Безликий (ЛП), стр. 375
Хр-р, хр-р… Плоская призрачная тень мелко и судорожно вздрагивала.
Вдруг беглец резко развернулся, вперив взор в проход позади себя.
Прямо во мраке перед ним проступили очертания глухих черных доспехов и угольной короны, вырисовывая фигуру, исполненную поистине пугающего и подавляющего величия.
За его спиной, совершенно не чувствуя земного притяжения, плавно вздымался и колыхался длинный плащ кромешного оттенка.
…………
— Он где-то здесь, совсем рядом!
Тяжело чеканя шаг, окровавленный серебряный доспех начал неспешно спускаться по железной лестнице прямо в недра канализации.
Глава 427
Выбор эпохи
В сточных канавах туннеля бурлили зловонные потоки, а канализация тонула в кромешной тьме. Обычному человеку, вздумай он спуститься в эти недра, непременно понадобился бы переносной фонарь, без которого разглядеть хоть что-то под ногами было попросту невозможно.
Но для Клейна, пребывавшего в состоянии эфирного тела, подобные препятствия не существовали — всё вокруг и без того представало перед его духовным взором.
И потому в ту самую секунду, когда Апостол Желаний заметил его, Клейн и сам обнаружил беглеца.
Не произнося ни слова и не колеблясь ни доли секунды, он распахнул рот, испустив беззвучный вопль.
Эта атака била прямой наводкой по самой душе!
Апостол Желаний, только-только изготовившийся к броску, судорожно застыл на месте, словно получил сокрушительный удар.
С его призрачного, похожего на тень тела крупными хлопьями посыпалась кромешная чернота, будто он стряхивал с себя налипший снег, сотканный из самых порочных и низменных вожделений.
В это мгновение дьявол, и без того изнуренный тяжелыми ранами, едва не лишился чувств.
Лишенный физической оболочки, под напором столь безжалостной атаки он походил на слабую свечу перед яростным ураганом — его силуэт мелко дрожал и колебался, готовый угаснуть в любую секунду.
Вдруг тень беглеца распалась, обратившись вязкой черной жижей, которая стремительно хлынула во все стороны стоков, сбивая с толку и не давая понять, за каким именно ручейком следует пуститься в погоню.
Но именно в этот критический миг прямо из непроглядного мрака за спиной Клейна выскользнул темный силуэт и хищным рывком бросился на него!
Вся та растекающаяся жижа служила лишь хитрой уловкой, призванной отвлечь внимание и подготовить плацдарм для внезапного удара!
Клейн, казалось, совершенно не успел среагировать, позволив тени намертво вцепиться в себя.
Однако Апостола Желаний внезапно пронзил леденящий душу озноб, словно он соприкоснулся с чем-то самым жутким и невыносимо холодным.
Его движения стремительно замедлились, а сама тень начала быстро цепенеть, скованная могильной стужей.
Он прекрасно знал, что призраки и тени обладают врожденной способностью замораживать, но никак не ожидал, что этот незнакомец в угольной короне сможет повлиять даже на его собственный дух, также пребывавший в эфирной форме.
Это было абсолютное, сокрушительное подавление уровнем бытия!
Для Клейна подобный исход не стал неожиданностью. Слегка повернувшись вполоборота, он протянул руку и властно накрыл ладонью голову оцепенелой тени.
В ту же секунду под глухими черными доспехами тускло полыхнула темно-золотая Солнечная брошь.
Апостол Желаний почуял смертельную угрозу. Ощунив приближение собственной гибели, он отчаянно попытался вырваться и дать отпор, но тело наотрез отказалось повиноваться.
Прямо из пустоты соткался сияющий столп первозданно чистого, святого света. Луч обрушился точно на голову тени, целиком и полностью окутав оцепенелую фигуру.
Ветхие своды канализации озарились слепящим великолепием. Черный силуэт забился в диких конвульсиях, но под напором святой благодати его плоть принялась стремительно испаряться. Буквально за долю секунды тень истончилась до предела, а вся ее духовная сфера наполнилась всепожирающим солнечным сиянием и полными отчаяния безумными воплями.
