Расколотый мир. Наследник павшего Дома: Невозможный мир. Интриги Великих Домов Иллиона. Наследия кра, стр. 4

Быстро нарастающие в воздухе узоры уже сформировали мощное щитовое заклинание. Повторный выстрел лишь гулко громыхнул о полупрозрачную магическую стену, продолжая раскидывать плотный кустарник. Последовавшая за ним теневая магия бессильно растеклась по поверхности, окончательно уничтожая ближайшие растения.

Листья желтели и осыпались пылью, тонкие ветви ломались, так что теперь мы прекрасно видели друг друга. Но сил зарядить ответной атакой под таким давлением у меня не было!

Снова грохнуло, благо неудавшийся убийца молодых девушек не мог пробить мой щит. И… решил пойти в лобовую, одним движением убрав винтовку за спину на магнитный захват и выхватив артефактный меч.

– Ну иди сюда, – я сощурился, начав незаметно строить заклинание любимой магии. Теперь щит был без нагрузки, уже даже начал распадаться… Мана подчинялась все хуже, но мне оставалось только стиснуть зубы и терпеть. Нельзя в таком состоянии магию применять!

Пока он летел в ближний бой, я едва-едва успевал завершить простейшую вариацию любимого заклинания. Объятый тенью клинок влетел в еще державшийся щит и на несколько секунд увяз в нем. Посыпались искры маны, но я не пытался удержать защиту. Остановить чужую ауру при такой массе удара не выйдет.

Призыв Дирнуина.

Готовый рассечь мне голову удар останавливает возникший черный клинок. Меч врага надрезает, а мои ноги подгибаются под силой атаки, но я уже смещаю корпус, чтобы пропустить убийцу мимо.

Контроль массы.

Едва завершенное заклинание активируется, направляю всю мощь его эффекта через меч как проводник. Всей силой продавливаю сопротивление ауры врага.

Мужчина болезненно застонал и рухнул вниз потяжелевшей железякой, которую никак не могли удержать двигатели.

Дирнуин уже исчезает, так что напавший свободно пролетает мимо меня, рухнув на каменистую землю.

Больно, мана-каналы протестуют. Но вышло слабо, это его не убьет, а потому хватаюсь за рукоять его крупнокалиберной винтовки и дергаю на себя, напитав маной. Магнитные захваты ее не удержали, и тяжелое оружие оказалось у меня в руках.

Теневая аура мага опасно разрастается, если ударит вокруг – мне конец.

Решительно поворачиваю пушку и буквально вонзаю ее под покров стонущего мага, уперев в поясницу. Выстрел.

Дуло винтовки взорвалось, легкую броню явно с упором на стелс вскрыло. Меня чуть не изрешетило осколками, сил едва хватило на простейший щиток, который окатило брызнувшими кровавыми ошметками. Мощная взрывчатка в снаряде – мужика почти разорвало пополам! В ушах звенело, но это мелочи.

Я пошатнулся, едва не упал: душа болела после нагрузки во время сильнейшего повреждения… Надо помочь молодняку.

В два шага допрыгнул до лежавшей рядом рыжей и перевернул ее. На красивом строгом личике наливался синяк с небольшой ссадиной, но ничего серьезного. Просто ударилась головой плюс сильное магическое истощение. Куда она шлем посеяла? Так или иначе… София в порядке. Да, так ее звали. Эйгон к ней даже неровно дышал, и я понимаю его. Впрочем, память уже подсказывает, что лучше бы София не узнала о том, что я ее на руки сейчас подниму, чтобы не оставлять тут валяться.

Девушка не была миниатюрной, ростом уступала мне лишь на пару сантиметров, но вытащить ее на площадку перед пещерой труда не составило. Впрочем, новое тело казалось мне медленным, слабым и заторможенным. Все же я привык к напичканному военными квазиорганическими имплантами, нейроусилителями и отличным магическим усилением. Тут же подобное не практиковалось: не решили проблему совместимости с магией.

Надеюсь, больше никто не нападет. Люди ранены, им нужно срочно оказать первую помощь. А потому положил девушку на вымытый дождями камень и рванул к укушенному. Он был в самой большой опасности – эти ящерки обладают слабым парализующим ядом и сам укус может вызвать заражение крови.

