Дракон и диковинка для драконёнка (СИ), стр. 45
Он поворачивается. Смотрит на меня слишком долго и слишком пронзительно.
А потом поднимает мою ладонь и целует, глядя прямо в глаза.
— Есть ещё одна вещь, — произносит он почти шёпотом, отпуская мою руку. — Связь.
Слово ложится между нами тяжело. Но не пугающе, а скорее… как неизбежность.
— Ты знаешь, что это значит? — спрашивает он.
Я качаю головой.
— Не до конца, — отвечаю честно.
Дэйнарин ловит моё лицо в ладони.
— Это выбор, после которого ты не сможешь уйти, — говорит спокойно. — Не сможешь захотеть другого. И я тоже. И это… необратимо.
Тишина становится плотной. Дэйн не торопит, не давит. Ждёт, ловит каждую реакцию.
— Ты можешь отказаться, — добавляет он тише. — И ничего не изменится.
По его эмоциям я понимаю, что это правда. Он не оставит меня, даже если я не захочу создавать истинную связь.
— Я не отступлю, — говорит он. — Но и не возьму это силой. Ты должна выбрать это сама.
Я не отвечаю сразу. Смотрю на него долго. Слишком долго для простого ответа.
Этот мужчина рисковал жизнью ради меня, не раз спасал из лап смерти, избавлял от мучений ценой собственных.
Как я могу выбрать иначе? Поэтому я лишь спрашиваю:
— Когда? — спрашиваю я.
Эпилог
Эпилог
Элина
В столовой замка приятно тянет ароматами пряностей, мяса, молока и сдобы. Люкс-сферы освещают пространство. Тёплый свет ложится на стол, на лица, на руки, на белую скатерть, которую я сама выбрала.
Я подхожу к столу, аккуратно, придерживая на руках ребёнка.
— Он заснул? — мягко спрашивает Дэйнарин, пододвигая мне стул.
— Он поужинал первее нас, — улыбаюсь я. — И притомился за день.
Дэйн усмехается и протягивает руку, чтобы коснуться крошечной ладони.
Наш сын тихо спит. Ему всего две недели и один день. Он появился на свет в срок, здоровым, красивым. Весь в отца.
Он ещё не умеет держать голову и очень много спит, но узнаёт наши голоса и тянется к нам с Дэйнарином даже во сне.
— Даэрин Харлан, — негромко произносит Дэйнарин, будто пробует имя на вкус.
Я ловлю в этом имени всё сразу. Силу. Продолжение. Нашу любовь.
— Маленький герцог Харлан, — я нежно треплю тёплую щёчку.
Я прижимаю его плотнее к себе. Каждый раз в такие моменты в душе разливается спокойное, глубокое счастье.
— Как твоя поставка? Корабль доплыл? — спрашиваю мужа.
— Да, наша первая партия кристаллов добралась до берега Северной Сиерии, — подтверждает Дэйн. — Аэриос доволен, он сейчас там. Передавал тебе привет и сказал, что заключил контракты на продажу камней в обеих частях Сиерии — и в Северной, и в Южной. Однажды мы и до Норвена доберёмся.
— Горжусь тобой, Дэйн, — произношу я в ответ. — Это потому что ты гениальный стратег, а Аэриос отличный партнёр!
И это правда. После ухода со службы в Ордене Дэйнарин с Аэриосом открыли канал экспорта минералов, месторождение которых обнаружилось на земле Дэйна. Неделю назад они отправили первый корабль, и сегодня он приплыл.
В столовую приходят остальные члены семьи.
Тиберий вбегает как всегда.
— Он уже здесь? — сразу тянется ко мне, заглядывает в лицо малышу.
— Тихо, — шепчу я. — Он спит.
— Я тихо, — обещает он и, конечно, тут же начинает шептать слишком громко. — Я научу его летать, когда он вырастет.
Я улыбаюсь.
Тиберий вырос за этот год. Вытянулся, стал спокойнее. Но внутри остался тем же мальчишкой, который когда-то прижимался ко мне и боялся ночи.
Теперь он почти ничего не боится.
Дэйнарин сдержал своё слово. Он дал ему дом. Безопасность. Время вырасти. А после совершеннолетия Тиберий отправится учиться и выберет сам — академия Изяществ или академия Мыслителей, а может, даже Боевая академия. Хотя я склоняюсь, что он выберет первый вариант. Он по-прежнему обожает рисовать.
Следом за Тиберием появляется приставленная к нему няня Риота, из простого люда, молодая и очень добрая. Её выбрала я сама, и она отлично справляется с работой. Хотя Ти по-прежнему очень привязан ко мне и Марийке.
Наша целительница входит через несколько минут. Уже не робкая, не прячущаяся по углам. Уверенная. Спокойная. На ней простое платье, но держится она так, будто всегда жила в замке.
Она лечит всех нас и замковую челядь. Я доверила ей принять у меня роды. Люди из окрестных деревень без сомнений приезжают к ней. И я уже не представляю Кайр без неё.
Марийка кивает мне, мягко улыбается Тиберию. Он сразу сдвигается, освобождая ей место рядом.
— Я сегодня помогал на конюшне, — начинает он ей рассказывать, забывая про весь остальной мир.
Марийка слушает внимательно. Не делает вид. Не торопит. Она умеет быть рядом, поэтому Тиберий тянется к ней всей душой.
Последним появляется Дэвлин. Он всегда немного опаздывает. Собранный, сосредоточенный, с тем выражением лица, за которым спрятано слишком многое.
Теперь он занимает место отца в Ордене. И справляется. И, если ничего не изменится, через пару лет займёт место главы Ордена вместо лорда Бранэля.
Дэвлин кивает мне, пожимает руку отцу, смотрит на Марийку с теплом в глазах и вежливо здоровается:
— Добрый вечер, леди лекарь, — говорит он, усаживаясь напротив неё.
— Я не леди, — отвечает она, как всякий раз на обращение леди, но Дэвлин не прекращает так её называть.
Они вполголоса перебрасываются тонкими беззлобными колкостями. Я опускаю взгляд, чтобы скрыть улыбку. Пусть. У них впереди время.
Дэйнарин придвигается ко мне, ближе, чем нужно по этикету. Но меня это только радует. Я чувствую его. Всегда. Связь мягко отзывается внутри, как дыхание.
Я больше не думаю о том, что могла бы выбрать иначе, потому что не могла.
— Ты устала, — тихо говорит он, наклоняясь ко мне.
Я не успеваю ответить, Дэйн уже щёлкает пальцами, подзывая одну из служанок, которые выполняют роль нянечек для Даэрина.
— Да не стоило, — смущённо тяну я, но всё же передаю сына девушке. Она трепетно прижимает его к себе, склоняет голову и отходит.
Слуги подают ужин. Разговоры текут спокойно. Без напряжения, без скрытых смыслов. Мы семья. Большая, не кровная, но именно семья, где царит доверие и мир.
Тиберий о чём-то спорит с Дэвлином и чуть ли не раздувается от важности. Марийка вмешивается, смеётся. Дэйнарин слушает, иногда кивает.
Я смотрю на них всех и ловлю себя на том, что больше не ищу опасности, не жду удара, не готовлюсь к утрате.
Я дома. И это не только место, это люди и драконы, которые меня окружают. Моя жизнь будто пришла в равновесное состояние, встала на твёрдые рельсы, и теперь впереди ждёт только счастье в кругу любимых.