Таксист из Forbes 5 (СИ), стр. 37

— Виктор, а вы в курсе, зачем им ваша земля? — спросил я. — Им гараж не нужен, поверьте. Гараж они снесут.

— Дак… а зачем тогда?

— Земля нужна. — Я говорил спокойно, размеренно, и сам слушал, как у меня внутри стратег раскручивает легенду на ходу, гладко, без запинки. — У хозяина этой конторы, Орлова, есть ещё фирма. «Эко-Сервис» называется, можете загуглисть. Переработка. И есть план — поставить тут, в Серпухове, маленький такой заводик по переработке шин. Резину жечь и в крошку молоть. Со всей этой химией под боком.

В трубке стало тихо.

Я, честно сказать, понятия не имел, есть ли у Орлова такие планы. «Эко-Сервис» и мусорные подряды у него точно были, это я в брифе про него вычитал, когда копал. А вот завод по шинам — это я сейчас придумал. Прямо на ходу, глядя на ржавые ворота Витькова гаража. Да еще в черте города. Блин, неприятный приём. Но другого у меня под рукой не было, а земля уходила.

— Это что ж, — наконец прохрипел Виктор, — они тут вонять будут? У меня ж внуки летом приезжают.

— Не исключаю, Виктор. Совсем не исключаю. У них и связи в администрации есть, пролоббируют. — Я сделал паузу, дал ему допереживать. — Поэтому давайте так. «АвтоЛайн» вам триста пятьдесят. Я даю четыреста. Прямо сейчас. И едем в МФЦ оформлять, не откладывая. А со своей стороны вам твёрдо обещаю — никакой химии тут не будет. Ни завода, ни вони.

Снова пауза. Я слушал его дыхание в трубке и почти видел, как у мужика в голове чаша весов качается. С одной стороны — пятьдесят тысяч сверху. С другой — внуки и вонючий завод под забором.

— А по рукам, — сказал он вдруг. — Чего тянуть-то. Тем более Палыч говорит, что человек ты хороший…

— Хороший, — подтвердил Палыч громко, чтоб слышно было.

— Записывай адрес, Гена. Откуда меня забрать.

Я записал. Вернул Палычу трубку.

— Палыч. Что по остальным?

— Дак примерно то же. — Он спрятал телефон. — Все по такой же цене готовы плюс-минус, если что. Хибары же, кому они нужны были, пока эти не стали цену предлагать.

Он помолчал, потом спросил, понизив голос:

— Гена. А правда, что ли, химзавод хотят? Или ты Витьку лапшу повесил?

Я посмотрел на него. Врать Палычу не хотелось. Но и всю правду — про Орлова, про то, что меня методично обкладывают, — выкладывать было рано.

— Не знаю, Палыч, — сказал я честно. — Завода точно не обещаю. Но что эта контора с Дроздовым повязана — знаю наверняка. А Дроздов мне сервис когда-то сжёг. Так что от них любой пакости жду. И химию — не исключаю.

Палыч покивал. Логика его устроила.

— Звони своим приятелям, — продолжил я. — Васькá этого, и через дорогу которые. Сбивай цену. Сбивай как для себя, сделаешь? Денег у меня не вагон. Но гаражи мне нужны. Ближайшие ещё три выкуплю.

— Понял. — Он уже доставал телефон обратно. — Васёк первый. Он жадноватый, с ним повозиться надо.

Я уже шёл к машине, когда услышал за спиной, как Палыч завёлся:

— Васёк, здорóво! Слышь, а ты понимаешь, что как тут химзавод поставят, так ты эту хибару вообще никому не сбагришь? Кому она нужна будет рядом с вонючкой-то…

Я усмехнулся, садясь в «Киа».

За Виктором я заехал в частный сектор на окраине. Мужик оказался лет шестидесяти пяти, в старой болоньевой куртке, с цепким взглядом и крепким рукопожатием. Сел рядом, пристегнулся не сразу — повозился с ремнём.

Интерфейс лениво приоткрылся. У Виктора по серовато-будничному фону шла лёгкая золотистая рябь — доволен, что урвал на полста больше, — и тонкая нитка беспокойства. Не страх. Так, остаточная тревога после разговора про завод. Лжи в нём не было, и в химзаводскую страшилку он, кажется, поверил намертво.

Я почувствовал лёгкий укол совести. Напугал старика. Но он хоть денег больше получит, чем дал бы Орлов. Так что, считай, в плюсе. Утешал я себя так, по крайней мере.

