КРИПТА: Как обманывают и почему лучше не лезть, стр. 8

Ключевой парадокс: главный «доллар криптомира» — USDT — не только не децентрализован, но и полностью встроен в американскую юрисдикцию. Для владельцев российского паспорта это означает простой риск: токены могут быть заморожены не за действия, а за происхождение.

В марте 2025 года это с горечью почувствовали клиенты российской криптобиржи Garantex. Tether заморозила 28 миллионов USDT на кошельках, связанных с биржей.

В ответ российский ЦБ в апреле 2025 года выпустил указание «О дополнительных требованиях к иностранным цифровым правам». Оно сильно не понравилось свободолюбивой публике по причине запретительного флёра.

Но действия ЦБ имели строгую логику. Инвесторов только что обезжирили по свежей схеме — надо реагировать. Ведь по закону в обязанности ЦБ входит «защита прав и законных интересов акционеров и инвесторов на финансовыхрынках».

ЦБ установил, что легально в России не могут обращаться цифровые права, которые теоретически могут быть подвёргнуты «блокировке со стороны как самих эмитентов, так и платёжных агентов или контролирующих их лиц». Подпадают USDT и любые другие стейблкойны из стран, которые в России называют недружественными [31]. Почти все конкуренты USDT, такие как USDC от компании Circle, тоже завязаны на США.

Запретить оборот, а тем более наказать тех, кто обходит запрет, ЦБ не может. Но право сказать «я же предупреждал» теперь имеет. Идёт экономическая война. Где гарантии, что Tether завтра не заблокирует вообще все USDT, связанные с российскими гражданами, а не только токены фигурантов санкционных списков? Мягко говоря, таких гарантий нет. Так что я бы ждал новых атак против российских кошельков.

Тем более в условиях, когда эмитенты стейблкойнов теперь жёстко контролируются властями США. 18 июля 2025 года принят закон GENIUS (Guiding and Establishing National Innovation for U.S. Stablecoins Act).

По закону выпускать платёжные стейблкойны смогут только банки и лицензированные небанковские эмитенты. Эмитенты должны внедрить программы борьбы с отмыванием доходов, вести отчётность о подозрительной деятельности и идентифицировать пользователей (KYC). Обязательным будет независимый финансовый аудит эмитентов с капитализацией более 50 миллиардов долларов.

Критики (сенаторы Джефф Меркли, Элизабет Уоррен и другие) считают GENIUS чрезмерно централизующим: он позволяет властям принудительно замораживать токены и не содержит жёстких норм, предотвращающих конфликты интересов.

Эмитентам предписывают полностью обеспечивать токены качественными активами, в частности, казначейскими облигациями США. Грубо говоря, покупая USDT, вы поучаствуете в покрытии дефицита бюджета США — о такой ли финансовой свободе и независимости от бюрократии мечтали крипторомантики.

Иначе говоря, эпоха «вольных» стейблкойнов закончилась. Они превращаются в квазибанковские деньги с ручным стопкраном.

Наконец, любые банковские операции, связанные с оборотом криптовалюты, могут стать подозрительными с точки зрения вашего банка.

Какие операции, связанные с криптовалютой, блокируют российские банки? Закон № 115 «О противодействии отмыванию доходов и финансированию терроризма» криптовалюту не запрещает, но предусматривает контроль за «подозрительными операциями».

Согласно статье 3, таковыми считаются операции с денежными средствами или иным имуществом (в том числе криптоактивами, поскольку цифровая валюта для целей закона рассматривается как имущество) в случае, если есть основания полагать, что они связаны с происхождением средств от преступной деятельности, либо с финансированием терроризма и пр.

На практике российские банки и финансовые организации нередко блокируют следующие типы операций:

Обмен криптовалюты на рубли через Р2Р-сделки или биржи. Банки считают такие операции «входом/выходом» из финансовой системы и часто рассматривают их как подозрительные переводы.

Пополнение/списание средств, которые получены от продажи криптовалют. Особенно если средства быстро выводятся или проходят через множество счетов подряд.

Мелкие транзакции с разными контрагентами. Алгоритмы банка могут трактовать это как «структурирование» или отмывание.

Крупные суммы. Закон предусматривает контроль, если операция достигает или превышает миллион рублей или эквивалентную сумму в иностранной валюте.

Использование счетов неактивных или недавно открытых. При малой истории бытовых операций или резком изменении активности риск блокировки выше.

С 1 июня 2025 года Росфинмониторинг получил дополнительные полномочия.

Он может принять решение о приостановлении операций с денежными средствами или иным имуществом на срок до 10 дней. Если же основанием является информация от компетентного органа иностранного государства, срок может быть увеличен до 30 дней.

Такие меры могут быть применены в случаях, когда есть достаточные основания полагать, что денежные средства или имущество получены преступным путём, либо используются в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путём, или финансирования терроризма или экстремистской деятельности.

Банки обязаны соблюдать и закон № 161-ФЗ «О национальной платёжной системе». В соответствии с ним они обязаны контролировать операции через Систему быстрых платежей (СБП) и блокировать подозрительные транзакции.

Банк России ведёт базу данных «О случаях и попытках осуществления переводов денежных средств без добровольного согласия клиента».

Реестр регулярно обновляется на основании информации, подпадающей хотя бы под один из следующих критериев:

— операции, вызывающие подозрения, связанные с обналичиванием средств, дроппингом или мошеннической деятельностью;

— жалобы от третьих лиц, поступившие в банк;

— обращения в МВД с обвинениями в незаконных действиях.

С 1 сентября 2025 года в базу данных включаются сведения

о мошеннических операциях, связанных с внесением наличных на счета через банкоматы с применением токенизированных (цифровых) карт.

В совокупности это означает простую вещь: для банка крипта — не актив, а красный флаг. И доказывать свою добросовестность после блокировки счёта придётся клиенту.

Наконец, шанс нарваться на уголовное дело, связанное с криптой, в России особенно велик. Вышеуказанные ограничения толкают людей на серые схемы.

«Если гражданин пытается в интернете купить криптовалюту в нелегальном криптообменнике, организатор расчётов подбирает аналогичные по сумме заявки от продавцов, которые могут быть связаны с финансированием преступной деятельности. Далее криптообменник предлагает покупателю перевести деньги напрямую на карту продавца. Так, гражданин, покупающий криптовалюту в нелегальном криптообменнике, рискует стать участником финансирования преступной деятельности, — так обрисовал опасную схему № 1 Банк России. Затем регулятор привёл схему № 2: аналогичному риску подвергают себя игроки нелегальных онлайн-казино. Так, при выводе средств на карту гражданин уверен, что ему поступают деньги от казино. На самом деле номер карты передается покупателям наркотических веществ и перевод средств игроку напрямую делают уже они. В этом случае игрок неумышленно может стать фактическим участником расчётов по приобретению наркотиков».

В этих схемах нет злого умысла со стороны частного лица — но уголовная ответственность никуда не девается. Крипта в российских реалиях легко превращает обывателя в соучастника.

1 апреля 2026 года правительство внесло в Госдуму пакет законопроектов, прежде всего № 1194918—8 «О цифровой валюте и цифровых правах» и № 1194929—8 с сопутствующими поправками.