Первый Предтеча IV (СИ), стр. 31
«Рух, лети напрямую, — послал я сигнал птице. — Трассы извилистые, по прямой будет короче».
«Лечу», — коротко ответил Рух, чуть скорректировав направление.
Я сжал кулаки. В голове крутилась лишь одна мысль:
'Мира. Игоша. Ребята.
Продержитесь! Мы уже едем!'
Глава 16
Мирослава
Дом Северских
Этим вечером Мирослава отошла от обычая и не допила своё какао. По привычке она приготовила две кружки, но выпила лишь половину своей — без Анхарта вечерний ритуал ощущался неполным, а пить в одиночестве напиток, ставший теперь для них общим, сегодня не особо хотелось.
Засыпая, она подумала, что когда колонна вернётся, шум двигателей её всё равно разбудит.
Но разбудил девушку отнюдь не шум машин и не голоса…
Интуиция? Шестое чувство?
Это ощущение ей было хорошо знакомо и почти никогда не подводило. Правда, в этот раз оно сработало иначе, чем обычно, будто бы на полную мощность, отчего девушка за секунду вскочила с кровати, прогнала по телу энергию, приготовившись к бою, и прислушалась к звукам снаружи.
Всё было тихо…
Однако сердце бешено стучало, и Мирослава чувствовала неладное. Схватив аккуратно сложенные штаны, она начала их натягивать, как вдруг снаружи раздался глухой стук, сопровождаемый долгим эхом. Затем ещё один…
Похоже на выстрелы…
Мирослава торопливо стянула ночную майку и потянулась за спортивным бюстгальтером. Волосы лезли в лицо, и девушка раздражённо отбросила их назад, а затем, нащупав на тумбочке резинку, стянула хвост в три оборота.
Следом за одеждой и берцами Мирослава накинула персональный бронежилет, который держала в углу комнаты, и стала наспех затягивать боковые ремни. Вчера она в кои-то веки аккуратно подпилила ногти, и сейчас они не давали ухватить тугую пряжку. Тогда Мира дёрнула сильнее, ноготь сломался, но она на это даже не обратила внимания.
— Снайпер работает! — крикнул снаружи один из часовых. — С леса бьют! Все по укрытиям!
Рация на столе отрывисто шипела. Мобильный телефон показывал плашку «нет связи».
— Чёрт! — выругалась она, проверив подаренный Анхартом нож и сняв с крючка личный автомат.
Девушка выбежала на крыльцо. Рядом уже сновали гвардейцы, занимая позиции и безуспешно пытаясь вызвать кого-нибудь по рации.
— Мирослава Сергеевна! — подбежал к ней гвардеец и ткнул пальцем на север. — Снайперы бьют с леса! Минимум два ствола, расстояние более полутора километров! По часовым целились!
Эхо выстрела ещё висело в воздухе, когда Мирослава увидела нечто невероятное. В сотне метров от дома в воздухе вспыхнуло разноцветное сияние, погасившее удар. Место Силы защищало территорию, и пули просто натыкались на невидимую стену.
Рации продолжали шипеть. Мира на секунду сжала зубы. Если связь глушат — значит, подошли к операции серьёзно. А это значит…
— К Галине Сергеевне, быстро! — бросила она гвардейцу. — У неё стационарный телефон! Пусть звонит старосте, задача — укрыть гражданских!
Следующая пуля пробила защиту и косо чиркнула по крыше дома, выбивая щепки. Значит, мощи Места Силы не хватает для полной защиты от всех снарядов.
Хотя конкретно эта пуля явно отклонялась от цели не случайно.
В ту же секунду над Чёртовой Лапой взвыла сирена — кто-то из часовых запустил тревожный ревун, который ещё неделю назад установил Святогор на столбе у ворот.
Мирослава присела за перилами крыльца, прикидывая дальнейшие действия. Снайперы далеко — со стороны леса им просто физически не добраться до деревни. Но и до них добраться будет непросто — минут десять-пятнадцать на транспорте в объезд…
«Они отвлекают внимание, — кивнула она сама себе. — Враг надеется, что мы выедем к снайперам на перехват».
— Слушай мою команду! — Мирослава выпрямилась в полный рост, оставаясь вне зоны обстрела, и повысила голос. — К лесу не стягиваться! Выставить ответных снайперов в подходящих местах! Двоих часовых направить на западное направление, остальным распределиться равномерно по периметру! Где Дуга?
— У восточного забора!
— Передай ему: пусть усилит восток и юг. Главный удар может быть оттуда. Бегом!
Один из гвардейцев кивнул и рванул выполнять приказ, а Мирослава побежала к казарме, откуда уже выбегали поднятые по тревоге бойцы.
Внутри неё всё горело от напряжения. Половина гвардии уехала с Анхартом…
Осталось чуть меньше тридцати бойцов, некоторые из которых были приняты только на днях.
Но это её люди. И её территория.
Она не собиралась ни прятаться, ни бездействовать в ожидании помощи
Бирюк
Восточный дозор
Бирюк сидел на наблюдательном посту, привалившись спиной к берёзе, и думал о пепельниках.
Ребята сейчас где-то под Вологдой зачищают тварей, а он пялится в темноту на дальнем дозоре. Но приказ есть приказ, и гвардеец был готов его выполнить идеально. Он, как и другие бойцы, по гроб жизни обязаны капитану Горцеву. И за то, что было на Хабаровском рубеже, и за то, что случилось позже и, разумеется, за то, что случилось недавно.
За возможность снова полноценно встать в строй! Хотя за это гвардейцы больше всего благодарили отнюдь не своего Святогора…
«Но всё равно обидно тут торчать…» — подумал он, потёр ладони и выдохнул.
А затем улыбнулся — ноги после лечения уже неделю как не болели, а ведь пять лет не разгибались. Однако же и такой недуг его благородие Антон Игоревич смог исцелить.
Так что грех жаловаться!
Гвардеец с позывным Крюк сидел в десяти метрах правее, приглядывая за вторым сектором. Обычно они перебрасывались парой слов каждые полчаса, но сегодня Крюк молчал, и Бирюк списывал его молчание на скуку и такую же, как у него, лёгкую обиду… Ну ладно, не обиду, а грусть и белую зависть к тем, кто сейчас с господином и Святогором.
Внезапно Бирюк услышал двигатели с юго-востока. Причём фары были выключены — машины неспешно шли по бездорожью в темноте. Если бы не тихая ночь, Бирюк мог бы их и не расслышать.
Он поднял руку и коротко свистнул. Крюк подполз ближе.
— Слышишь?
— Слышу, — кивнул Крюк.
Бирюк потянулся к рации на поясе и нажал кнопку передачи. Но ни щелчка, ни даже белого шума не раздалось… Мёртвый эфир.
— У тебя? — бросил он Крюку.
— Глухо, — ответил тот, без остановки крутя свою рацию, а затем стукнул по ней ладонью: — Работай, зараза!
Бирюк стиснул зубы. А затем, как привык делать на Хабаровском рубеже, мгновенно принял решение.
— Крюк, бегом в Чёртову Лапу, — велел он. — Сообщи всем нашим: с юго-востока прёт колонна, минимум три единицы техники. Походу, связь глушат.
— А ты?
— А я их встречу.
Крюк молча кивнул, затем отстегнул с разгрузки два запасных магазина и сунул Бирюку в руки.
— На, — коротко произнёс он. — Мало ли.
— Давай, — торопливо ответил Бирюк, взяв магазины и распихав по карманам. Затем он хлопнул товарища по плечу: — А теперь гони, Крюк!
Тот подхватил автомат и побежал по тропе в сторону деревни.
Бирюк осторожно, двигаясь на полусогнутых, направился наперерез вражеским машинам — по звуку определить их направление было несложно. А вскоре Бирюк уже через бинокль смог различить три фургона, внедорожник и приткнувшийся следом армейский грузовик, на крыше которого торчала тарелка и короткая складная антенна.
Под Хабаровском ребята из связистов называли такие штуки «душилками». Рации, телефоны — всё превращается в бесполезный хлам.
— Суки, — процедил он сквозь зубы. — Серьёзно подготовились.
Из фургонов уже выскакивали люди. Десять, двадцать, тридцать… Они рассыпались цепью и двигались слаженно.
Бирюк наблюдал и усиленно думал…
Грузовик с душилкой остановился метрах в двухстах от основной группы. Водитель не вышел — видимо, был готов сняться с места в любой момент.
До группы незваных гостей оставалось метров двести. До грузовика с тарелкой — все четыреста. Из автомата на таком расстоянии попасть в антенну нереально, тем более в темноте. Если ты, конечно, не Муха — тот бы смог.