Шипы кровавой розы (СИ), стр. 18

— Мы не будем атаковать, — и они обе удивлённо посмотрели на меня. — И мы не будем отступать. Мы останемся здесь.

— Что? — не поняла Урсула. — Просто сидеть и ждать, пока они нас перебьют поодиночке?

— Нет, мы превратим это место в нашу собственную крепость.

Я взял уголёк и начал рисовать прямо на карте.

— Мы вгрызёмся в эту землю, как клещи. Корин и его гномы превратят эту лощину в в мощный военный лагерь. Мы выроем окопы в полный рост, создадим целую сеть траншей и блиндажей. Танки временно вкопаем в землю по самые башни, превратив их в стационарные огневые точки. Артиллерию разместим на обратных склонах холмов, в укрытиях, недоступных для прямого огня с кораблей и стен. Мы создадим здесь свою «линию Маннергейма».

Я говорил, и с каждым словом мой план становился всё чётче, всё реальнее. Я видел эту картину так ясно, как будто она уже была перед моими глазами.

— Переходим к позиционной войне и осаде. Каэлан будет вынужден осаждать нас после того, как мы перережем все его сухопутные коммуникации. Ни один караван или гонец не должен пройти. Мы запрём его в его собственной крепости.

— А флот? — спросила Лира, внимательно слушая меня. — Они по-прежнему могут обстреливать нас с моря. Плюс доставлять припасы по воде.

— Могут, — согласился я. — Но, во-первых, много на кораблях не притащишь, плюс нам никто не запрещает при разгрузке устроить артиллерийский налет. Во-вторых, контрбатарейная стрельба с подготовленных позиций, это не дуэль в чистом поле. Да, они нанесут нам урон, но это будут не те потери, что сегодня. А мы, в свою очередь, будем постоянно беспокоить их. Ночные вылазки, снайперский террор, диверсии. Мы измотаем их, лишим сна и покоя, заставим их постоянно быть в напряжении. Рано или поздно, они совершат ошибку. Каэлан не сможет долго сидеть за стенами, зная, что мы хозяйничаем в его тылу. Темный будет вынужден сделать вылазку, потом еще одну. В итоге мы должны вывести его на генеральное сражение, в котором он попытается сбросить нас в море или полностью уничтожить. И вот тогда мы его и встретим, на нашей территории и наших условиях.

— Это хороший план, Михаил, — наконец, сказала лисица. — Но у него есть одно слабое место, портал. Что, если Каэлан, поняв, что не может справиться с нами своими силами, просто активирует его и вызовет подкрепление?

— Все так, эта часть самая рискованная, — не стал отрицать. — Но у меня есть смутное подозрение, что активация такого мощного артефакта, дело небыстрое и очень энергозатратное. Иначе они бы уже давно это сделали. Возможно, для этого нужен какой-то ритуал, или редкие компоненты, или определённое время. И я очень надеюсь, что у нас это время есть. Кроме того, помнишь, что говорили разведчицы? Каэлан запрашивал подкрепление из восточной крепости. Зачем, если он может просто открыть портал?

Мои доводы были шаткими, основанными скорее на интуиции, чем на фактах. Но сейчас это было всё, что у нас было.

— Хорошо, — кивнула Лира, принимая мой план. — Я займусь его тылом, мои девочки превратят жизнь его патрулей и гонцов в кошмар.

— А мои парни покажут ушастым, что такое настоящий орочий гнев! — подхватила Урсула. — Будем жечь и резать их дозоры, не дадим им спать по ночам!

Я посмотрел на своих командиров. Огонь в их глазах снова зажёгся, уныние и растерянность сменились азартом и предвкушением новой, жестокой игры.

— Тогда за дело, — я встал. — Времени у нас мало. Корин! — крикнул, выглядывая из шатра. Гном, который, оказывается, всё это время стоял снаружи и слушал, тут же вошёл.

— Я всё слышал, Железный, — пробасил он. — План хороший, гномий. Мы любим копать. Дай мне три дня и всех, кто может держать лопату, и я построю тебе здесь такую крепость, что сам дьявол в ней ногу сломит.

— У тебя два дня, Корин. И я дам тебе не только лопаты, но и все мои танки в качестве бульдозеров.

