Антология ужасов "Ужасы, том 2" (ЛП), стр. 12

Ее кровь забрызгала бежевый стол, столешницу и пол, а также зеленое чешуйчатое тело Гора. Женщина бешено замахала руками и рухнула грудой на кафельный пол.

После того как хозяйка дома перестала двигаться, Гор задумался, что может произвести самое ужасное впечатление на охотника, когда тот вернется домой. Он потратил немало времени, мучительно размышляя, как именно расположить три тела, чтобы достичь максимального эффекта, который, как он полагал, отвадит других охотников приходить в его лесной дом.

Гор решил повесить первую девочку за ноги на люстру в прихожей под шестнадцатифутовым потолком.

Затем он вернулся на кухню и поместил тело девочки без головы на большое блюдо в центре обеденного стола, словно большую индейку. Он нашел веревку и, переломав несколько костей, связал руки и ноги так, чтобы они идеально поместились на блюде. Голову он положил на тарелку и накрыл большой салфеткой.

Что делать с женой охотника? В конце концов Гор решил подражать тому, что охотник сделал с его подругой-животным в другой комнате. Сначала он отрубил ей голову, а затем порубил на куски ее руки, ноги и туловище. Завернув части в мясную бумагу, он положил их в морозильник вместе с другими обернутыми кусками своих друзей, которых охотник разделал после ужина.

Затем он спустился в подвал посмотреть, что можно использовать для своего проекта. Под верстаком он нашел кусок фанеры подходящего размера. Подняв его наверх, Гор насадил голову жены охотника на доску и прикрепил ее к стене в гостиной. Его трофей выглядел не так профессионально, как чучело десятирогого оленя, висевшее рядом, но, как Гор думал, он произведет на охотника неизгладимое впечатление, особенно с учетом того, что сломанная челюсть свисала, болтаясь у шеи. По мнению Гора, она выглядела поистине отвратительно.

Гор еще некоторое время любовался своей работой в каждой комнате и остался очень доволен результатом. Он нацарапал следующую записку и оставил ее на кухонной стойке:

"Я убил и изуродовал твою женщину и твое потомство. Теперь ты знаешь, каково было мне, когда ты зарезал и разделал троих моих друзей в моем лесу на прошлой неделе. Передай всем остальным охотникам: это случится с их близкими, если они когда-нибудь вернутся, чтобы снова осквернить мой дом. Гор".

* * *

Барт вернулся домой с работы ближе к вечеру и увидел весь этот невыразимый ужас и записку, которую оставил ему Гор.

Его первой мыслью было покончить с собой. Он сразу направился к оружейному шкафу, достал револьвер "Кольт 45", зарядил его и приставил дуло ко рту.

Пальцы лежали на спусковом крючке, когда он начал читать "Отче наш", подняв глаза на изуродованную голову жены, прикрепленную к стене рядом с десятирогим оленем, которого он убил в прошлом году. Чудовище, совершившее этот дьявольский поступок, вставило по монетке в четверть доллара в каждую глазницу Абигейл.

Он знал совершенно точно: в аду не может быть ничего страшнее лица его жены - с вырванной челюстью, свисающей на куске отрубленной шеи. От ужасающей полуулыбки верхнего ряда зубов без нижней челюсти перехватило дыхание. Но когда Барт сидел, отчаянно желая прекратить душевную муку, слишком сильную, чтобы вынести, он услышал в своем сознании пронзительный призыв бедной жены взять яйца в кулак и разобраться с дьяволом, который убил ее и его драгоценных дочерей.

Рыдания Барта сменились приступом ярости, о существовании которой внутри себя он и не подозревал. Он швырнул "Кольт" на пол и потряс кулаком в сторону изображения Иисуса, смотревшего на него со стены. Как может существовать Бог на небесах, который позволяет такое? Барт взял телефон и позвонил 911.

Через пятнадцать минут прибыли шериф и его помощники вместе с отрядом спасения и судмедэкспертом. Одного за другим его близких выносили в мешках для тел, а мать и отец Барта пытались утешить его как могли. Но что бы они ни говорили, это не могло облегчить боль, которую он чувствовал в сердце и в самой душе.

