Мира (СИ), стр. 20

— Ты права, нам стоит все прояснить с самого начала. Но проблема в том, что мы даже приблизительно не знаем с чего начать, — осторожно начал Марон.

— Это не проблема. Начнём с самого простого. Как устроены семьи? О том, что вы исполняете любую, даже самую дурацкую, прихоть жены, я уже поняла. А как устроены семьи изнутри? Ты, Марон, говорил, что в семье очень много обязанностей, которые изначально возложены на мужей. Что это за обязанности? Что происходит с вашими сбережениями, когда вы попадаете в семью? — сыпала я вопросами. Как оказалось, не одну меня интересовали ответы. Кир тоже обратился в слух.

— Семьи устроены просто. Есть жена, она главная. Как ты правильно заметила, любое желание жены — закон. Никто из мужей не имеет права ослушаться. Каждая женщина может взять в мужья неограниченное количество мужчин. Попадая в семью, каждый мужчина отдаёт жене все, что у него есть. В том числе все сбережения, вложения и дело, если оно есть. Конечно, фактически, женщины редко действительно забирают дело. Чаще всего просто отбирают весь или почти весь доход. Хотя встречаются и те, которые отбирают дело полностью и отдают другому мужу. Такое может случиться в наказание, например, — начал рассказывать Марон.

— Встречаются и те, что на отборе выбирают мужчину, чтобы отобрать его дело в подарок любимому мужу или для собственного удовольствия, — с горечью добавил Тан.

— А что же тогда делает этот мужчина? — удивилась я. — Неужели просто терпит?

— Терпит… Скорее смиряется с неизбежным. У любого мужчины в семье есть своя зона ответственности. И у того, кого забрали дело, она тоже будет. Правда, совершенно другая, — продолжил Мар.

— Например, следить за детьми или мыть посуду, — добавил Нес.

— Звучит неправильно, — меня расстраивал подобный расклад жизни. Хорошо, что в моей семье так не будет.

— Поэтому я и избегал семьи. Знал, что мой талант либо погрязнет под портретами жены, либо вообще запретят рисовать, — тяжело вздохнул Кир и с надеждой посмотрел на меня.

— Я не собираюсь ограничивать ваши таланты или отбирать дела. Это глупо и непрактично. Пока дело каждого из вас в руках хозяина, оно будет процветать, а значит приносить пользу семье. Я не вижу смысла поступать иначе, — заверила я, а Кир выдохнул и успокоился. Краем глаза, я заметила, что успокоила я не его одного. Ну и хорошо.

— Что касается финансов, то мы их не контролируем с тех пор, как попадаем в семью, — сказал Марон.

— Как это? У вас же есть браслеты. И они работают. Я не понимаю, — озадачилась я.

— В теории, мы можем дальше распоряжаться всеми сбережениями и доходами, что получаем. Но для этого нам нужно твоё разрешение. Обычно жены перенастраивают браслеты всех мужей. Браслеты блокируются или ограничиваются в суммах. А всё заработанное попадает сразу на счёт семьи, — объяснил Тан.

А я зависла. То есть, все мужья ходят без денег. Условно только мороженое себе купить и могут. И то, если жена разрешит. Это какой-то бред. Я пробежала глазами по своим мужчинам. У каждого на руке был браслет. Все они молчали, явно думая о том, заблокирую ли я их браслеты прямо сейчас. Вот Эв даже покрутил его. Точно думает об этом. Я не выдержала и стукнула ладонями по столу. Мужчины едва заметно дёрнулись от неожиданности.

— Вы решили, что я тоже так поступлю? Хотя чего это я, вы же меня совсем не знаете. Конечно, вы так думаете. Зря! Я в корне не согласна с вашей прогнившей системой. И мы тут все изменим. Но сначала наведём порядок внутри нашей семьи, — выпалила и задумалась. А как? — Но одна я не справлюсь с этим. Придётся поучаствовать вам всем.

Мужья озадаченно переглянулись.

— Изначально ясно, что систему придумали не дураки. Но некоторые идиотки ей откровенно злоупотребляют. Каждый должен отдавать часть дохода в семью, иначе бюджет семьи не будет пополняться вообще. Но это должна быть разумная часть, которая не повлияет на развитие дела. Согласны со мной? — рассуждала я.

На некоторое время воцарилось молчание.