Не давая врагу ни мгновения на передышку, Клейн вновь всколыхнул духовность, обрушив на него очередной поток испепеляющего святого света.
Слепящее, подобное дневному солнцу сияние бушевало около двух секунд, после чего Апостол Желаний рухнул на грязную брусчатку, окончательно распрощавшись с жизнью.
Его бездыханные останки так и остались лежать в форме плоской призрачной тени, лишенной малейшего объема.
Могущественный мастер 5-й Последовательности, только что провернувший немыслимое покушение на жизнь великого герцога, погиб столь бесславно, не успев произнести ни единого прощального слова.
И в ту же секунду Клейн узрел перед собой израненный, готовый вот-вот раствориться в небытии дух убитого.
«До выделения Потусторонней характеристики придется подождать приличное время… Может, стоит последовать примеру мисс Шарон — вселиться в останки тени и ускорить процесс? Но ведь я совершенно не владею подобными техниками…» — Клейн всерьез задумался над тем, как поступить дальше.
Внезапно под его ногами едва заметно дрогнули каменные плиты пола.
Повинуясь обостренной интуиции, он резко обернулся, устремив взор туда, откуда только что пришел.
Оттуда на предельной скорости неслась исполинская фигура в серебряных латах, чье левое плечо по диагонали покрывало широкое пятно запекшейся крови.
«Запечатанный артефакт „1–42“…» — сердце Клейна тревожно сжалось. Без секундного промедления окутав своей духовностью тающий дух Апостола Желаний, он оборвал ритуал призыва.
Ведь он с самого начала твердо решил: даже если разделаться с дьяволом своими силами не удастся, стоит лишь официальным Потусторонним нагрянуть на место — он тут же вернется обратно в реальный мир, предоставив им разбираться со всеми последствиями.
Облаченный в окровавленные серебряные латы член отряда «Красных перчаток» успел лишь краем глаза заметить величественный силуэт в угольной короне и длинном черном плаще, как тот бесследно растворился в воздухе, не оставив после себя ни единой зацепки.
Слегка прищурившись, воин принялся скрупулезно изучать место, где только что стоял таинственный дух, и вскоре наткнулся на распластанные, бездыханные останки Апостола Желаний.
— Заметают следы и уничтожают улики? — глухо, себе под нос пробормотал он.
Под мерный перестук тяжелых кованых сапог из глубины туннелей один за другим подоспели остальные «Красные перчатки».
…………
Вознесясь над серой мглой, Клейн не стал пороть горячку и затевать спиритический сеанс — первым делом он торопливо покинул таинственное измерение, вернувшись в собственное физическое тело в реальном мире.
Знакомыми, отработанными до автоматизма движениями он быстро прибрал свечи и прочий ритуальный инвентарь, в мгновение ока вычистив за собой малейшие оккультные следы.
Покончив со всеми приготовлениями, он вновь сотворил бумажного двойника, отчеканил четыре шага против часовой стрелки и воспарил в величественные древние чертоги.
Здесь, в этих чертогах, он мог общаться с остаточными духами напрямую, словно истинный и могущественный медиум, без всяких нудных молитв и сложных ритуальных костылей — этот спасительный метод он уже блестяще проверил на практике во время допроса Росаго, покойного Марионеточника.
Понимая, что дух Джейсона Белиала после испепеляющих ударов святого света истончился до предела и в любую секунду может бесследно растаять, Клейн вознамерился первым делом выудить у него самые критически важные сведения.
Что же до формулы зелья Пути «Дьявола», то этот вопрос он благоразумно отложил на самый конец — ведь даже раздобудь он рецепт, сбывать его на черном рынке он совершенно не собирался, дабы случайно не приложить руку к созданию еще нескольких хладнокровных серийных маньяков.
Устремив пронзительный взор на шатена с карими глазами, чье лицо застыло маской тупой пустоты, Клейн высвободил свою духовность и неспешно поинтересовался: