Мира (СИ), стр. 37

— Рад, что угодил, — обрадовался он и приник к моим губам в новом нежном поцелуе. От которого нас отвлекло мигающие сияние. Я перевела взгляд на источник и поняла, что это рука Вальтера. Он проследил мой взгляд и скривился. — Осталось десять минут…

— Мы так долго возились с одеждой, — ахнула я и потянула на себя Терри, который от такой моей реакции рассмеялся. Все происходящее напоминало фарс. Я кое-как перевернулась на бок, отметив про себя, что ещё буквально вчера, была намного поворотливее. Вальтер устроился сзади и приподнял мою ногу. Другая его рука нежно прошлась по моим складочкам, вызывая тёплый отклик.

— Такая нежная, — прошептал он таким волнующим голосом, что я мгновенно взмокла. Его твёрдый член упёрся в мои лепестки, аккуратно проталкиваясь внутрь. Совершенно неясно, как ему удавалось оставаться таким спокойным, когда времени почти не осталось, но он продолжал действовать нежно и плавно. Проникая в меня сантиметр за сантиметром. Вызывая тихие ахи и покусывания губ. Как только он полностью вошёл, я услышала довольный стон и с его стороны.

Дальше были трепетные, но настойчивые толчки, заботливые поглаживания и наши общие стоны. Всё это забавно переплеталось с необходимостью вложиться в кратчайшие сроки. Для факта подтверждения брака, было достаточно и одного Вальтера, но он настойчиво теребил мой клитор пальцами, доводя меня до исступления, и отказывался финишировать без меня. Когда я наконец забилась в оргазме, метка на его руке предупреждающе горела красным. Он последовал за мной сразу же, успокаивая и себя, и меня, и метку. Она благополучно пропала, а мы весело рассмеялись.

— Марафон какой-то, — выдохнула я, когда мы успокоились.

— Да, не таким я представлял наш первый секс, — улыбнулся мужчина, ласково целуя мой живот. — Нам непременно стоит все повторить по-настоящему. Я хочу, чтобы это было незабываемо.

По моему телу все ещё растекались волны наслаждения, двигаться я не хотела, поэтому лениво мурлыкала на его касания.

— Давай сделаем это, когда у меня не будет живота, а то я какая-то неполноценная. И очень круглая, — вздохнула, прижимаясь спиной к тёплому мужскому торсу.

— Ты прекрасна, как и твой животик. Надеюсь, это не последняя твоя беременность, Мира, — сказал мужчина, балдея от пинков карапузов.

— Почему? — удивилась я такому желанию.

— Потому, что я хотел бы ощутить и своего ребёнка в твоём животе, — пояснил Вальтер, а я даже не поленилась обернуться.

— Тебе не кажется, что ты быстро как-то захотел от меня деток?

— Ты моя жена, единственная на всю жизнь. От кого же ещё мне хотеть. А о детях я мечтал всегда. Твой животик дарит надежду… — Терри поцеловал меня в плечо и взглянул своими невозможными фиолетовыми глазами. — Ты знаешь, кто именно их отец?

— Нет, но Эвр утверждает, что он, — разулыбалась я, вспоминая демона.

— Это будет несложно определить, рыжие дети хорошо заметны, — тоже улыбнулся Терри. Я погладила свой живот, ловя новые толчки малышни. Уже совсем скоро, родные.

Глава 16

Следующие несколько недель прошли прекрасно. Моя обновлённая семья осваивалась. Вальтер искал своё место в нашей жизни. Как оказалось, любимый мамин ребёнок не сильно обременял себя учёбой, поэтому особой профессии не получил. Но без собственного дохода претендовать на семью он бы не смог. Вот почему он занялся самым простым и эффективным, что мог придумать. Открыл несколько ларьков с выпечкой по всему городу. Выпекал не он, продавал не он, но организовал все сам. По словам Тана, получилось у него добротно, хоть и требует некоторой доработки, а в некоторых вопросах и реорганизации. Но, в целом, мой старший муж остался доволен, а с его запросами, это не мало.

Терри был сильно удивлён тем, как функционирует наша семья. Необходимость перенастроить финансовый браслет не на меня, а на Перстана повергла его в шок. Не знаю как, но после нескольких часов за закрытой дверью с моим старшим мужем, они уладили этот вопрос. Но Терри ещё несколько дней бросал на меня странные взгляды и качал головой, о чем-то размышляя. В то же время, его поразило то, как я распределяю внимание и любовь между всеми своими мужчинами. Он много раз повторял, что приятно удивлён и счастлив, что попал в нашу семью. Лучше всего он нашёл общий язык с Теренсом. Возможно, потому что был ближе всего с ним по возрасту. А может, потому, что оба были шалопаями.