Парень постанывал, не уверен, в сознании он или нет.

– Сейчас помогу, держись! – я попытался построить простое исцеляющее заклинание, вопреки протестам мана-каналов…

Магия подчинялась все хуже. И это не из-за травмы! У них иная магия – какие-то ядра! А Эйгон еще и калека. Так, наплевать. Что там память говорит об их медикаментах…

Начал копаться в небольшом коробе слева на ноге. Там имелся алхимический регенератор. Магическая химия, заклинание исцеления в бутылке. Дорогое удовольствие… хотя здесь не слишком. Ух, примитивы, не для инъекции в кровь!

Я торопливо дернул за рычажок, снял с потерявшего сознание бледного парня поврежденный кислотой шлем и влил содержимое пробирки в рот.

Эта бурда повышает способность организма регенерировать до аномальных высот, взвинчивая метаболизм, процессы деления клеток, восстановления крови и много чего еще. Сам сдернул с пояса флягу, начав промывать раны от яда.

Выглядело скверно, у слюны высокая кислотность. Шкура будет слезать слоями. Я просто старался как можно скорее промыть эту дрянь, пока разогнанный организм избавляется от уже попавшего в кровоток яда. Очень нужен целитель или нормальное медицинское оборудование, а я пока мог только достать стерильный пинцет из меднабора, взять ватные тампоны и очищать раны.

Нет, другого целителя он не дождется. Я как мог начал строить засветившееся зеленым заклинание жизни. Нити маны норовили распасться. Кажется, процесс слияния душ продолжался… И почти уверен, что чем больше я использовал магию, тем быстрее я терял контроль.

Есть вероятность, что если дать душе стабилизироваться, то хоть какую-то часть старой магии я сохраню. Хотя бы на этом уровне… но ценой станет жизнь парня, а это недопустимо. Остатки магии будут настолько жалкими, что я даже не смогу считаться боевым магом, так зачем ее беречь ценой жизни молодняка? Хотя память Эйгона подсказывает, что парень тот еще говнюк, но это не повод оставлять его умирать.

Живительная сила окутала рваные раны, магия контроля воды помогла вытянуть зараженную кровь. Любой солдат обязан уметь себя подлатать.

Раненая душа отзывалась болью, и я ощущал, как остатки контроля продолжали исчезать. Сейчас меня бы не то что «архимагом», даже «экспертом» не назвали бы. Часть разума исследовала мою собственную магию. Потоки маны продолжало перетягивать на себя «ядро» – энергетический конструкт в душе.

Я грязно, как вусмерть пьяный десантник, матерился себе под нос. Магия на знакомых началах мне больше недоступна. Вот почему все использовали только одну стихию: они формируют свои ядра единожды, настраивают набор стихийных техник. У «меня» вот было огненное… только сломалось чуть больше половины годового цикла назад.

Эта цепочка фактов, всплывшая в голове, мне совершенно не нравилась. У местных узкие специализации… Хотя, если верить памяти, на высоких уровнях развития их маги дадут нашим фору, высокомерно посмеиваясь. К тому же я не видел построения формаций магии – никаких узоров маной и рун. Все уже вписано в ядре, только управляй им. Внутри души ману контролировать легко.

Кстати, есть еще один метод использования магии! Но его позже опробую, с моей травмой и выкрутасами сейчас попросту вырублюсь от попытки. Главное, что там обходится без тонкого контроля.

Удерживаемое заклинание рассыпалось зелеными искрами маны, этой магией больше не обладаю. Но жизнь парня вроде бы сейчас вне опасности.

Неподалеку протяжно застонал тот, кого отбросили к стене пещеры. Парень крепко приложился затылком, на камне даже след крови остался. Сотрясение мозга гарантировано. Также рванул к нему и дал его регенератор, чтобы быстрее пришел в себя. Эффекта не дожидался. Ригель более-менее цел и скоро должен очнуться.

Сразу после него перебежал к Софии и ей тоже дал половину порции. Надо приводить всех в сознание, и лучше начать с наименее пострадавших. Мы в опасной обстановке, а ее вовсе убить пытались!

Пока я всем этим занимался, Ригель уже пришел в себя и вяло осматривался.

– Эйгон? – он сощурился, смотря на меня. Скорее всего, пока не может сфокусировать взгляд.