели и закроет все их кредиты.