Теренс, с появлением Вальтера, стал более раскованным и общительным. Хотя своё поведение так и не поменял, продолжая доставлять нам хлопоты разного рода. Каждый раз, заставая его у Тана на очередном выговоре, я благодарю судьбу, за то, что она помогла избежать такого брака. Намаялась бы я с таким мужем. Ох, намаялась бы.

Единственный, кто ходил как серая туча, был Марон. Он сильно изменился с появлением Вальтера. Нет, отношение ко мне осталось прежним, но настроение в целом, ухудшилось. Я видела, что его что-то смущает. Но он не спешил делиться со мной. Перстан уверял, что ему нужно время. Но такая сильная неприязнь между Мароном и Вальтером не давала мне покоя. А когда в нашей семье приостановилась половая жизнь, неприязнь стала в разы сильнее.

Мой живот вырос до немыслимых размеров, и Леннард строго настрого запретил секс. И никакие мои умоляющие глазки не смогли помочь. Спорить с мужем я не стала, но не выплеснутая сексуальная энергия начала накапливаться не только у меня.

Когда я, собравшись с духом и ревностью, намекнула мужчинам, что понимаю их потребности и не против их посещения улицы развлечений… Со мной перестал разговаривать даже флегматичный Кир. Я не знаю, как бы развивались события в нашей семье дальше, если бы не сегодняшний день.

Первую половину дня я преспокойно провела в мастерской. Молчаливый Кир был полностью поглощён в свои работы, создавая одновременно и ощущение присутствия родного человека рядом и его полное отсутствие. Он заканчивал красивые картины для детской, которые должны были одновременно радовать и дочерей и сына. На картинах была изображена жизнь и приключения насекомого, очень похожего на бабочку. Всего было пять картин и на каждой с бабочкой что-то происходило. На одной она нашла вкусную пыльцу, на другой встретила подружку и так далее. Все события были счастливыми, конечно же. Я очередной раз восхищалась талантами Кира, все его рисунки казались живыми. Подойди, протяни пальчик к картине и прикоснись к бабочке, а она взмахнёт крыльями и улетит, сияя фиолетовым боком на прощание.

Я прикрыла глаза, наслаждаясь моментом умиротворения.

Внизу что-то упало. Сердечко испуганно трепыхнулось. Не знаю почему, но я была уверена, что это не просто случайная ваза. Что-то произошло.

Я посмотрела на Кира, кисточка застыла в сантиметре от холста. Он прислушивался и не шевелился. Ещё один “бубух” и он разворачивается ко мне, откладывая кисть в сторону.

— Мира, посиди здесь, пожалуйста, — просит он, но я не слушаю. Я должна понимать, что происходит в моем доме. Видимо, он читает это в моих глазах. — Упрямая, я прошу тебя остаться, потому что тебе нельзя нервничать.

— В неведении я буду переживать намного сильнее! — сама не заметила, как повысила голос. Стало стыдно, Кир ничего не сделал, чтоб на него кричать. Опустила взгляд в пол. Ощутила его мягкие объятия.

— Ну-ну, малышка. Я все понимаю. Просто посиди тут, я узнаю, что там случилось и вернусь. Ладно? — тихо шепчет он. Я нехотя киваю, объятия размыкаются, мне становится холодно и зябко. Обхватываю себя руками и вижу, как Кир выходит из комнаты, легонько прикрывая дверь.

Минута, вторая, новый “бубух”, и я не выдерживаю. Спешу со всех своих сил, чтобы понять, что же так грохочет. На моем пути невероятная преграда — лестница. Раньше это было прекрасным дизайнерским решением, а теперь ненавистными двадцатью тремя ступеньками. Которые я мало того, что не вижу из-за своего внушительного живота, так ещё и боюсь оступиться. Одной рукой держусь за перила, второй за живот и шаг за шагом, под усиливающийся шум снизу, преодолеваю препятствие. На середине лестницы я уже была готова убить всех причастных к этому безобразию. Под конец ступенек, я подумывала о том, что отречение, это не самый плохой из вариантов. Додумаются тоже, беспокоить беременную меня. Но, когда я всё же добралась до эпицентра шума, все мои мысли выветрились из головы. Конфликт был между Мароном и Вальтером. Они снова дрались. Остальные мужья тоже были здесь. Кир заметил моё появление и неодобрительно покачал головой. А я пожала плечами, нечего было так долго не возвращаться. Я, вон, успела за это время сама с лестницы спуститься. А это вам не хухры-мухры. Новый удар и все наше внимание вернулось к дерущимся.