— Да. Это действительно логично. И чего же ты хочешь от нас? — осторожно спросил Тан.

— Я хочу, чтобы вы совместными усилиями решили, что это за часть. Как её рассчитать, индивидуально для каждого или какой-то процент. В общем, пополнение семейного бюджета, я перекладываю на ваши плечи. Считайте, что мы большая компания, которая состоит из пяти маленьких. Каждую маленькую нужно развивать и поддерживать. Но и каждая из маленьких должна развивать и поддерживать большую. Ну, как-то так, — махнула я рукой, догадываясь, что объясняю чертовски плохо. Но может, поймут. И закинула в рот печенье.

— Хорошо. Это мы уяснили. Конечно, это очень непривычно, но по-мужски. Женщины обычно рассуждают иначе. А как мы разберемся, что происходит с семейным бюджетом, если им управлять можешь только ты? — стал уточнять Марон.

— А мы это исправим, — улыбнулась я.

Этот завтрак закончился очень не скоро. Четверо мужчин активно начали обсуждать новые правила жизни. Мы с Киром практически не участвовали в этом. Я ничего не понимала в делах мужей, а Киру хватило того, что на его творчество не посягают. Посидев ещё полчаса, он легонько подтолкнул меня в плечо и утащил делать мастерскую. Нашего отсутствия не замечали почти три часа. А когда четыре испуганные пары глаз нашли нас в мастерской, она была закончена и выглядела потрясающе. Мы все же остановились на угловой комнате. В ней очень много света. Повсюду уже стояли мольберты и краски. На некоторых даже успели появиться наброски.

— Прости, — едва слышно прошептал Марон.

— Мы увлеклись, — покаялся Тан.

Я проблемы не видела, поэтому подошла к нерам и поцеловала каждого. Заметив явное облегчение, улыбнулась.

— Вы придумали, как мы будем жить? — горела нетерпением я, пытаясь выпутаться из крепких объятий Эвра, который лёгким поцелуем решил не ограничиваться.

— Да. Если следовать нашим расчётам, то и бюджет семьи не будет страдать, и дела наши будут развиваться, — отчитался Перстан, а у самого взгляд скептический.

— Что не так? — поинтересовалась я и, наконец, освободившись из рук Эва, шагнула к Тану.

— Все так, маленькая, — сказал Тан, но я ему не поверила.

— Просто мы ещё не видели ни одной неи, которая смогла бы ограничить свои траты. И если мы точно уверены, что наш план сработал бы с нерами, то как он воплотится с тобой, мы пока не знаем, — продолжил за него Мар, незаметно забирая меня в свои объятия.

Сначала я сильно обиделась. Вот, значит, какого они обо мне мнения. А потом я резко начала остывать. А как им ещё обо мне думать? У них на примере только эти жирные свиноматки. Они смогут убедиться только на реальной жизни, что я другая. Значит, обижаться смысла нет.

— Ладно. Я понимаю ваши опасения. Вы нашли способ — это главное. Кто будет главным казначеем в семье? — полюбопытствовала, понимая, что я на эту роль никак не подхожу. Я кто угодно, но не бухгалтер.

— Если ты согласна передать права управления главным браслетом, то лучше всего с этим справится Перстан. У него есть подходящий опыт и навыки, — сказал Марон и поцеловал мою макушку.

— По сути, тебе не надо передавать права или браслет. Мы изменим статус моего браслета. Это избавит тебя от ненужных вопросов со стороны других ней. Твой браслет будет главным, как и прежде, просто мой тоже станет управляющим. Для ней я буду выглядеть как твой фаворит, — начал объяснять Тан. Я лишь отмахнулась.

— Делайте, как считаете нужным, я не против, — согласилась и вдохнула расслабляющий аромат можжевельника. — Раз вы всё решили с этим вопросом, объявляю перерыв в семейном совете. Займитесь обустройством собственных кабинетов и комнат. Я хочу, чтоб наш дом как можно скорее обрёл завершённый вид.

— Хорошо, Мира. Мы ещё подумали, что о твоей беременности стоит пока молчать. Сейчас женщины не воспринимают тебя как сильную конкурентку. Но если они узнают, что в нашей семье будет так много девочек, проблем не избежать. Мы остерегаемся нападения на тебя. Поэтому лучше подождать, пока этот факт не станет очевидным, — отметил Тан.