Лорд Каэлан стоял на верхней площадке центральной башни и в подзорную трубу наблюдал за лагерем варваров. Его губы были сжаты в тонкую, безразличную линию, но в глубине тёмных глаз виднелось холодное торжество. Представление, которое устроил ему этот Железный Вождь, превзошло все его ожидания. Он не просто отбил атаку, он унизил противника, показал ему его место. Заставил бежать, поджав хвост, как побитую собаку.

Лорд-командер, как в лагере варваров царит суета. Они хоронили своих мёртвых, таскали раненых, пытались починить разбитую технику. Каэлан с презрительной усмешкой наблюдал за этой мышиной вознёй. Они явно были сломлены, моральный дух этой разношёрстной армии, их главное оружие, был подорван. Ещё один удар, точный и безжалостный, и войска рассыплются, как карточный домик.

— Мой лорд, — за спиной раздался голос адъютанта. — Флот готов к повторному обстрелу. Ждём только вашего приказа.

— Отставить, — не оборачиваясь, произнес Каэлан. — Слишком много чести для этих дикарей. Тратить на них драгоценные магические заряды непозволительная роскошь. У нас есть дела поважнее.

Он медленно опустил подзорную трубу. Его план был прост и эффективен. Он не собирался ввязываться в затяжную перестрелку. Зачем, если можно просто перерезать врагу глотку, пока он спит?

— Собери мне пятый и седьмой полки гвардии. Тех, кто прошёл кампанию в Тенистых Топях. Мне нужны воины, которые умеют двигаться бесшумно и убивать быстро.

Адъютант удивлённо вскинул брови. Пятый и седьмой полки были элитой, что прошли с Каэланом десятки сражений, были специалистами по ночным операциям и диверсиям. Использовать этих воинов для атаки на разбитого и деморализованного противника казалось излишним.

— Но, мой лорд, — неуверенно начал он, — возможно, хватит и обычных линейных частей…

— Я сказал, лучших, — ледяным тоном оборвал его Каэлан, и адъютант съёжился под его взглядом. — Я хочу не просто разогнать их, хочу вырезать их всех до единого. А главное, мне нужна голова Железного Вождя. Сегодня ночью этот балаган закончится, корабли высадят десант в шести километрах к северу от лагеря. Ночь безлунная, они подойдут к ним вплотную и нанесут удар, когда те меньше всего будут этого ожидать.

Каэлан снова повернулся к окну. Лорд-командер уже представлял себе эту картину: паника, крики, огонь, и его гвардейцы, как призраки, скользящие в темноте и несущие смерть. Это будет красивый финал, достойный лорда Каэлана, одного из лучших полководцев Великой Мортаны.

Ночь была чернильно-чёрной. Низкие тяжёлые тучи полностью скрыли луну и звёзды. Море тихо плескалось о борта кораблей, которые бесшумно скользили к берегу. Внутри, набившись, как сельди в бочке, сидели воины пятого и седьмого полков. Ни единого звука, ни единого лишнего движения. Лишь изредка в темноте блестела сталь клинка, которую тут же накрывали такнью.

Командир десанта, высокий, жилистый эльф с лицом, покрытым ритуальными шрамами, стоял на носу головного корабля и всматривался в темноту. Он был ветераном десятка кампаний, и чутьё редко его подводило. Сейчас оно молчало, берег был пуст и тих. Слишком тих.

Высадка прошла идеально, две тысячи элитных воинов бесшумно ступили на песчаный пляж и тут же растворились в прибрежных кустарниках. Эльфы двигались, как единый, смертоносный организм. Впереди шли следопыты, прощупывая дорогу, за ними основной отряд. Командир шёл в авангарде. Темный видел впереди редкие, тусклые огни вражеского лагеря. Всё шло по плану, варвары спали, уверенные в своей безопасности после дневного унижения.

Они подошли к лагерю почти вплотную. До первых, наспех вырытых окопов, оставалось не больше сотни метров. Командир поднял руку, останавливая свой отряд. Достал из-за пояса сигнальный рожок, чтобы отдать приказ к атаке.

И в этот момент он почувствовал болезненный укол в шею. Он удивлённо моргнул, поднёс руку к шее и нащупал тонкое, как игла, оперение стрелы. Яд подействовал мгновенно, ноги подкосились, мир перед глазами начал расплываться. Падая, он успел увидеть, как из темноты, из-за каждого куста, из-за каждого камня, вырастают тени.