Группа полицейских прочесывала лес шесть дней - тот самый, где Барт охотился за неделю до убийств, - и не нашла никаких следов убийцы, скрывающегося в лесу. Они хотели отрабатывать другие возможные версии о том, кто мог совершить такое чудовищное деяние, но понятия не имели, с чего начать. Загадочная записка, оставленная убийцей, была единственной уликой, которой они располагали.

* * *

Прошли дни, и похороны снова разбили сердце Барта. Для жены мог быть только закрытый гроб из-за ее ужасных травм, изуродовавших лицо. Так было гораздо лучше для эмоционального состояния Барта, чем видеть своих двух маленьких девочек выставленными напоказ в их крошечных гробиках. Это был самый печальный и душераздирающий опыт в его жизни. Он знал, что это останется в его памяти до смертного часа.

На следующее утро на рассвете Барт решил: раз полиция никуда не продвигается, он сам привлечет внимание этого дьявола по имени Гор. Барт думал, что знает, как именно это сделать.

Он снова и снова перечитывал записку, пытаясь понять ее смысл. Она была составлена крайне странно. Этот жестокий маньяк утверждал, что убил и изуродовал его жену и детей, потому что он, Барт зарезал и разделал троих его друзей на прошлой неделе в его лесу. Убийца хотел, чтобы он прочувствовал, каково это, - и чтобы он сказал всем охотникам держаться подальше от его леса, иначе то же самое случится с их семьями.

Барт ни разу не убивал человека, кроме тех случаев, когда воевал в Афганистане много лет назад. Он убивал только диких животных ради спорта, как тысячи других охотников в сезон. Значит, Гор - кто бы он ни был - мстил ему за убийство не трех человек, а трех зверей. Барт вспомнил, что за неделю, о которой упоминал маньяк, он убил оленя и двух самок. Как человек может дружить с животным? Можно любить их, но слово "друзья" не имело смысла, если только Гор не был животным, а этого быть не могло. Может ли какой-то извращенец смотреть на жизнь так? Для этого нужно быть настоящим психом, но Барт знал - мир полон уродов.

И почему убийца написал: "не суйтесь в мой лес"? Нормальные люди понимают право собственности, но этот чудак, похоже, не понимал. Барт купил 5000 акров леса три месяца назад, чтобы охотиться. Он не был браконьером; он был владельцем и имел законное право охотиться на своей земле, когда хотел.

Барт не понимал логики убийцы. Может, тот сбежал из психушки и озверел в лесу? Может, это современный Тарзан? Человек, живущий с дикими зверями?

Кем бы или чем бы он ни был, Барт не испытывал к нему ни малейшей симпатии, что бы там с ним случилось. Барт выследил бы его на краю света, если понадобится, и разорвал бы в клочья, если б добрался. Но, к счастью, судя по оставленной записке, это не потребуется. Полиция обыскала все и ничего не нашла, но Барт верил, что безумец все еще прячется в том самом лесу, который принадлежит ему. Неужели этот заблудший псих действительно думал, что ему сойдет с рук убийство семьи Барта без последствий? Невероятно!

* * *

Неделю спустя Гор жевал сочное растение, слушая пение птиц и цикад. Прохладный ветерок шелестел в зеленых чертогах его прекрасного леса. Ни одного охотника не приходило с тех пор, как он убил семью последнего и оставил предупреждение. В мире снова все было хорошо. Его лес кишел множеством друзей-животных, занятых своими повседневными делами ради выживания.

Вдалеке Гор услышал вертолетный стрекот. Через несколько секунд десять машин ворвались в поле зрения, каждая с двумя большими серебристыми бомбами, подвешенными снизу. Пришелец в ужасе смотрел, как первый вертолет сбросил свой груз.

Каждая бомба падала сквозь воздух и взрывалась стеной пламени, испепеляя большую часть леса. За десять минут огонь, охвативший все вокруг, превратил его мир из зеленого рая в огненный ад, несущий только смерть и разрушение. Все прекрасное вокруг него превращалось в черный, тлеющий пепел. Один за другим остальные девять вертолетов сбрасывали бомбы, пока весь лес, насколько хватало глаз, не заполыхал. Кислотный дождь окутал местность - ни одно живое существо не могло этого вынести и остаться в живых.