— Далеко МФЦ-то? — спросил Виктор.

— На Ворошилова. Минут пятнадцать.

— Быстро ты, я гляжу. Решил — и поехал.

— А чего тянуть. — Я вырулил на дорогу. — Вы согласились, я согласился. Лучше сразу оформить, пока никто из нас не передумал.

Виктор хмыкнул, посмотрел на меня сбоку.

— Деловой. На таксиста не похож. Палыч говорил, ты таксуешь.

— Таксую. И сервис держу. И вот, видишь, гаражами теперь занялся.

— Ишь. — Он покивал, отвернулся к окну. Допытываться не стал.

Паспорт у меня был с собой. Деньги я по дороге снял в банкомате. Четыреста тысяч пачкой во внутреннем кармане ощутимо давили на грудь.

В МФЦ была обычная история. Терминал с талончиками встретил меня привычной издёвкой — я ткнул в «оформление сделок с недвижимостью», машина выплюнула бумажку с номером, и на табло загорелось, что передо мной семнадцать человек.

— Семнадцать, — прочитал Виктор вслух и крякнул. — К вечеру управимся.

Я уже собрался расстроиться, но тут одна из операционисток, молодая девчонка в форменной жилетке, громко спросила, мол а где молодая пара, которая, оказывается, талончик взяла, а сами ушли курить и пропали. Очередь подвинулась. Потом ещё один номер выкликнули трижды — и тоже впустую, человек растворился. Я огляделся по сторонам — реальных людей сидело куда меньше, чем циферок на табло.

Мы прождали минут двадцать. Виктор успел рассказать мне про внуков, про то, как раньше в этом гараже «Москвич» держал, а теперь машины нет, а гараж стоит, и сердце за него болело — продать жалко, держать незачем.

— А теперь вот, — он развёл руками, — и почти продал, и не тем, кому надо. А сейчас вроде как правильно. И на душе спокойнее.

Нам выпала операционистка лет тридцати, в очках, с собранными в хвост волосами и быстрыми руками. Толковая попалась — редкая удача. Она глянула документы, кивнула, застучала по клавиатуре.

Договор я само-собой не подготовил. И только сейчас понял, что вполне можем получить отворот-поворот, но девушка напротив выдала:

— Договор стандартный, купля-продажа, я вам сформирую. Сумму какую указываем?

— Четыреста тысяч, — сказал я, с облегчением.

Виктор рядом важно покивал.

Она распечатала договор, мы вычитали, подписали в трёх местах. Я отсчитал деньги — прямо там, под её невозмутимым взглядом, она такое видела по сто раз на дню. Виктор пересчитал ещё раз, медленно, шевеля губами, спрятал во внутренний карман, застегнул на молнию, прихлопнул сверху ладонью.

— Госпошлину оплатить можно тут же, в терминале, — сказала операционистка. — Сейчас квитанцию выведу.

Я оплатил пошлину, она приняла документы, выдала расписку с номером.

— Регистрация в Росреестре — девять рабочих дней. Придёт смс, когда будет готово. Выписку потом тут же получите либо на госулугах в разделе недвижимость можно заказать.

— Спасибо, — сказал я искренне. — Быстро вы.

— Работа. — Она уже смотрела на следующий талончик.

Мы вышли. На улице Виктор остановился, протянул руку.

— Ну, Гена. Спасибо. И за деньги, и что… ну, по-человечески. Без обмана.

— Вам спасибо, Виктор. Подвезти куда?

— Не, я тут до сына дойду, рядом он. Прогуляюсь. — Он подмигнул, похлопал себя по груди, где лежали деньги.

Он зашагал по тротуару, бодро так, помолодевший на десяток лет.

А я остался стоять у входа в МФЦ и считать.

Минус четыреста тысяч. Из тех денег, что капали с крипты тонким, выстраданным ручейком через миксеры и P2P. Минус четыреста — и взамен я почти стал собственником куска кирпичной рухляди с провалившейся крышей.

Аналитик внутри меня скривился. Макс Викторов, который ворочал миллиардами, который покупал заводы целиком, стоял на крыльце серпуховского МФЦ и радовался, что отжал у конкурента сарай за четыреста тысяч. Дно, конечно. Но я знал цену этому сараю. Не четыреста тысяч была его цена. Его цена была — контроль над землёй вокруг «Диагноста». Первый колышек, вбитый в свою территорию раньше, чем это сделал Орлов.

Первый шаг сделан.

— Ну и ладно, — сказал я себе под нос и пошёл к машине.