Путешественник (ЛП), стр. 309
Пурпурный отлив в глазах Катлеи мгновенно потемнел и сгустился. Не став тратить время на новые свитки, она резким, властным жестом выбросила правую ладонь вперед.
— Клетка!
Едва это тяжелое, дышащее мистикой слово слетело с губ пиратской владычицы, как кружащие вокруг нее ослепительные искры сорвались с места. Одна за другая они устремились к серо-черному чудовищу.
Звездная пыль мгновенно уплотнилась, выковав вокруг монстра исполинский прозрачный янтарь. Стенки наглухо спеленали пульсирующую плоть, пригвоздив тварь к ее изначальному месту.
В эту самую секунду в правой руке «Сильнейшего Охотника» Андерсона уже материализовался непроницаемо-черный, матовый короткий меч. Его лезвие, казалось, было сплошь покрыто извивающейся вязью зловещих рун, однако это был лишь искусный морок.
Воспользовавшись тем, что чудовище угодило в звездный капкан, Андерсон позволил ослепительно-белому пламени окутать свое тело.
Огненным метеором он перемахнул через фальшборт, обрушившись прямиком на сотканную из мертвецов серо-черную тушу.
Ослепительно-белое зарево принялось молниеносно, зигзагами носиться по поверхности монстра, словно безумный художник, творящий свой шедевр на пределе возможностей.
Вжух! Ревущее пламя столбом взметнулось в небеса, а Андерсон, не выпуская из рук черного клинка, хищным прыжком вернулся на палубу.
Исполинская тварь так и осталась неподвижно висеть в ловушке, казалось, напрочь лишившись искры жизни.
Хрясь! Хрусь! Тресь! Шкура монстра покрылась целой паутиной зияющих, бездонных разломов, и в жалкую долю секунды его разорвало на мириады мелких, кровоточащих кусков плоти.
«А пробивная мощь у этого „Жнеца“ и впрямь заоблачная…» — Клейн, уже успевший перетасовать свой арсенал и вернувшийся к окну, воочию узрел эту картину.
Внезапно его брови едва уловимо дрогнули, сойдясь на переносице.
Грянула новая, непредвиденная напасть: растерзанные куски плоти вдруг отрастили собственные «руки и ноги». Подобно саранче, они сплошной, застилающей небо тучей ринулись прямо на палубу «Будущего».
Этот серо-черный исполин казался воистину бессмертным: на сколько кусков его ни разруби, он лишь плодил новые, омерзительные полчища монстров!
Абсолютно бесшумно один из таких мясных комков отпружинил от палубы прямо напротив капитанской каюты. Хищно разинув пасть, он метнулся к «Адмиралу Звезд», намереваясь наглухо укрыть ее голову.
В тот же миг из густой тени вынырнул силуэт, надежным щитом заслонив Катлею. Это был не кто иной, как «Бескровный» Хит Дойл.
Мужчина распахнул рот. Его плоть с тошнотворным треском начала расходиться по швам — от самого носа и до живота, стремительно превратившись в гротескный, медленно пульсирующий водоворот из мяса и крови.
Эта жуткая воронка намертво всосала в себя серо-черный комок. Края раны мгновенно схлопнулись, заживо похоронив тварь в недрах тела Хита.
«Бескровный» безмолвной тенью опустился на доски. Его изрядно шатнуло, но он быстро вернул себе равновесие и первозданный облик, а тот самый кровожадный мясной огрызок исчез без следа.
«Самая дикая, леденящая жуть в этом ублюдке — его аномальная живучесть. Вот бы умыкнуть этот талант…» — спалив очередной амулет «Левитации», Клейн выскользнул в окно. Вытянув вперед правую руку, обтянутую черной перчаткой, он широко растопырил пальцы.
Картина перед его взором тут же претерпела радикальные метаморфозы. Люди и предметы растворились, уступив место калейдоскопу пульсирующих, разноцветных световых сгустков.
Эти сферы непрерывно перетекали друг в друга, лихорадочно мерцая и не давая рассудку зацепиться за хоть какую-то осмысленную закономерность.
Но сквозь эту призму Клейн всё же выхватил главное: все серо-черные куски плоти были намертво связаны незримыми, общими световыми нитями. С виду они казались разрозненными тварями, но на деле оставались единым, неделимым целым.
Юноша с ледяным хладнокровием сжал пальцы правой руки в кулак, намертво ухватив один из таких сияющих узлов, и с силой провернул запястье вправо.
В ту же долю секунды он воочию узрел, как желто-зеленое сияние с корнем вырывается из чудища, наполовину впитываясь прямо в его ладонь.
Это была квинтэссенция, олицетворяющая талант «Ядовитого тумана».
Он играючи украл у этого серо-черного отродья способность плодить заразу!
Вот она — истинная, сокрушительная мощь перчатки «Огниво»!
Одновременно с этим сыщик обнаружил, что его собственный навык «Переноса урона» бесследно испарился!
«Двенадцать часов. В течение этого срока цель можно обобрать лишь единожды…» — понимающе констатировал Клейн. Он видел, как удушливый, едкий желто-зеленый смог, разъедающий звездный щит «Будущего», стремительно бледнеет и тает, а усеявшие палубу куски мертвечины начинают ссыхаться и чернеть.
Благодаря этому корсары наконец-то выгадали краткий миг для передышки, а «Адмирал Звезд» Катлея тем временем приколола к груди своей классической мантии золотистую брошь.
Украшение, казалось, было целиком отлито из чистого золота и формой напоминало диковинную птицу с роскошным, тянущимся за ней длинным хвостом.
Атмосфера вокруг внезапно налилась первозданным, незыблемым покоем. Вся паника и звенящее напряжение бесследно испарились, словно по мановению волшебной палочки. Даже Клейн не избежал этого непостижимого, давящего воздействия: юноша поймал себя на мысли, что в одночасье превратился в лишенного малейших эмоций живого мертвеца.
И в этот самый миг, когда развязка была уже близка, прямо по курсу из океанских далей вынырнул силуэт надвигающегося корабля.
То был такой же исполинский парусный левиафан. Его обшивка отливала свинцовой, непроницаемой чернотой, сквозь которую пробивался зловещий, мертвенно-зеленый оттенок.
А на мертвенно-бледном главном парусе красовалась искусно выведенная эмблема: распустившийся во всей красе черный как смоль тюльпан.
Флагман «Адмирала Ада» Людвилла — легендарный «Черный Тюльпан»!
Поистине частый гость в этих гибельных водах!
Глава 658
Пятьдесят пять тысяч фунтов
«Черный Тюльпан»… «Адмирал Ада» Людвилл… Впереди волк, позади тигр… Не слишком ли это паршивое невезение для одного дня? Парящий в воздухе Клейн первым заприметил надвигающийся корабль. Он не удержался и скосил взгляд вниз, прямо на Андерсона, который, сжимая в руке абсолютно черный короткий меч, пристально изучал монстра.
Искатель сокровищ в недоумении бросил на него быстрый взгляд. Не ослабляя бдительности и ежесекундно ожидая новой атаки серых кусков плоти, он обронил:
— У тебя какой-то странный взгляд. Что еще стряслось?..
Не успев договорить, он на одних инстинктах захлопнул рот. Мгновенно почуяв неладное, Андерсон рыбкой ушел в боковой перекат, играючи уклоняясь от тех самых брызг монстра, из-за которых его ногти пугающе шли в рост, и проворно метнулся к противоположному борту.
Выпрямив спину и вытянув шею, он вдруг резко, со свистом втянул воздух:
— «Адмирал Ада»…
Этот тип отнюдь не отличался добродетелью. Будучи пиратским владыкой, чье имя прославилось благодаря бессмысленной и беспощадной резне, он бы и бровью не повел, решив нажиться на чужой беде.
Стоило ему лишь взвесить все риски и смекнуть, что, воспользовавшись атакой этого могущественного монстра, он сможет стереть в порошок «Адмирала Звезд», пустить в расход всю команду «Будущего» и сорвать поистине баснословный куш — он ударит без малейших колебаний!
«Моя черная полоса никуда не делась. Она просто сменила тактику, решив скопить все мелкие беды и вывалить их на меня разом?» — лицо Андерсона исказилось в нелепой, гротескной гримасе, в которой дико сплелись слезы и истерический смех.
В это же самое время в памяти Клейна молниеносно всплыло соответствующее досье:
«Адмирал Ада» Людвилл! В одном лишь Королевстве Лоэн за его голову назначили награду в пятьдесят пять тысяч фунтов!